(не) твоя суженая. Обручальные тарталетки

16. Неповторимый запах метро

На следующий день я до обеда валяюсь в постели, «переваривая» вчерашних чудесных гостей. Потом долго сижу на прибранной кухне, пялясь в телевизор и апатично жуя один из приготовленных куличей. Выпечка удалась на славу, но я не могу в полной мере насладиться плодом собственных рук, как и сконцентрироваться на мелькающих перед глазами кадрах ТВ.

В голове – хаос и кружащиеся в беспорядочном вальсе обрывки мыслей. Будто кто-то собрал в кучу все мои чувства: надежды, подозрения и сомнения, хорошенько их перемешал, а потом просеял сквозь мелкое сито. Я под завязку полна этой мелкодисперсной шелухи – слишком разрозненной, чтобы можно было вычленить хоть одну цельную эмоцию и нормально ее пережить.

Съев кулич наполовину, вспоминаю, что неплохо было бы сварить кофе. Плотнее запахивая махровый халат, завожу новый танец вокруг плиты.

Что там у нас на повестке дня?..

Быть хорошим человеком и заботливой крестной? Надо бы позвонить Маше и спросить про здоровье Богдана, но меня не хватит даже на такую мелочь. Я чувствую себя так, будто по мне проехался каток – каток под названием «Лидия Михайловна». Теперь неделю буду возвращаться к обычному состоянию, накапливать ресурс и активировать позитивный настрой.

Только я присаживаюсь за стол с кружкой кофе, как звонит мобильный. Опять, блин! Все самые неприятные приключения последнего месяца начинались с телефонных звонков.

К тому же, я не хочу ни с кем разговаривать. А уж о том, чтобы поддерживать социальную функцию и исполнять роль отзывчивой верной подруги, не может идти и речи. Лишь подумаю о притворстве, тут же явственно начинает тошнить...

Проверяю телефон. К счастью, это не Артём и не Круэлла – с ними мне контактировать хочется меньше всего. На связи еще один «угол» нашей новообразованной любовной фигуры: Ли Мин Хёк.

– Алло, – после короткого раздумья все-таки отвечаю на звонок.

Почему я это делаю? Сложно сказать... Есть ощущение, будто с ним мне не нужно ничего из себя строить. Можно быть такой, какая я есть в этот самый момент: разбитой, слабой, немного злой.

– Как дела? – осторожно спрашивает Мин Хёк после приветствия.

Я лишь вздыхаю. Как же все обо мне волнуются!.. Правда легче от их заботы все равно не становится.

– Бывало и лучше. – Притворяться не хочу, но и жаловаться тоже не буду. – А у... тебя?

– Тоже не очень. Ты так внезапно уехала позавчера утром... – грустно тянет Тёмин начальник. – А я все лежал... ждал завтрака в постель и обещанных обнимашек...

Издаю смешок и запоздало маскирую его фальшивым кашлем. Почему-то я не чувствую ни малейших угрызений совести. Да не особо и верю в такую чувствительность большого босса.

– Просто резко захотелось попасть домой. Извини, – после проведенной вместе ночи слишком уж странно обращаться к азиату на «вы». Впервые обращаюсь к нему как к равному... и меня затапливает ощущением правильности.

– Понимаю. Как насчет того, чтобы встретиться, Надя? Вдруг мы сможем немного поднять друг другу настроение?

Мда. У меня от такой беспардонности точно поднимается не настроение, а брови.

– Ты разве не на работе?

– На работе. Отпрошусь пораньше, скажусь больным, – по голосу чувствую, что Мин Хёк улыбается.

– А тебя точно отпустят? Объяснительную писать не заставят?

– Кто, например?

– Ну... твоя невеста.

– Ох... У нас с ней все не очень после корпоратива, – баритон мужчины становится тише и мрачнее. – Мы, кажется, расстались.

– Сочувствую, – вот и причина плохого настроения вскрылась. Я ненадолго замолкаю, раздумывая, готова ли стать источником легкого дофамина для опечаленного гендира «Битмейта».

Пожалуй, готова. Общаясь с ним, я и сама начинаю чувствовать себя чуть более живой.

– Хорошо, и какие твои предложения? – отпиваю кофе из чашки. Горьковатый вкус тает на губах, как и воспоминания о наших с Мин Хёком поцелуях... Почему-то думать о случайном сексе в моем нынешнем положении кажется неуместным. Мы тогда совершили ошибку... но больше не станем ее повторять, верно?

– Мне нравится твой деловой подход, – смеется азиат. – Где бы ты хотела встретиться?Сводить тебя в ресторан?

Ресторан... Наверное, начальники крупных компаний ходят исключительно в снобистские заведения. Представляю, как кореец сидит за столом с белой скатертью и дорогим хрусталем под сияющей люстрой: пиджак и рубашка отутюжены, рядом восседает такая же лощеная и надменная Лидия...

– Нет, в ресторан не хочу.

– Понял. Тогда... на выставку? В кино?

Перевожу взгляд на телевизор, продолжающий искрить видео в бесшумном режиме.

– В кино тоже нет желания.

– Неужели ты предпочтешь гулять по улице, Надя? – недоверчиво уточняет мужчина. – Там снег валит с прошлого вечера!

Да, снегопад все еще продолжается. Сугробы по щиколотку, город «встал». Повсюду пробки, аварии, заторы из людей и автомобилей... Снег падает и падает, будто хочет выбелить целый мир, очистить его от скверны и людских страстей... а заодно спрятать мой позор, начавшийся на корпоративе, продолжившийся в спальне неудавшихся новобрачных и закончившийся на моей кухне.

Хочется надеяться, что закончившийся.

– На самом деле я сама не знаю, чего хочу, Мин... Хёк, – говорю прямо, чуть спотыкаясь об иностранное имя.

– Главное, чтобы в целом было желание встретиться. А как ты посмотришь на то, если я приглашу тебя к себе в гости, красавица? – тон мужчины становится загадочным.

На этот раз я думаю куда дольше. Данное приглашение так и попахивает новыми «приключениями». Но если продолжу сидеть дома, точно стухну. Превращусь в высушенную переживаниями мумию, навеки застывшую перед теликом в стареньком халате.

– Если как друга, то соглашусь, – говорю я, но прежде, чем Мин Хёк выражает радость, строго продолжаю, – Только хочу предупредить тебя на «берегу»: то, что случилось в коттедже, было неприемлемо. Даже не надейся, что сегодняшний приезд завершится чем-то... подобным.