Не ты, не я

Глава 1

Часть 1

«Башня»

Вздохнув, я устало взглянула на яблочный ноутбук, в котором делала записи. Эта лекция уже начинала вызывать отвращение. Мало того, что у меня средний балл именно по этому предмету — так он ещё и самый скучный из всех. Приходится тратить два часа своего драгоценного времени, в то время как я могла бы заняться чем-то действительно важным.

Я опустила взгляд на серебряные Rolex на правом запястье. Время — без пятнадцати два. Скоро.

Наконец, вместо монотонного бормотания профессора раздался долгожданный звонок. Одногруппники начали собирать вещи, переговариваясь между собой — кто-то парами, кто-то шумными компаниями. А я, как всегда, одна — гордая, как башня, стоящая в стороне от всей этой суеты. Подхватила сумочку, аккуратно сложила ноутбук и вышла.

Спустившись в кофейню на первом этаже университета, заказала латте со сливками и воздушной пенкой — моё любимое кофе после перегруженных пар. В ожидании, лениво листала в телефоне свежие обложки любимого журнала. На одной — парень в мотошлеме у спортивного байка.

«Они наняли новую модель», — подумала я, всматриваясь в черты его лица, едва угадываемые под шлемом. Интересно. Пока кто-то покупает глянцевые журналы ради брендов и последних трендов, я читаю про мотоциклы, новинки мотоспорта и интервью с известными гонщиками. Это моя слабость.

В прошлом году я впервые открыла для себя мир моторов и скорости. Первая поездка на мотоцикле случилась в Египте — тогда нужно было пересечь участок пустыни. Папа с мамой выбрали багги, ту самую песчаную машину с каркасом, похожим на паутину. А я — взяла квадроцикл. Маленькое, угловатое чудовище с ревущим мотором.

Когда я тронулась с места, ветер хлестнул по лицу, песок замелькал перед глазами, а сердце забилось так стремительно, будто готово было вырваться из груди. Эта бешеная скорость пронзила меня насквозь, заглушила мысли и захватила душу, словно буря. Сразу после возвращения в родной город я неустанно упрашивала отца позволить мне учиться вождению мотоцикла и получить права. Он долго колебался, но, в конце концов, сдался и нанял для меня лучшего инструктора. Целый год я прилежно осваивала каждое движение, каждую тонкость управления, и вскоре стала обладательницей своего первого мотоцикла — чёрного, как ночь, Ducati последней модели, в максимальной комплектации. Он был не просто машиной — он был живым существом: стремительным, диким, готовым в любой момент вырваться вперёд. Его корпус, гладкий и матовый, сиял в свете фонарей, словно натянутая струна. Мощный рык двигателя отзывался гулом в груди, а отклик на движение был настолько чутким, что казалось — он читал мои мысли. Я каталась на нём пару раз в неделю — не ради необходимости, а ради кайфа. В те моменты, когда я мчалась по пустынным, идеально гладким улицам Лондона, мне казалось, что я растворяюсь в ночи, становлюсь ветром, свободой, дыханием самой жизни.

Разумеется, мою страсть к адреналину отец совершенно не разделял. Его тревога росла с каждым днём, а мотоцикл казался ему не средством свободы, а машиной смерти. Он категорически не одобрял моё увлечение и всерьёз беспокоился, что однажды я могу не вернуться. Сначала он думал, что я быстро наиграюсь, наиграюсь — и остыну. Но всё вышло с точностью до наоборот: чем больше я каталась, тем сильнее затягивала эта безумная, манящая скорость. Я, впрочем, прекрасно его понимала. Особенно после одного случая, когда, потеряв концентрацию на повороте, едва не врезалась в столб. В тот миг сердце застыло, а пальцы судорожно вцепились в руль — доля секунды, и всё могло закончиться трагедией. К счастью, обошлось. Об этом эпизоде отец так и не узнал, и я была благодарна судьбе за молчание. С тех пор я стала осторожнее, но отказаться — не смогла. В глубине души я знала: мотоцикл стал для меня чем-то большим, чем просто транспортом. Он стал моим бегством. Моей правдой.

****

Расплатившись картой за кофе, я уже собиралась выйти, как вдруг мой путь преградила одна из девушек из нашего круга.

"Нашим кругом" я называю детей партнёров моего отца — таких же влиятельных и жадных до власти, как он сам. Их семьи живут по принципу стаи: готовы смотреть ему в рот, но при первой возможности перегрызут друг другу глотки. Их дети — не исключение. Восхищение вперемешку с завистью и холодной вежливостью. А я, как и мой отец, держу их всех на расстоянии. Так безопаснее. И эстетичнее.

— Привет, Ева, — протянула ухоженная блондинка, медленно скользнув взглядом по мне сверху вниз.

На её лице была привычная дежурная улыбка — сладкая, как приторный десерт, от которого потом тошнит.

— Привет, София, — ответила я таким же медовым голосом, делая неторопливый глоток кофе. Вкус победы в нём был ощутимей, чем сливки.

— Выглядишь роскошно..., — добавила она, чуть приподняв бровь.

— Благодарю, — кивнула я, будто только что получила комплимент от кутюрье. — Это костюм от Elie Saab. Из новой коллекции. Ты наверняка его ещё не видела — его не выложили в общий доступ.

София чуть скривила губы в улыбке — вежливой, вымученной, как зубная боль.

— О, ну, у тебя всегда... интересный вкус. Ты придёшь на вечеринку? — задала она вопрос с тем самым наигранным энтузиазмом, который должен был звучать непринуждённо, но выдавал старательную фальшь.

Я откинула прядь волос и мельком взглянула на экран телефона. Где же, чёрт возьми, водитель?

— Посмотрим. У меня насыщенный график. Если выкрою время — быть может, появлюсь на минутку. Ради тебя, конечно, — прищурилась я с лёгкой улыбкой, идеально отмеренной.

— Мы подстроим всё под тебя, только скажи, — поспешила вставить она, чуть подавшись вперёд. Голос — мягкий, почти дружеский, а в глазах — оценивающий огонёк.

— Не стоит, милая. Если будет настроение — загляну. Обещать не могу, — я слегка склонила голову, как будто щедро дарила ей снисхождение.