Не учите меня жить

Глава 6. ЧП

Ирина сидела в своём кабинете и изо всех сил старалась не уснуть. Первая четверть заканчивается через неделю, а это значит, что выдохнуть смогут ученики, родители, учителя, но только не педагог-психолог и методист в одном красивом веснушчатом лице Ирины Андреевны Светловой. У неё с первого дня осенних каникул начиналась горячая пора сдачи документации по результатам тестирования первоклашек, первичным психологическим обследованиям, а ещё всевозможные протоколы, графики, памятки, характеристики и диагностики.

С другой стороны, Ирина, погружаясь в мир канцелярских хлопот, отвлекалась от каждодневной карусели школьных будней, в которые чего только ни происходило: в пятом «Б» постоянно доводили классную, в шестом вечные разборки среди родителей, девочки из седьмых классов устроили соревнование за парня из восьмого, в отместку им восьмиклассницы сорвали день самоуправления, в девятом и десятом учатся местные Ромео и Джульетта, родители которых враждуют похлеще веронских семей. И лишь одиннадцатый класс мог бы отличиться относительным спокойствием, если бы в последнюю неделю каникул Печкин опять не попытался сбежать из дома, где его заставляли учить биологию, чтобы сделать из него в будущем медика. Вася не хотел связывать свою жизнь с медициной, как он заявляет всякий раз на советах профилактики по его персоне.

- Ириночка, пойдём кофе попьём, - заглянув в дверной проём, проговорила кудрявая голова бухгалтера Леночки, с которой Ирина иногда улучала десять минут на дообеденный перерыв.

Кофе – это было именно то, чего так не хватало человеку, который ночевал в доме старшей сестры, помогая нянчиться с заболевшей племянницей. Бессонная ночь и ранний подъём сводили к нулю все старания Ирины сосредоточиться на работе, и она, быстренько сложив в папку документы, над которыми просидела почти два часа, встала со своего места и направилась в соседний кабинет, где обитали школьные счетоводы, заведовавшие цифрами в расчетных листках сотрудников.

Горячий ароматный напиток проникал, казалось, в каждую клеточку мозга, призывая её к жизни, подобно тому, как в отсутствии электричества ученик с колокольчиком бежит по коридору и заглядывает в каждый класс, оповещая о том, что урок окончен. Ирина представляла эту картинку в своих мыслях и улыбалась тому, как она в очередной раз свела к школьной тематике аллегорию на совершенно не связанные с ней вещи. Одним словом, девушка была спокойна и вполне счастлива в этом моменте, и «ничего не предвещало», как говорят в таких случаях.

- Ирина Андреевна! Ирина Андреевна!!! – вдруг раздались крики за дверью.

Внутри всё сжалось и оборвалось, чашка в руке психологини подпрыгнула, и содержимое плеснуло на любимую светло-голубую блузку, оставив на ней пятно самого неприглядного цвета. Помимо испорченной одежды Ирина почувствовала и жжение от горячего напитка, но боль затмило беспокойство о том, что послужило поводом для столь надрывных криков. Наспех поставив кружку и на ходу отряхивая облитое место, будто это хоть сколько-нибудь могло помочь очистить блузку, Ирина выскочила из бухгалтерии.

В коридоре на неё почти налетела взъерошенная Виолетта, чей голос и был слышен пару секунд назад. Видно было, что она уже побывала в кабинете психолога, но не найдя его хозяйки, ломанула к бухгалтерам.

- Ириночка Андреевна! У нас ЧП! – по её сумасшедшему взгляду, который, кстати сказать, не был свойственен довольно флегматичной вожатой, Ирина поняла, что случилось что-то действительно «из ряда вон выходящее», а если на помощь звали её, а не завхоза Игоря Леонидовича, то ЧП, о котором говорит Виолетта, связано с детьми.

Психолог понимала, что любое происшествие – это миллион бумажек, которые свалятся на её хрупкую шею, но в данный момент её беспокоило совсем другое - Ирина волновалась за ребёнка, с которым, очевидно, что-то случилось.

Виолетта неслась по длинному школьному коридору, громыхая десятисантиметровыми каблуками, а следом за ней едва поспевала Ирина Андреевна, сердце которой нестройно вторило грохоту «подков» молодой вожатой. Мысли в рыжей голове тоже бегали наперегонки, подкидывая различные варианты того, что могло произойти. Петрову из пятого «Б» в прошлом году выбили два передних зуба, и это стало настоящим кошмаром для всей школы на несколько месяцев. Досталось всем от директора, которая не обеспечило своевременную медицинскую помощь, до уборщицы, которая даже не подозревая, смела выбитые зубы и выбросила их в урну. Мама мальчишки подняла на уши полицию и отдел образования. Последующие полгода постоянно шли проверки, для которых Ирина Андреевна вынуждена была готовить горы документации по проведенным мероприятиям по предотвращению травматизма. Как методист и психолог она должна была ненавидеть мамашу, устроившую ей столько проблем, но Ирина напротив – даже восхищалась ею. Дело в том, что благодаря этому случаю стало известно, что выпавшие коренные зубы у детей возможно восстановить, если вовремя обратиться к врачу и иметь утраченные «детали» при себе. Если бы не настойчивость мамы Петрова, которая заставила перерыть все мусорки и найти зубы, а после уговорившей доктора несмотря на потерянное время всё-таки поставить их её сыну, мальчишка мог бы несколько лет прожить с серьёзным дефектом внешности.

Вспоминая металлическую пластинку, придерживающую два передних зуба на улыбающемся лице Петрова, Ирина Андреевна едва притормозила перед входом в туалет, успев мысленно помолиться, чтобы нынешний случай тоже имел благополучное разрешение. Замешательство психологини совпало с тем, что случилось в следующую секунду - из-за двери вдруг донеслись страшные звуки, напоминающие не то рык неведомого зверя, не то дыхание самой преисподней. Стоящая рядом Виолетта беззвучно пискнула и схватилась за руку Ирины Андреевны, которая и сама хотела бы закричать и унестись прочь, но не могла этого сделать по долгу службы.

- Ирин-ночка Анд-д-дреевна, - заикаясь прошептала вожатая, - давайте не пойдём т-туда, - дрожащим пальцем с огромным наращенным ногтем показала Виолетта. – Или Леонидыча позовём, - быстро нашла спасение в лице завхоза девушка.