( Не) удачный призыв, или валенок судьбы

Глава 4.

– Ладно, с этим разобрались, – буркнула я, стараясь отогнать от себя навязчивые мысли о том, почему меня так задела эта история с лже-женой. – Показывайте ваш театр. Пора оценить масштабы трагедии, прежде чем превращать ее в триумф.

Регул заметно оживился, и, казалось, даже немного расслабился.

– Конечно, Анастасия. С удовольствием покажу вам театр. Он находится в восточном крыле, на третьем этаже, – и он, как примерный экскурсовод, повел меня по бесконечным коридорам академии.

Мы шли, и снова ловили на себе любопытные взгляды, но слава богу, после звукового сигнала, похожего на крик петуха, в коридорах почти никого не осталось. Но не успели мы дойти до нужной нам двери, как вдруг откуда-то сверху раздался громогласный голос: "Профессор Регул, вас срочно ждут студенты в аудитории номер 27. Повторяю, профессор Регул, аудитория номер 27."

Регул резко остановился, хлопнул себя по лбу и виновато на меня посмотрел.

– Ох, демоны меня забери, совсем забыл! У меня же сейчас лекция! Анастасия, простите ! Совсем замотался с этими новостями."

Не дожидаясь ответа, он подтащил меня к ближайшей двери, лихорадочно выудил из кармана связку ключей и, наконец, открыл заветную дверь с табличкой "Театральный кружок".

– Вот, это здесь! Простите, убегаю! Ключи у вас. Осваивайтесь, я позже зайду, – выпалил он, и прежде чем я успела что-либо сказать, профессор Регул буквально растворился в коридоре.

Я огляделась. Ну что сказать… театр, как театр. Пыльно, старенько, но потенциал есть. Ладно, буду разбираться. Сама. В любом случае, лучше уж в этом хаосе покопаться, чем думать о том, зачем я согласилась на всю эту авантюру с "Анастасией Регул". Зачем, спрашивается? Я конечно в весьма щекотливой ситуации оказалась, когда Регул, можно сказать, единственный мой друг и союзник, но все же не хотелось бы опускаться до откровенного вранья. Да и врать то я, если уж быть честными никогда и не умела. Потому и стала я всего лишь костюмером, а не великой актрисой, как хотела и в свое время мечтала.

Вздохнув, я решительно вошла в помещение и окинула его профессиональным взглядом. Сцена требовала не просто генеральной уборки, а скорее капитального ремонта. Кулисы висели жалкими лохмотьями, освещение, казалось, работало по принципу "как Бог на душу положит", а зрительный зал… ну, зрительный зал вмещал в себя такое количество пыли, что, кажется, здесь можно было найти останки динозавров, или кто у них тут водился в магическом мире, драконы. Зато пахло романтикой и нафталином. И пылью, конечно же. Куда без нее.

Я подошла к сцене и не удержалась от того, чтобы потрогать старый бархатный занавес. Он был жестким и потрепанным, но все еще хранил в себе отголоски былой роскоши. Интересно, сколько пьес здесь было сыграно? Сколько молодых талантов выходили на эту сцену, полные надежд и амбиций? И сколько из них разбились о суровую реальность? Наверняка, немало. Впрочем, кого я обманываю? Зачем такие философские размышления? Сейчас главное – засучить рукава и превратить этот гадюшник в подобие театра.

Что ж, план действий примерно вырисовывался. Для начала - генеральная уборка, как я уже и говорила. Потом – инвентаризация оборудования и реквизита. И, наконец, самое сложное – понять, что же здесь можно поставить. Что-то такое, чтобы не стыдно было показать жюри или комиссии, которая приедет это все оценивать, чтобы выяснить кто же победитель. настоящей Анастасии Регул, если она вдруг решит заглянуть на огонек.