Не в то время

6 глава

Конфетти на душе рассыпается
В голове лужи стали рекой
Моё прошлое мне улыбается и машет рукой

Яна не понимает, что происходит. Она ощущает, что сейчас слезы потекут из глаз. Сама не верит, что смогла сказать это Антону. То, что так давно хранила в сердце и никому не говорила, просто потому что не было кому. И эти мысли были не правильными, Яна чувствовала это. О них никто не должен был знать. Так почему теперь знает этот рыжий парень?

Отворачиваясь к стене, девушка надеется, что до парня дойдёт, что сейчас правда самое ужасное время, какое он только мог выбрать, чтобы навести её.

— Я могу тебе помочь?

Качает головой, чтобы не отвечать, не давая волю слезам. Снова нужно закрыться, замолчать, вернуть без эмоциональное выражение лица — и всё будет, как раньше, как эти два года.

— Ян, я могу выслушать.

А кто сказал, что Яна хочет говорить? Она, ой, как не хочет. Точно не сегодня. Точно не тебе. И точно не она.

Когда-нибудь.

Когда она встретиться с мамой.

— Антон, уходи.

— Но...

— Уйди, — настойчиво повторяет Яна, не сдаваясь и снова, и снова пытается привести себя в чувства. Она не будет плакать.

Тогда не плакала — и сейчас не будет.

Бросая на Яну взгляд, который она всё равно не увидит, пока сверлит стену взглядом, Антон уходит.

Но не получается. В голове пробегают картинки, опять напоминая о том, что произошло два года назад. Воспоминания тяжёлым грузом ложились на сердце, сдавливая до боли. Когда Яна кому-нибудь говорила, как ей плохо? Ей некому было рассказать. Не могла сказать, как ей больно и одиноко.

Тётя Марина другой случай. Но ведь и она пострадала. У неё такой же груз. Но только, если Марина потеряла подругу, Яна осталась без матери, которая была ей поддержкой и опорой, единственным символом любви, держащейся в их семье. Которая была.

Слезы градом полились из глаз. Слишком запоздалая реакция с опозданием в два года. Яна слишком долго держала их в себе. Взяв вещи, которые лежали около неё, она начала швыряться в стену.

Всё не так!

Здесь не должно было быть её.

Яна жалела, что находилась не дома. Слишком мало вещей, который можно было кинуть или сломать. Стакан, пару тетрадей, тарелка и ручки. Больше ничего. Еще были незнакомые вещи из пакета отца, но до них еще нужно было дойти.

А ещё ей нужен был друг.

Даже если его у неё не было.

Продолжая кричать и плакать, она оперлась руками об кровать, чтобы найти ещё вещи. Ей всего лишь нужно сделать пару шагов, чтобы дойти до пакета, в котором лежали незнакомые Яне вещи.

Она спускается на пол, забывая о боли и неспособности ходить. Кажется, ей не удалось сделать даже шага, как она рухнула на пол.

Так и лежала с вытянутой рукой, надеясь, что дверь волшебным способом откроется и рыжий парень поможет ей встать. Но дверь открыла Евгения только две минуты спустя, когда она продолжала тихонько плакать и повторять, как это нечестно.

**

Два года назад.

Яркий солнечный день июля.

От такой погоды ничего не хотелось делать: было слишком жарко. Всё на, что хватало бы сил — лежать на шезлонге, который самостоятельно поставила на балконе или во дворе частного дома, и поедать мороженое, запивая его вкусным соком.

Но у Яны не было ни шезлонга, ни мороженого, ни вкусного сока. Сегодня пришёл день, когда им пришлось уезжать от любимых бабушки и дедушки, что означало четырехчасовую поезду до дома в душной машине без связи и интернета. Мышкиной даже не нужна была связь или интернет. Она скачала пару фильмов, которыми хотела себя занять, если у родителей не появиться желание забрать телефоны во времени дороги. Проблема была в лице младшего брата, который будет верещать, что ему срочно нужно ответить своему другу или открыть какой-то лот в одной игре.

Младший брат сейчас сидел около неё, не желая пристёгиваться. Он мог бы сесть у окна, оставляя между собой и Яной целое сидение, но у них с детства повелось, что они так сидели. Вместе. Она справа, оперившись об окно, а он уткнувшись ей в плечо.

Яна иногда удивлялась, что Артём — младший брат, — действительно её брат. Они были совершено разные. И не только характерами, но и внешне. Если Яна полностью пошла в маму, не считая того, что девочка всегда была миниатюрной, то Артём был копией своего отца.

Светлые волосы, зеленные глаза, прямой нос, осыпанный веснушками, даже сейчас у десятилетнего мальчика можно было заметить широкие плечи, которые уже были больше, чем у сестры. Спустя пару лет он точно станет двухметровым юношей с красивыми широкими плечами.

Про характеры Яна старалась даже не думать. Всегда угрюмая Мышкина, улыбающаяся только своему младшему брату и маме, не умеющая заводить друзей, завсегдатая одиночка. А брат был полной противоположностью даже в этом. Постоянный лидер и заводила, находящий друзей и знакомый в абсолютно любой компании и обстановки, улыбка, кажется, не сходила с его лица. Он был ярким солнцем, в тени которого жила Яна.

Разница в пять лет давалась Яне тяжело. Родители, отец, требовали от неё намного больше, чем от младшего брата. У неё должна была быть идеальная успеваемость, профессию давно выбрали за неё, а ей нужно всего лишь попасть в медицинский институт; комната обязана быть в самом идеальном виде, никаких разбросанных тетрадок и вещей, даже если она весь день просидела за учебой; приборка остальных комнат тоже лежала на ней, — как это Яна не успела прибрать комнату брата? Стыд и позор такой старшей сестре. Когда отец осознавал, что она не успевала вымыть все полы в доме и посуду, он начал ещё больше распыляться.

— Олеся, ну, ты скоро? — кричал Алексей, убирая в багажник последние вещи и садясь за руль.

С отцом Яне всегда было трудно. Он вечно пытался помыкать ей и матерью. У Олеси Мышкиной своего мнения и своих решений не может быть? Почему, если Алексей захотел поехать к своим родителям, всё сразу покрывались собирать свои вещи? Почему всё в семье Мышкиных зависело от настроения главы семейства? Почему вообще отец считается главой семейства?