Не в том времени, не в том месте.

Глава 2.

Улыбка, кристалл и чай

Вечер в Лондоне был душный и солоноватый — воздух будто сам не мог решить, то ли он мокрый туман, то ли пар от каналов, то ли аромат дешёвых духов с улицы Весёлой Журавки.

Аня стояла в аптекарной лавке и изучала полки: банки с настойками, подвешенные пучки трав, резные бутылочки с этикетками от руки — всё это было похоже на уютную смесь ведьминой кухни и ботанической лаборатории.

— М-м… пустырник, мелисса, чуть-чуть корня лунной мяты… и каплю настойки ливорского снытьника, — пробормотала она себе под нос, вытаскивая баночки и насыпая в фарфоровую чашу.
— Простите, вы что делаете? — подала голос Гретта, слегка приподняв бровь.
— Собираю седативный сбор. Не хочу валяться на потолке всю ночь от воспоминаний, подозрений и кристаллов, шепчущих о заговоре.
— Ну надо же, — хмыкнула Гретта, подходя ближе. — Впервые вижу леди, которая не просит зелье, а сама мешает.
— Я жила при монастыре, — бросила Аня между делом. — Там нас учили и запоминать, и думать, и не травиться, если не хочешь случайно уснуть навсегда.

Гретта усмехнулась.
— Звучит как образование, которое мне бы не помешало.

— Понимаете, — продолжила Аня с лёгкой улыбкой, — я привыкла к схемам. Если знаешь структуру — легко заменить компоненты. Магия, травы, программы — у всего один принцип: не накосячь с синтаксисом.
— С чем?
— О, извините. Это монастырское.

Обе женщины хмыкнули одновременно. В комнате потеплело. Гретта впервые посмотрела на Аню не как на подопечную, а как на равную.

— Ладно, травница-аристократка, — сказала она. — Раз ты такая самостоятельная, можешь саму себя лечить, а я пока схожу проверить, кто там стучится.

Раздался глухой удар по медной решётке двери, и вместе с ним — голос. Низкий, уверенный, чуть ленивый, с тем оттенком, который заставляет женские веки непроизвольно опускаться, а глаза — щуриться с подозрением.

— Леди Анна Кавендиш? Полиция Его Величества. Мне бы поговорить.

Гретта вздохнула.
— Вот и началось.

Аня выглянула из-за перегородки. На пороге стоял мужчина в чёрном мундира с синим лампасом, высокий, под два метра, с безупречной выправкой. На груди — знак Имперской полиции. На поясе — странное устройство, похожее на сочетание револьвера и ключа от сейфа.
И главное — глаза. Стальные. Проницательные. И подозрительно внимательные, как у хищника, который ещё не решил: ты угроза или ужин.

— Простите за поздний визит, миледи.
— Я редко сплю в восемь вечера.
— Рад слышать. Это избавляет нас от формальностей.

Аня скрестила руки.
— Проходите. Вас проводить в кресло или допросить себя вы предпочитаете стоя?

Гретта тихонько прыснула.
Офицер слегка изогнул уголок губ.

— Майор Эйден Тренмор, — представился он. — Работаю по делу профессора Дрейкворта. Слышал, вы были одной из последних, кто с ним общался.
— Не знаю, что вам рассказали, но если это о моих тайных ночных визитах с луком за пазухой — это была не я. Я, если что, была при монастыре. У нас в ночи не стрелы, а псалмы.

Он не сразу ответил. Лишь приподнял бровь, изучая её.
— Я учту это в отчёте, — сказал он наконец. — А что вы помните о последней встрече с профессором?

Аня вдохнула, снова ощущая, как пульс в висках отбивает ритм "думай быстро".

— Он передал мне… одну вещь. Кристалл. Сказал, что «если начнётся — я пойму». Я ещё не поняла, — она посмотрела ему прямо в глаза, — но начало уже наступило.

Молчание зависло, как капля перед падением.
Тренмор, не мигая, сказал:

— В таком случае, леди Кавендиш, я попрошу вас никому больше не показывать то, что он вам дал. Ни друзьям. Ни врагам. Ни даже самой себе — если не уверены, что в комнате нет отражения.

— Отражения?
— Зеркала не всегда отражают только внешность. Иногда — память.

— Прекрасно, — Аня подняла чашку с чаем. — А я надеялась, что сегодня у меня будет только бессонница. А не ещё и философский хоррор.

Гретта уже тихо варила вторую чашку.
Тренмор посмотрел на неё, потом на Аню. Угол его рта снова дёрнулся.
— Вы умеете удивлять, миледи.
— Я только начинаю, майор. Подождите, пока я достану схему вашего револьвера.

Он впервые рассмеялся. Коротко. Низко. Угрожающе привлекательно.

— Тогда будем на связи.

Он повернулся и ушёл, оставив после себя аромат чернильного пороха и лёгкое чувство, что с этим человеком лучше не играть, если только не хочешь проиграть с удовольствием.

Гретта тихо подала Ане вторую чашку.

— Ну что, моя дорогая… Ты и правда не из этого времени.

Аня сделала глоток.
— И точно не в том месте.