Не в том времени, не в том месте.

Глава 7.

Дом на границе — и то, что зовёт изнутри

---

Дорога за город началась под свинцово-серыми небесами, когда Аня и Гретта погрузили вещи в арендованный фургон. Возница — ворчливый старик с бородой в форме колючего куста — напоминал персонажа из комикса: весь в шрамах, подозрениях и рекомендациях не высовываться.

— Дача-то у вас странная, миледи, — бормотал он, посматривая на Аню через плечо. — Говорят, там призраки шепчут, а ключи сами в замке поворачиваются…

— Отлично, — отозвалась Аня. — Мне как раз не хватало собеседников.

Гретта закатила глаза.

— Ну конечно. Только ты могла с радостью ехать в заброшенный дом, в котором, возможно, зарыты трупы, секреты и забродившее варенье.

— А вдруг среди всего этого — рецепт счастья? — Аня усмехнулась.

---

Когда повозка остановилась у чугунных ворот с резным гербом Кавендишей, солнце уже тонуло в багряных лентах заката. Дом стоял, как старый лев — немного потрёпанный, но всё ещё величественный. Фасад — кремовый с изумрудными вставками; башенка слева, витражные окна, обвитые вьющимся плющом, и чёткий запах… заброшенности, трав, дождя и чего-то едва-едва магического.

Аня подошла к двери. Замок щёлкнул от её прикосновения. Ключ, найденный в тайнике на чердаке, оказался точным. Идеально вошёл, словно ждал десятилетие.

— Добро пожаловать домой, — прошептала она.

---

Внутри дом встречал тишиной и пылью. Но всё было на месте: кресла у камина, библиотека с книгами в кожаных переплётах, старинный глобус с полустёртыми контурами материков, покрытые тканью портреты предков. Всё, как будто кто-то просто… вышел на минуту.

В спальне отца — деревянный письменный стол, покрытый сложными схемами. Аня провела пальцем по пыли и нашла выгравированную надпись:
«Nulla Dies Sine Linea» — Ни дня без строки.

— Он писал до конца, — прошептала она.

В соседней комнате, которую когда-то занимала мать, пахло сухими розами. На туалетном столике стоял сломанный гребень и недопитая бутылочка духов.
На стене — старая карта с символами, а в углу — стояла арфа, струны которой тихо звякнули, будто приветствовали её.

---

К вечеру, когда в доме зажгли свечи, снаружи послышался конский топот. Аня выглянула в окно.

По дороге к дому шёл майор Тренмор. Но не один.
Рядом с ним шёл мужчина — моложе, со смоляными волосами и насмешливой ухмылкой, в сером пальто и с тростью, на которой был вырезан символ Вороньего Ключа — один из тайных отделов городской службы магического регулирования.

— Кто это? — прошептала Гретта, выглядывая из-за занавески.

— Проблема в плаще, — пробормотала Аня. — Если символ настоящий — он из сектора, что занимается опасными артефактами.

Дверь постучали дважды. Потом один длинный удар.

Аня открыла.

— Добрый вечер, — сказал Тренмор. — Простите за поздний визит. Мы… решили, что вам не помешает помощь в разборе наследства.

— Или защита, — добавил его спутник. — Потому что есть основания полагать, что кое-кто уже знает, что вы нашли.

— Простите, вы…? — Аня приподняла бровь.

— Элиас Мори, — тот поклонился. — Младший следователь Тайного регистра. Специализация — магия артефактов, нестабильные структуры, и… хроноразломы.

Аня тихо выдохнула.

— Ну, проходите. Куда ж вы денетесь.

---

Они устроились в библиотеке. Элиас немедленно направился к столу и раскрыл одну из схем. Брови его тут же поползли вверх.

— Ого. Это же чистый код развёртки. Здесь формула обратной точки доступа.

— Вы это понимаете? — спросила Аня.

— Ну… только если вы мне нальёте чаю. А то, знаете, все эти формулы на голодный желудок — как танцы фей под морфием.

Гретта хихикнула.

— Он тебе нравится, — прошептала она Ане.

— Мне нравится, что он не зануда, — так же тихо ответила та. — Но я не уверена, что хочу двух мужчин, которые смотрят на меня как на алгоритм с ногами.

---

Вечером, когда гости ушли, Аня осталась у окна.
Смотрела, как исчезают в темноте лошади, как деревья скрипят под ветром, как сквозняк перелистывает страницу найденной книги.

Она ощущала напряжение — как перед экзаменом, как перед запуском сложной программы.
Что-то начиналось.
Слишком многое происходило слишком быстро.
Но вместе с этим в груди появлялось странное ощущение — как будто её место действительно здесь.

— Папа… — прошептала она, глядя в ночь. — Я найду то, что ты хотел мне передать. Даже если придётся взломать саму ткань времени.

За её спиной тихо щёлкнул кристалл.
Свет вспыхнул на секунду — и из него раздался голос отца.

> «Анна. Если ты это слышишь — ты уже ближе, чем я мог быть. Но будь осторожна. За нами следили. За мной. И возможно… теперь за тобой.»