Не верить никому

Глава 5

  Клео захлопнула крышку и вернула ящик на место. Остальные ячейки были пусты. Открыв дверь, она шагнула в соседнее помещение. Не раздумывая, сняла из штабеля верхний ящик с маркировкой «Pd». Клацнув замками, откинула крышку. Палладий лабораторной очистки, двадцать серебристо-серых слитков по килограмму каждый. Вытащив ящик из соседнего штабеля, проделала ту же процедуру. Платина в аналогичной отливке.

  Здесь находилось несколько тонн драгоценного металла. По два ящика палладия и платины, в общей сложности восемьдесят килограмм, должно было хватить с лихвой на задуманное.

   Не раздумывая больше, Клео вытащила кофры со слитками в коридор, и,  погрузив в лифт, доставила в шлюзу. Загерметизировав скафандр, выбралась наружу. Два кибермеханизма замерли рядом со створками ворот в ожидании команд. Клеопатра водрузила на каждый по кофру, надежно зафиксировав его крепежными ремнями. Получив команду к действию, кибермеханизмы, гудя приводом, живо взобрались на песчаный взгорок и отправились к ДШМ. В грузовом трюме их поджидали два таких же, которые выдвинутся к базе по прибытию первых.

    Клеопатра проводила их взглядом, когда микрофоны скафандра донесли нарастающий гул. Она резко обернулась.

   Низкое темное небо на западе подсветилось всполохами бело-голубого огня. Процессор Клео сработал на увеличение видеоряда. Несколько мгновений она изучала изображение. Сомнений быть не могло – в десятке километров от базы в атмосферу вошел космический корабль. Определить его точную модификацию на данный момент не представлялось возможным – окутанный огненными выхлопами работающих двигателей коррекции, он осуществлял предпосадочный маневр.

 Клео вновь посмотрела в сторону ДШМ. Кибермеханизмы почти достигли модуля.  Появление неизвестного корабля вносило изменения в первоначальный план. Теперь она не останется незамеченной – сканеры корабля наверняка ухватят сигнатуру ДШМ. Поэтому следовало поторапливаться.

Планета Харибда, системы звезды Молох. Нижние слои атмосферы.  

   Корабль ощутимо потряхивало. На дугообразном пульте управления яркими искорками светились сигналы некритичных неисправностей подсистем.

Расположившийся в кресле пилот, пристегнутый страховочными ремнями, не обращал на них внимания. Он включил ручное управление, крепко ухватившись за дугообразный штурвал и впился напряженным взглядом в обзорный экран. Пилота звали Алексей Бархоев, но редко кто обращался к нему по имени. Берха – сокращенный вариант фамилии прилип к нему уже очень давно, к чему пилот относился абсолютно равнодушно. На вид около сорока лет. Коротко стриженный, с недельной небритостью, взгляд серых глаз цепкий, уверенный.

    Корабль вышел из зоны мутных ядовитых облаков, и на экране открылась захламленная равнина. Апокалипсический пейзаж тянулся до горизонта и навевал тоску.

- Еще один такой вход в атмосферу наша колымага не переживет! – выдал молодой человек, сидевший в кресле штурмана. Он с интересом рассматривал панораму на экране – на Харибде ему ранее бывать не приходилось. Облаченный в синюю униформу, худощавый, он выглядел моложе своих тридцати двух лет. Молодого человека звали Игорь Гранин.

- И не нужно, - подал голос мужчина, занимавший место второго пилота. – Сделаем работу и купим нормальный транспортник, а не списанный армейский хлам.

   В грузовом трюме, запечатанные в тяжелые освинцованные контейнеры, находились одиннадцать ядерных микрореакторов и два реактора стандартных. Конечно, никакой документации на столь опасный груз не было. И уж тем более лицензии на утилизацию. Те, кто не желал иметь дело с длительной бюрократической возней на получение разрешения на вывоз опасных радиоактивных отходов, платили неплохие деньги, чтобы решить этот вопрос быстро и без огласки.

   Говоривший выглядел старше всех остальных; на вид -  лет пятьдесят. Наряд его составляли  темно-зеленая куртка и серые брюки, заправленные в высокие армейские ботинки.  Плотный, гладко выбритый, темные, с проседью, волосы зачесаны назад. На экран он смотрел слегка прищурившись, внимательно изучая открывшуюся панораму планетарной свалки.  Говорившего звали Илья Лазаревский.

- Не затягивай с посадкой, Берха, - продолжил он. – Любое относительно ровное место.

 Пилот промолчал в ответ – свою работу он знал отлично. Корабль вошел в режим барражирования на высоте одного километра, сбавив скорость до минимума.

- На сканерах сплошная засветка, - сказал Бархоев. На экране, на который он бросил взгляд,  расплывались пятна почти всей цветовой гаммы.

- Не удивительно, - ответил Лазаревский. – Тут усердно гадили пару сотен лет. Сканер вообще можно было не включать.

- Есть ровное местечко, - заявил Берха. – То, что надо! Заходим на посадку.

 Басовитый гул усилился, корабль начал снижение, гася скорость. Через несколько минут, подняв тучи пыли, он замер между двух пологих холмов, образованных из занесенных песком отвалов металлического мусора.

-Так! – Илья отстегнул ремень и встал с кресла. – Я наружу, осмотрюсь. Подберу место, куда груз скинем.

- Подожди! – выдал Бархоев. Он внимательно рассматривал картинку на экране сканера. – Тут ерунда какая-то…

- То есть? – Лазаревский шагнул ближе, встав за спинкой кресла. Гранин пристроился рядом.

- Интересная сигнатура, - Алексей ткнул пальцем в экран. – Это ДШМ.

- Чего? – Гранин нахмурился. – Армейский десантно-штурмовой модуль?

- Ты уверен? – новость Лазаревского ни капли не обрадовала.

- Да. Я прогнал конфигурацию сигнатуры по каталогу, - ответил Берха.

- И что вояки тут делают? – вопрос Гранина прозвучал риторически.

- Сколько до него? – спросил Илья.

- Около десяти километров, - Берха бросил взгляд на экран.

- Попробуй через умножители. Мне тоже интересно, что они тут забыли, - Лазаревский посмотрел на Гранина.

  На обзорном экране появилась панорама окрестностей – низкое серое небо, мусорные холмы, занесенные песком, ядовитый ветер гонит пылевую поземку.