(не) верная жена для огненного дракона

Пролог

Этот день не предвещал ничего странного.

Обычный вторник. Обычная жизнь. Я даже не помню его детально, так, обрывками: утренний кофе, дурацкая очередь в метро, придирчивый начальник, вечерний дождь, моя квартира.

Я так устала, что ужинать не стала. Только горячий душ, чтобы смыть с себя этот день. Потом любимая растянутая футболка, которую давно пора выкинуть, но я в ней сплю уже пять лет.

Я провалилась в сон мгновенно, даже не успев додумать мысль о том, что завтра снова на работу.

Тьма.

Она была не пустой, а живой. Дышащей. Она обступала меня со всех сторон, давила на грудь, забиралась в легкие. Я попыталась пошевелиться, но не смогла. Тело не слушалось, будто его придавило чем-то тяжелым.

— Слышишь меня?

Я хотела ответить, но язык не слушался.

— Слушай внимательно, — голос был женским, но каким-то надтреснутым. — Твоей прежней жизни пришел конец. Ты меня понимаешь? Конец.

Я попыталась спросить «почему», но из горла вырвался лишь сиплый выдох.

— Тебя ждет неминуемая смерть. От его властной руки. Ты не успеешь убежать. Ты не сможешь отказать. Ты просто...

Голос оборвался, будто кто-то выключил звук.

— Подожди! — закричала я, но крик вышел беззвучным. — Кто он?! Что значит «смерть»?!

Тишина. А потом — смех. Сухой, страшный смех, от которого у меня похолодела каждая клетка тела.

— Узнаешь, — прошелестело в пустоте. — Очень скоро. Дракон. Он уже рядом.

Я проснулась от собственного крика.

Сердце колотилось где-то в горле, рубашка прилипла к телу, а лоб был мокрым от пота. В комнате было темно, но я на автомате, еще не приходя в себя, потянулась к тумбочке. Туда, где всегда стоял мой старенький ночник.

Рука прошлась по пустоте. Я нашарила пальцами воздух. Еще раз. Еще.

Нет тумбочки.

Я села на кровати резко, насколько позволяло ватное тело, и принялась шарить рукой там, где должна была быть тумба. Но рука не встретила ничего, кроме гладкой ткани, свисающей сверху.

Ткань?

Я задрала голову.

Надо мной нависал тяжелый балдахин. Темно-бордовый, с золотыми кистями по краям. Такие бывают только в дорогих отелях или старых фильмах про аристократов.

Что за...

Я огляделась.

Вокруг царил вечерний полумрак. Заходящие лучи солнца пробивались сквозь щели в увесистых шторах, выхватывая из мрака контуры незнакомой спальни.

Это была не моя комната.

Богатая, роскошная, чуждая спальня. Огромная кровать под балдахином занимала центр комнаты. Массивные шкафы из темного дерева выстроились вдоль стен. На стенах: гобелены и картины в тяжелых рамах. На полу пушистые ковры ручной работы.

Я замерла, пытаясь понять — это сон? Продолжение кошмара? В горле пересохло, а в памяти зияющие провалы. Последнее, что помнила, как заснула в своей кровати. Я зажмурилась, потом открыла глаза снова.

Ничего не изменилось.

В этот момент я услышала шаги. Далеко. В коридоре. За дверью.

Сначала я подумала, что показалось. Что это сердце стучит в ушах. Но звук повторился — тяжелый, размеренный, гулкий. Кто-то и правда шел по коридору. Сюда.

Я замерла, боясь вдохнуть.

Шаги приближались. Медленно. Неумолимо. С каждым ударом моего сердца они становились громче. Ближе.

Я лихорадочно огляделась в поисках укрытия, но комната была огромной и чужой, и я не знала, куда бежать. Да и есть ли смысл? От женщины во сне я знала одно — от него не убежать. Я осталась на кровати.

Шаги стихли прямо за дверью. Секунда. Две. Три.

Ручка дернулась.

Я сжалась в комок, подтянув колени к груди. Мысли путались, сердце готово было проломить ребра.

В спальню вошел незнакомый мужчина: высокий, мощный, с широкими плечами, которые почти не помещались в дверном проеме. Его глаза сверкнули алым, в них плескались искры пламени.

Боже, да он не человек!

Мужчина неспеша прикрыл за собой дверь и уверенно направился в мою сторону.

— Не подходи! — мой голос прозвучал резко, почти истерично.

Его руки потянулись к пуговицам белоснежной рубахи. Он снимал ее с медленной грацией, будто знал, что каждое движение его безупречного тела являлось произведением искусства. Не буду скрывать, такого привлекательного мужчину я увидела первый раз. А то, что я с ним наедине... волновало и отталкивало одновременно.

— Ты знаешь, зачем я пришел, — его голос был низким, спокойным, но в нем чувствовалась опасность. — Постараюсь закончить быстрее.