( Не ) верность в подарок

Девичник

Ночь проходит в бреду. То проваливаюсь, то всплываю — как утопающий в вязком тумане. Воспоминания бьются в голове, как птицы в клетке: вот этот взгляд, вот эти слова, вот тот вечер… Они врезаются в реальность, и я уже не понимаю, где сон, где явь. Время течёт сквозь пальцы. Засыпаю на рассвете — не отдохнувшая, а ещё более измождённая. Словно за ночь меня разобрали на кусочки и забыли собрать.

Утро встречает меня невероятными ароматными запахами — то ли свежей выпечки, то ли карамельного кофе. Медленно открываю глаза, ещё плыву в полусне. Дверь в спальню не закрыта. Силы иссякли ещё вчера. Я не дошла — доползла. Не легла — рухнула. Как птица, потерявшая крыло.

А сегодня… сегодня мир стучит в мою жизнь. Голоса, шорохи, звон — они плетут узор нового дня. И мне нужно вплестись в него. Хоть и не хочется. Хоть и тяжело.

Прислушиваюсь: звон посуды, размеренный, будто кто-то старается не шуметь. И музыка — медленная, тихая, словно шёпот.

В сердце скачет тревога. Что, вернулся?

Нет. Не хочу. Вчера всё было сказано. Не хочу его видеть. Точно не сейчас. Мне нужно подумать. Нужно решить.

Переворачиваюсь набок, натягиваю одеяло до подбородка, будто оно может защитить от реальности. Звуки с кухни не исчезают — они становятся отчётливее, настойчивее.

Он действительно здесь.

Стону в голос. Но вечно прятаться — не мой вариант. Поэтому буквально сдираю себя с постели, плетусь в ванную. Зеркало встречает меня… Ох. Ну и зрелище. В нём — не я. Вернее, я, но какая-то другая: уставшая, с потухшим взглядом, с плечами, опущенными под грузом обманутых надежд. Я провожу рукой по стеклу, будто стираю этот образ.

Малыш под сердцем будто чувствует моё состояние. Сегодня непривычно тихо — ни пинка, ни толчка, ни малейшего шевеления. Низ живота чуть тянет, но я стараюсь не поддаваться страху. Но мне страшно за него. Я не могу потерять своего сыночка. Нужно сегодня посетить своего гинеколога. Лучше перестраховаться.

Глубокий вдох. Выдох. Пытаюсь успокоиться. Как могу, убеждаю себя: «Возможно, он просто спит, — говорю себе. — Всё в порядке, должно быть». Но разум цепляется за эту тишину, множит сомнения.

Осторожно глажу живот, шепчу ласково: «Пожалуйста, хоть что-нибудь. Хоть лёгкий толчок. Давай, малыш, не своди с ума маму».

Жду.

Практически теряю надежду.

И вдруг — едва уловимое движение. Лёгкое, как дуновение ветра. Я замираю, боясь спугнуть этот миг.
«Вот ты где, — глажу место, где только что почувствовала лёгкий, едва уловимый пиночек, улыбаюсь. — Я так рада тебя слышать. Доброе утро, моё солнышко». И хотя тревога ещё не ушла, в груди расцветает тепло. Мы справимся. Вместе.

Сегодня будет иначе, — уверенно говорю своему отражению. — Сегодня я снова найду себя.
Даю себе время на приведение себя в порядок — и можно смело притворяться, что всё под контролем. Хотя бы постараться.

Тёплый душ не расслабляет — наоборот. Каждая мышца, каждая косточка ноет, душа болит, сердце колотится. Благо живот не такой напряжённый.
Вода струится, как слёзы, но не приносит облегчения. Я стою, закрыв глаза, и представляю, что это не вода — это время. Оно течёт, смывая остатки вчерашнего дня, оставляя только сегодняшний. Тяжёлый, но мой.

Долго ещё стою под тёплыми струями, чтобы в себя прийти, силы в себе найти. Выцепить якорь внутри и зацепиться за него. Рукой по животу провожу. И меня осеняет. Вот он — мой якорь. Мой малыш. За него и буду держаться. Зубами, когтями, всеми конечностями. Нельзя мне на дно, никак нельзя.

Медленно провожу рукой по лицу. Вдыхаю. Выдыхаю. Главное, что с малышом всё в порядке. А остальное... Остальное решаемо. Выключаю воду, закутываюсь в полотенце. Сегодня — неидеальный день. А просто ещё одна страница в книге моей жизни. Пусть не самая яркая, но уж какой есть.

Тело болит, будто после марафона. Хочется лечь в постель, свернуться калачиком и спрятаться от всего мира под тёплым, пушистым одеялом.

Только я не имею права на слабость. Не имею права на трусость.

В голове — как приказ, чёткий и безжалостный. Потому что там, под сердцем, — он. Моё невинное дитё. Он нуждается во мне. Я единственная от кого он зависит на данном этапе.

И даже если мне тяжело, если внутри всё рвётся на части — это не повод опускать руки. Ради него нужно собраться. Встать. Сделать шаг. Один. Ещё один. И только вперёд.

Потому что его жизнь начинается с моего дыхания. С моего ритма. С моей стойкости. Не буду слабой. Я не сдаваться. Не расклеюсь. Не сломаюсь. Даже сотни тысяч Март не в силах меня

Мне нужно покушать. Тем более вчера я так и не поужинала. Чашечка горячего шоколада и зефирки не в счёт. Голодовка ребёнку точно не пойдёт на пользу. Мне нужен полноценный завтрак, побольше витаминов. И если Паша решил искупить свою вину готовкой, кто я такая, чтобы отказываться?

Сказано — сделано.

На мгновение закрываю глаза, делаю вдох. Потом ещё один. И наконец — выхожу из спальни. Звуки из кухни настойчивы. Они зовут.

Держась за животик, медленно спускаюсь. Иду в сторону кухни. Хотя "иду" — это громко сказано. Скорее плетусь туда, волоча ноги, и думаю только о том, чтобы поскорее добраться до чашки с чем-нибудь горячим. Кофе уже пахнет как обещание лучшей жизни.

Может, всё не так уж и плохо, как я вообразила себе? Может, всему есть объяснения?

На кухне меня ждёт сюрприз — приятный такой сюрприз! Мои самые любимые, самые близкие подруженьки: Женька, Василиса, Полина и Маша — все здесь, пришли ко мне.

— Девочки?! — вскрикиваю, не веря глазам. — Вы тут?! Но как?

— Ну что, будешь удивляться или сразу обниматься? — спрашивает Женька.

Они взрываются хохотом, вскакивают, обнимают меня со всех сторон. В воздухе — аромат выпечки, наш общий смех и атмосфера счастья.

— А мы решили нагрянуть без предупреждения! — серьёзно говорит Василиса. — Это я к тому, что если надумаешь выгнать нас, то у тебя ничего не получится.

— Мы сегодня настроены на девичник, — добавляет Полина. — И просто так не уйдём.