Не виновная

6

Поскольку, ни о первом, ни о втором фигуранте своего расследования я не располагала никакой информацией, я не знала, где мне их искать. Поэтому, я, не колеблясь, решила позвонить Виталику — знакомому блогеру — затворнику, который, помимо уникального писательского таланта, был экспертом по части сыска и решал подобного рода проблемы. Не бесплатно, конечно.

Он экономил мне силы, нервы и драгоценное время, в конце концов, платила же я не из своего кармана. Я покопалась в контактах и отыскала нужный номер.

— Давно тебя не было слышно, Жанна, как поживаешь? — сказал Виталик.

— Неплохо, — ответила я и изложила ему суть своей проблемы.

— Ты хочешь, чтобы я нашел для тебя этих людей?

— Не только. Этот самый Чигин, думаю, крутил на следствии жопой, и это при том, что там погибла его жена. Хотелось бы знать о нем побольше.

— Срок?

— Как всегда, горит.

— Принял, — помедлив, сказал Виталик. — Адреса найти будет не сложно, на остальное нужно будет время, дня два-три, не больше, — ответил Виталик.

Я согласилась, и мы простились.

Закончив с первым пунктом своего плана, я заказала омлет с беконом и мягким сыром с оливками на поджаренном тосте. Пока готовили мой заказ, я решила познакомиться поближе с Элиной Денисовой. Пошарив по социальным сетям, я нашла в «ВК» страничку Элины. Личных фотографий немного — всего четыре. Юная девушка выглядит вполне жизнерадостной и счастливой. Все снимки сделаны среди ярких цветов в цветочном павильоне. На спортивной блузке Элины бейджик с ее именем и названием магазина «Страна цветов». Сложно представить продавца цветов в роли убийцы.

Показания свидетелей судебного процесса еще были свежи в моей памяти. Речь Тагировой Натальи, старшей сестры Филиппа, почти не отличалась от ее матери: «…эти Денисовы — они обе пришли к нам вечером домой, и пытались обвинить моего сына в том, чего никогда не было. Кончено, мы понимали, что эти женщины потеряли близкого для них человека, но если бы они попытались хотя бы разобраться, прийти с благими намерениями, спокойно спросить Филиппа, был ли он той ночью на той дороге. Но, нет же, с их стороны это был ультиматум. Всем известно, и следователю в том числе, что они ошибаются, этого не могло быть. Филипп в тот вечер и всю ночь гостил у родителей, где собралась вся наша семья. Конечно, мы могли им предложить помощь, Филипп добрый человек, как и мой муж. Но как же подло поступили эти люди, нагло, по-хамски вторглись в наш дом и потребовали деньги. В словах этой девушки слышались угрозы, и я точно помню ее последние слова — лучше бы ТЫ там сдох, вместо моего брата!»

Я откинулась на спинку стула, потянулась к сумке, где я всегда хранила пачку сигарет, вынув одну, я покрутила ее пальцами, вдохнула аромат табака, хотелось курить, но еще больше не хотелось мерзнуть на улице, да и что-то давило сердце. Я убрала сигарету обратно в пачку.

Вернувшись к страничке Элины, я прошлась по ее друзьям, их было семь, как смертных грехов в Библии. Один из них ее брат Артур, они похожи с сестрой: светлые волосы, птичий нос, задумчивый взгляд карих глаз. После гибели парня, страничка так и осталась не тронутой, последняя дата посещения второе ноября — дата автомобильной аварии.

Я подумала о роли Кулякина в этом деле и набрала фамилию бывшего журналиста в поисковике, который выбросил множество ссылок на опровержение газеты «Новое время». Газетенка — так себе, в основном охотилась за скандалами в политике и бизнесе, занимались переписыванием статей из других источников. Кулякин вел криминальную рубрику, писал неплохие очерки, раскрывая тайны преступного мира в городе, следил за резонансными уголовными делами.

Я отыскала его статью о смертельном происшествии на улице Маяковского. Кулякин, с точностью опытного репортера, описал событие со слов потерпевшего Чигина, жена которого позже скончалась в реанимации. Чигин рассказал, что черный БМВ, по вине которого произошла трагедия, скрылся с места аварии. Номера он успел запомнить.

Статья Кулякина вызывала доверие, однако через день «Новая газета» опровергла информацию об аварии, ссылаясь на неточность в показаниях потерпевшего, вызванную его шоковым состоянием. Самого Кулякина обвинили во лжи и давлении на свидетеля аварии, все ради погони за сенсацией и рейтинга.

В блокноте я записала волнующий меня вопрос: «Почему Чигин изменил свои первоначальные показания?». Сделав нужные пометки, я вернулась к Элине Денисовой.

Из всех друзей Элины меня заинтересовала одна ее подруга, на своей страничке она значилась под именем Наташа Кокорина. Это была молодая, необычайно красивая девушка с длинными черными волосами и внешностью модели. На большинстве фото она — девчонка-зажигалка, танцовщица ночных клубов с излишней откровенностью нарядов. Тут были и снимки с Элиной: вот они в ночном клубе, в кафешке, в роскошном салоне лимузина; а вот они совсем юные, вместе за одной партой в школе. Почти на всех снимках они смеялись, весело и смешно позировали — радовались молодости, жизни.

Фотографий на ее страничке больше трехсот, по ним можно было изучать все этапы ее жизни. Мое же внимание привлекла последняя серия фотографий: подруги в атмосфере ночного клуба, в свете яркой вспышки разгоряченные лица девушек и парней, на заднем фоне, красным неоном горит звучное слово «Панама».

Не тот ли это клуб, где Элина познакомилась с посредником Валишиным? Я вновь полистала блокнот, и нашла тому подтверждение, и не удивилась, когда нашла его в друзьях Кокориной. Коротко стриженый, по моде — бородатый паршивец, со смуглой кожей и хитрым прищуром чернявых глаз. На одном из снимков он в обнимку с красавицей Кокориной. Элина рядом, со стороны подруги, губы уточкой — тянет из бокала зеленоватый напиток. Над их головами сверкает знакомое название клуба «Панама».

Из зачитанных показаний свидетеля Валишина: «…познакомились с Денисовой в ночном клубе „Панама“, общались часто, отдыхали вместе. В декабре перед Новым Годом она спрашивала меня, как ей найти киллера, интересовалась ценой и все такое. Говорила, что хорошо заплатит. Сначала всерьез не воспринимал ее, думал она прикалывается, поэтому в шутку сказал, что знаю одного такого чувака — профессиональный наемник, в Донбассе воевал. Только я ей тогда еще сказал, ты, говорю, выбрось это из головы, не связывайся. Думал, она поймет, вроде не дурочка. Но, она оказалась помешанной, как-то позвонила мне, говорит, продала тачку, у нее Solaris был, убитый весь, рублей на двести потянет. Она говорит, за три сотни отдала. Повезло ей. Короче, она хотела убрать одного чела, конкретно имя не говорила сначала. Я тогда въехал, что все серьезно и сразу обратился в полицию…».