Не вижу зла

-4-

Мы бежали настолько быстро, насколько это было возможно, я часто спотыкалась, падала и Ласу пришлось взять меня на руки. Я не выпускала из рук палку, которая казалась ничтожной защитой перед лицом опасности. Каждый звук был острым, болезненно ясным: треск веток, влажное хлюпанье плоти, словно кто-то ломал кости, и низкое шипение, как будто вода попадала на раскалённое железо.

Внутри меня нарастала паника, но я не могла позволить ей взять верх. Не сейчас. Я сосредоточилась на ощущениях: прохладный воздух, запах кожи и металла доспехов Ласа, гладкая поверхность амулета на груди, который нагревался всё сильнее. Его пульсирующий жар добавлял странное чувство тревоги.

Когда мы наконец остановились, я слышала хриплое и тяжелое дыхание Ласа. Он крепко обхватил меня за плечи и встряхнул:
— Слушай меня, — голос Ласа прорезал хаос, резкий, как удар. — Отходи назад. Сейчас.

Я сделала шаг назад, но ноги дрожали, не хотели двигаться, словно налитые свинцом. Амулет пульсировал всё сильнее.

Что-то трещало, ревело и визжало одновременно.

— Что это? — мой голос дрожал, но я должна была знать.

Ответа не последовало. Вместо него — глухой удар, после которого земля задрожала. Воздух вокруг наполнился странным холодом, а потом жаром, словно от пламени.

Я услышала, как Лас снова рванул вперёд. Его шаги были быстрыми, но я улавливала в них короткие остановки. Он двигался уверенно, но уже начал выдыхаться.

— Прекрати стоять! — его голос был грубым. — Уходи, пока можешь!

— Нет, — ответила я, и даже сама удивилась твёрдости в своём голосе. — Если я уйду, ты...

— Чем ты можешь мне помочь, глупая? Я справлюсь! — оборвал он.

Но его тон выдал его. Усталость, злость, а может, страх. Всё это я услышала в коротких, резких словах.

Что-то двигалось совсем рядом, и приближалось с каждой секундой. Он не просто шёл — его движения были рваными, похожими на прыжки. Я почувствовала, как что-то огромное заполнило пространство. Оно было здесь, совсем близко. Его присутствие было почти осязаемым.

— Что это? — прошептала я снова.

На этот раз Лас ответил:

— Мрак.

Одно слово, но в нём была такая тяжесть, что мне стало холодно.

— Что это значит? — мой голос сорвался на шёпот.

— Это не просто зверь, Алия. Это что-то, что не должно существовать, по крайней мере не в нашем мире. Но оно здесь, потому что мы потревожили его.

Его слова прозвучали слишком спокойно, будто он говорил не с человеком, а сам с собой.

— И что теперь? — спросила я.

— Теперь я убью его, — ответил он, и его голос стал стальным.

Опять грохот, потом треск — словно дерево упало, подломившись под тяжестью. Лас двигался стремительно, но я чувствовала его напряжение, слышала, как он всё чаще тяжело дышит.

— Ты... ранен? — мой вопрос сорвался с губ прежде, чем я успела подумать.

— Не я. Оно, — его ответ был коротким, но от него по спине пробежал холод.

Существо снова издало рёв, но на этот раз он был другим. Более низким, хриплым, как предсмертный выдох.

Я почувствовала запах крови, резкий и тяжёлый. Он смешивался с запахом гнили, заполняя воздух.

— Это конец? — выкрикнула я, надеясь на положительный ответ.

— Почти, — сказал Лас.

Но его голос говорил об обратном.

Я сделала шаг вперёд, прислушиваясь к его дыханию. Оно было неровным, тяжёлым, как будто каждое движение давалось ему с трудом.

— Ты точно не ранен? — спросила я, но он не ответил.

— Лас?

— Теперь идит вперёд, — его голос был тихим, но твёрдым.

— Я не уйду, пока ты не скажешь правду, — я сделала ещё шаг ближе, мне казалось он стоит совсем рядом.

— Не подходи! — его крик был таким внезапным, что я замерла.

Молчание между нами натянулось, как напряжённая струна. Но я знала: он что-то скрывает.

— Если ты ранен, я могу помочь...

— Ты уже помогла, — перебил он. — Теперь просто иди.

Я чувствовала его усталость, слышала боль в голосе, но он держался, словно на грани. И я пошла, медленно шаря палкой по земле и слушая его тяжелое дыхание за спиной.

Мы продолжили путь молча. Его шаги стали медленнее, а иногда я слышала, как он спотыкается. Запах крови всё ещё витал в воздухе, но он был уже слабее, будто лес пытался забрать его себе.

Мне хотелось, чтобы он говорил, не оставлял меня в тишине, но он только тяжело дышал.

Мы остановились только тогда, когда ночь окончательно обняла лес. Лас с глухим стуком опустил на землю что-то тяжёлое — судя по звуку меч. Я услышала, как он шумно выдохнул, но старался не показывать усталости. Я же медленно нащупала корень дерева, облюбовав его как место для ночлега. Земля здесь была прохладной, влажной, и я почувствовала, как через ткань плаща лёгкий холодок пробирается к телу.

— Здесь остановимся, — сказал он, его голос прозвучал твёрдо, но я уловила в нём усталость.

Я не стала спорить. Амулет на груди больше не пульсировал, но лес вокруг оставался напряжённым, словно затаившим дыхание. Звуки боя остались позади, но их эхо всё ещё стучало у меня в ушах.

Пока Лас разводил костёр, я прислушивалась к его движениям: звук кремня, приглушённое шуршание веток, а затем первый треск огня. Его шаги звучали тяжёло, как будто он с трудом переносил вес своего тела.

— Ты ранен, — тихо заметила я, не удержавшись.

— Нет, — отозвался он почти мгновенно, но его голос прозвучал слишком резко, чтобы быть правдой.

Я нахмурилась, проводя рукой по земле, словно в поисках чего-то, что могло бы отвлечь меня от нарастающей тревоги.

— Ты всегда так плохо врёшь? — не удержалась я от сарказма.

Лас усмехнулся, и я услышала, как он сел напротив меня, устроившись ближе к костру.

— А ты всегда такая настырная?

— Только когда дело касается спасения упрямых людей, — ответила я с лёгкой улыбкой.

— Не волнуйся, — протянул он, как будто ему было весело от всей этой ситуации. — Мне бывало и хуже.