(не) Влюбиться по уши

Глава 9. Надежда

Тронов переоделся. Да, у него тут были специальный комбинезон, верхом которого он обвязал бедра, и чёрная футболка, очертившая каждую мышцу плеч, спины и груди.

Но отвлекало меня от конспекта по социологии совсем не это. Вовсе нет. Меня тянуло наблюдать за его движениями. Всегда плавными, неторопливыми и… грациозными, что ли. Я смотрела, как он с особой тщательностью удалял ржавчину с рамы, как до блеска металла вычищал топливный бак, как сосредоточенно примерял детали...

Человек, увлечённый своим делом, непроизвольно притягивает взгляд.

Моя бабушка любила вязать. Казалось бы, за чем там наблюдать? Пара спиц, моток шерсти и ловкие пальцы, способные двигаться с невероятной скоростью. Но я всегда с удовольствием следила за тем, как из простой нитки получается какое-то изделие. Да, она вязала шикарные бактусы, всегда оригинальные, каждый со своим неповторимым рисунком. И у меня до сих пор хранилась в ящике шкафа пара новых, из-под её руки тёплых носков с потрясающими узорами.

— Ну а ты, курносик? — отвлёк меня от своих длинных пальцев, которые держали тряпку — как давно он закончил с очередной деталью и вытирает руки? — Тронов.

— А что я? — сильно зажмурилась я, а затем посмотрела в его глаза.

— Расскажешь, как вышло так, что ты оказалась самой шустрой в своей сборной? — упал он на диван рядом с моими ступнями, с которых я для удобства сняла кеды.

— Слышал, значит, — усмехнулась я, окончательно откладывая тетрадь. — Это длинная история.

— Всё, что у меня есть — это время, — пафосно заметил Тронов.

— Звучит знакомо, — прищурилась я. — Из какого-то фильма? Верно?

— Не помню, — усмехнувшись, пожал он плечами. — Рассказывай, курносик.

— Сам напросился, потом не жалуйся, — заметила я и мысленно вернулась на двенадцать лет назад. — У моего отца давным-давно раз в год или меньше случались приступы «родительской любви». Ну, знаешь, купить мороженое, сводить на карусели. В общем, показать самому себе, какой он потрясающий отец. Лично обо мне тут речи не идёт, он скорее представлял в такие моменты, как будет хвастаться своим собутыльникам тем, что таких «классных» отцов, как он, ещё поискать. Мне было шесть лет, когда его в очередной редкий раз накрыло. Он как раз устроился сторожем в наш районный бассейн. «Родник», знаешь?

— Не-а, даже не слышал.

— Ага, — кивнула я, не удивившись. — Проработал он там недолго в любом случае. Он в принципе нигде долго не работал. Так вот. Ему показалось отличной идеей провести по блату, скажем так, своего ребёнка поплескаться в водичке. И неважно, что у ребёнка нет ни купальника, ни шапочки, не говоря уже об очках! Моего непутёвого папашу, как всегда, выручила моя бабушка. По маминой линии. Потому что считала важным общение дочки с отцом. В общем, она привела меня в бассейн на встречу с папой и прямо там, в киоске — тогда он ещё был, — купила на свою пенсию новенькие купальник, шапочку и даже очки... — я непроизвольно улыбнулась, вспоминая тот день.

— Хорошая у тебя бабушка, — отвлёк меня Тронов, тоже улыбаясь.

— Была, — кивнула я. — Умерла около двух лет назад.

— Мне жаль, курносик.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я его, потому что видела, что он тоже искренен. — В тот день я навсегда влюбилась в бассейн. Я подолгу могла держать дыхание и плавать по дну, рассматривая плитку. Мне это нравилось! Ещё я смотрела, как плавают другие дети, повторяла за ними движения, но по большей части проводила время под водой...

— Представляя себя русалкой? — беззлобно усмехнулся Тронов.

— И это тоже, — не стала я юлить. — Мне нравились звуки под водой, нравилась её плотность и простор огромного бассейна. По сути, да, создавалось впечатление, что я попадаю в другой мир. Папин порыв закончился на одном разе, а у меня остались очки и шапочка. Я просила маму набирать мне полную воды ванну и ныряла уже в ней. Маму это забавляло, а бабушку расстраивало. Она уловила своим добрым сердцем то, что её внучка нашла занятие, в котором чувствует себя... внимание, каламбур — как...

— Рыба в воде! — рассмеялся Тронов, и я вместе с ним.

— Да... — отсмеявшись, продолжила я. — Она поговорила с мамой и предложила отдать меня на уроки плавания в тот самый бассейн — тогда там ещё были хорошие тренеры...

— А сейчас — нет?

— Сейчас — нет, — просто ответила я. — В общем, я стала заниматься, затем участвовать в соревнованиях, потому что быть в воде быстрее всех мне тоже безумно нравилось. Я забирала медали за первые места, пока училась в школе. А когда я её окончила, мне предложили бюджетное место в нашем институте. Я согласилась и на первых внутренних соревнованиях оказалась шустрее всех, как ты выразился, вот таким вот образом.

— Отличная история, спасибо, — улыбнулся Тронов, но смотрел при этом на меня как-то подозрительно. — Театральный факультатив. Почему именно он?

— Тут всё просто — я обожаю кино и сериалы. И актёрство... Знаешь, возможность прожить несколько разных жизней в свою одну — завораживает.

— Вот как. Но при этом ты не играешь в своей пьесе сама?

— Ну да, — подтянула я ноги к себе и уложила на колени подбородок. — Так вышло, что я стала организатором.

— А что мешает совмещать эти два дела? Я видел, что играть ты умеешь.

— Да, ты тоже, — вернула я ему выразительный взгляд. — Будет непросто следить за всем и всеми и играть самой. Мне пришлось выбрать.

— Понятно, — хмыкнул он и отвернулся. Через полминуты хлопнул ладонями по бёдрам и встал: — Я в душ, и можем ехать.

— Ну да, у тебя тут и душ есть, — усмехнулась я.

— Хочешь со мной? — игриво повёл он бровями.

Ага, мы теперь и так шутим? Ладно.

Я схватила его же тряпку и, смеясь, запустила в него:

— Иди ты... в свой душ. Один.

Уже через полчаса мы подъезжали к моему району...

Я не знала, хочу ли, чтобы Тронов подвёз меня к самому подъезду — ещё не совсем стемнело, и не факт, что компашка Егора отправилась по своим грязным делишкам. Чего я точно не хотела, так это того, чтобы они увидели, кто меня подвозит и на какой машине.