( Не) влюбляйся

Глава 16.

Никита.

Я оплачиваю пребывание в этом «замечательном комфортабельном месте», беру Злату за руку и веду к пылающему костру.

– Замерзла? – потираю ее плечи.

– Ничего, сейчас согреюсь.

– Скоро ужин будет готов. Роберт там такую вкуснятину нам готовит – закачаешься, – протягивает Зойка. 

– Попробуете фирменное блюдо от будущего шефа! – Роб важно нагоняет жар над казаном. – Тут розмарин, хмели-сунели, свежая зелень.

– Вкуснятина! Пахнет замечательно, – блаженно произносит Злата.

– Может, пока ужин готовится, поиграем? В правду или действие, – предлагает Лана.

– Давайте, – хлопают в ладоши девчонки.

– Я начну первым, – важно говорит Роб.

Мы рассаживаемся вокруг костра. Языки пламени пляшут и отбрасывают на лица ребят тени. Я снимаю куртку и накрываю плечи моей Золотко, невольно коснувшись ее нежной бархатистой кожи. Встречаю полный нежности взгляд, боясь допустить мысль о возможной близости между нами… Хочу и не хочу погружаться в нее с головой, пропадать как в омуте и ранить себя и девчонку скорым отъездом. Но и от мечты отказываться не желаю… 

Роберт делает самодельные карточки, прищуривается, пишет на них что-то – очевидно, вопрос – настоящих-то карточек из магазина у нас нет, и рассказывает правила игры. 

Кристинке достается действие. Роберт бросает взгляд на Злату и произносит:

– Ты должна будешь помочь помыть посуду Злате.

– Так нечестно, – вмешивается Лана. – Роб, зачем ты облегчаешь этой мажорке жизнь?

– Лана, полегче на поворотах, – рычу я.

– Да помою я посуду, не волнуйтесь, – улыбается Златка. – Роб, моя очередь тянуть карту? 

– Да, Злата, тяни.

– Действие. Я должна что-то сделать. 

– Спеть, например, – ехидно каркает Ланка. Она-то не знает, какая Златка певица. И ее задание для моей Золотко сущий пустяк.

– Что желаете услышать? – встает Златка с места. Грациозно снимает с плеч мою куртку, демонстрируя присутствующим стройные ножки в шортиках и топ с рукавами-фонариками. 

– Что, правда споешь? Наши уши не завянут? – язвительно протягивает она.

– Заказывайте песню, а там посмотрим, – деловито чеканит Злата.

– Я бы послушал что-то восточное, – метательное протягивает Роберт.

– Да погоди ты, Роб, – обрывает его Ланка. Впивается беспомощным взглядом в костер и перебирает пальцы, словно раздумывая, какую выбрать песню? – Наша мажорка, наверное, только зарубежку знает? Русские песни не для нее. А уж русские народные она и не слышала.

– Такая подойдет? – отвечает Злата и затягивает куплет.

Что стоишь, качаясь, тонкая рябина

Головой склоняясь до самого тына?

А через дорогу, за рекой широкой

Так же одиноко дуб стоит высокый

Кабы мне, рябине к дубу перебраться?

Я тогда б не стала гнуться и качаться

Тонкими ветвями я б к нему прижалась

И с его листвою день и ночь шепталась

Но нельзя рябине к дубу перебраться

Знать ей, сиротине, век одной качаться

Шо стоишь, качаясь, тонкая рябина

Головой склоняясь до самого тына?

Ее нежный высокий голосок льется по воздуху и ласкает слух. Будоражит душу и заставляет сердце биться чаще. По коже проносится толпа мурашек, когда я смотрю на поющую девчонку. Радость и боль… Счастье и скорая разлука… Как же нам быть, господи? И почему мы встретились так не вовремя? Золотко прикрывает глаза, отдаваясь пению, а я обвожу взглядом ребят – парни восхищённо пялятся на Злату, девчонки приоткрывают рты от удивления. Даже Ланка ошарашенно молчит, позабыв о своей неприязни.

– Браво! – орет Роб мне в ухо. – Злата, это было крышесносно. Теперь мы знаем, кто будет развлекать нас по вечерам. 

– Круто, Златка. Где ты научилась так петь? – вторит ему Игорь.

– Я с детства пою и танцую. Сначала родители заставляли, а потом я втянулась. 

– Умница, – шепчу ей в ухо, когда моя девочка возвращается на место. 

– А теперь очередь Никиты тянуть карточку, – переключается на меня Ланка. Она еще не отошла от потрясения, но упорно пытается сделать вид, что ничего не случилось. Хотя я-то ее давно знаю – бледность ее щек не скрывают даже пляшущие тени от костра. 

– Мне досталась правда, – говорю я, читая криво нацарапанный Робертом текст. 

– Ты любишь Злату? – опережая участника, который должен задавать мне вопрос, выпаливает Лана.

Что я должен ответить? Признаться своей девчонке в любви при всех, лишив романтического момента? Выставить наши отношения на всеобщее обозрение?

– Нет, – отвечаю твердо.

Наконец, на лице Ланы появляется искренняя радость. Она довольно потирает руки и передает бразды правления другому. Ну а почему нет? Добилась своего, теперь можно и отдохнуть.

На вопрос отвечает мой скромник Степка, потом очередь настигает Зою – Роберту все-таки удается заставить девчонку согласится мыть посуду вместо Златы. 

– Снова я? – спохватывается Злата, вытягиваю карточку дрожащими пальчиками. – Правда.

– Злата, ты будешь скучать, когда Никита уедет? – детский вопрос, наивный, но Степка задает его, несмотря на мое недавнее ультимативное «нет».

– Да, буду, – без раздумий отвечает девчонка.

Так тебе и надо Никита. Она не побоялась выставить свои чувства напоказ. А ты струсил… Перед какой-то там Ланой, давно влюблённой в тебя и парнями. Слизяк и трус, вот ты кто. 

– Давайте выпьем, что мы зря брали настоящее вино? – предлагает Роберт. – И тарелки свои тяните, сейчас каждому положу ужин.

Я чувствую, как изменилось настроение Золотко. Она улыбается и общается с девчонками и моим любопытным Степкой, но ее глаза… Они остаются потухшими и пустыми. Своим нелепым «нет» я сразил ее наповал. Ее веру в наше будущее.

– Спасибо, Роберт, это было очень вкусно. Спасибо, девчонки, салат просто пальчики оближешь. Если позволите, я пойду в душ, пока вода не успела остыть. А потом вернусь и еще что-нибудь спою.

– Иди, Злата, мы тебя ждем. За буйки не заплывай! – блещет остроумием Роберт, а я провожаю девчонку тоскливым взглядом.