[не] вместе. [не] навсегда

Глава 21

Мы опять ночевали вместе: в одной комнате, на одной кровати, но в этот раз никакого внутреннего трепета я не испытала. Пока девочки убирали со стола – парни к вечеру напрочь забыли о том, что сегодня наш праздник и окончательно расслабились - сидели у тлеющего костра, обсуждая какие-то общие темы.

Я находилась неподалеку, хотела сфотографировать сей впечатляющий «пейзаж»: силуэты парней на фоне оранжевых отблесков, но стала свидетелем того, что усугубило мое и без того ранимое эго.

Один из друзей Андрей поднялся, прощаясь рукопожатием с каждым присутствующим. Тенденцию подхватил и второй:

- Ладно, парни, и я пойду. Вас, наверное, тоже девчата ждут.

- Я пока здесь побуду, - раздался голос Андрея.

Мне не обязательно было смотреть в ту сторону, чтобы понять: это он.

- Поссорились? – прозвучал всё тот же вопрос, уже не в первый раз за сегодняшний день, но теперь он был адресован не мне.

Я видела, как Андрей махнул рукой и расплывчато ответил: «Да так». Похоже, я доставляла ему проблемы своими эмоциями. Поэтому, поклявшись больше так себя не вести – не ради него, а ради себя, - я вернулась в комнату, приняла душ, переоделась и легла спать, оставив включенным ночник. Даже успела задремать, когда раздался шум, и я поняла, что нахожусь в комнате не одна.

Поворачиваться не стала, но прислушалась внимательнее. Стараясь не шуметь, Андрей перемещался по комнате. Вот ушел в ванную и включил воду. Вот снова вернулся. Прогнулась кровать, натянулось одеяло. Лёг. Расстояние между нами сохраняет как в пионерском лагере – можно бы больше, да некуда.

Внутри была горькая ирония.

Я ему так противна? Или что это за проявления? Впрочем, теперь разбираться в этом не было никакого желания.

Утром проснулась первой, сменила одежду и спустилась вниз. Там была только Света, и мы неплохо пообщались на разные темы, не касающиеся семейной жизни, прежде чем к нам подтянулись другие девчонки и парни из компании. Андрей появился последним, когда мы уже накрыли на стол, собрав остатки вчерашнего пира, и один из его друзей даже отправил меня «будить мужа». Не пришлось, сам спустился, и я с облегчением выдохнула.

Обратно в город мы ехали молча. Хорошо, что придумали радио – музыкальные вставки и бодрая речь ведущего хоть как-то создавали атмосферу и убивали гнетущее отчаяние.

- Можно я задам один вопрос?

Не утерпела.

- Задавай, - разрешил он, не поворачивая головы и, по-моему, не очень охотно.

- Почему мы не можем развестись? Ведь цель уже достигнута.

Чего я ждала? Признаний, что он привык ко мне и не хочет ничего менять? Что ему хорошо со мной? Что я создаю ему статус и имидж? Хоть какого-то намека на мою значимость для него?

А вместо этого получила:

- Это будет слишком подозрительно. И я не знаю, какие будут последствия со стороны руководства.

Больше вопросов у меня не было.

Едва перешагнув порог дома, увидела сообщение от сестры: «Ну как вы? Уже вернулись?»

Закрывшись в комнате, перезвонила ей и, не углубляясь в подробности, пообещала всё поведать при встрече.

- А я сейчас с Димой на встречу собираюсь. Он вчера дежурил, не мог поздравить. Ты к нам зайдешь?

- Да, как раз собиралась к маме. Тогда подожду тебя. Ты ведь не до позднего вечера?

- Нет, на пару часов, - пообещала Танюшка.

- Договорились.

Вздохнув, подошла к зеркалу и постаралась придать своему лицу счастливый вид. Не хочу, чтобы мама что-то заподозрила и расстроилась. А отца, наверное, как всегда не будет дома. А если и будет, то, как Андрей, закроется в комнате и в лучшем случае выйдет лишь поздороваться. С годами я даже перестала нуждаться в его поддержке и внимании, хотя не скажу, что простила. Просто приняла как данность.

И какой ужас, что всё повторяется в моей семье. По воле судьбы или злому року мой муж (пусть и с приставкой «псевдо») оказался таким же холодным и совершенно бесчувственный к тем, кто рядом. Речь даже не обо мне, а о его маме, например. Да, его мама, конечно, тоже не образец идеальной родительницы, но я не замечаю, чтобы он часто общался с ней или навещал, а она за три месяца, что я живу здесь, ни разу не заглянула к нам в гости.

В родительский дом я отправилась пешком. Вставила в уши наушники, включила плейлист «Мотивация» - мой собственный набор песен, которые слушаю, если мне плохо. И это сработало: от физической активности и приятных композиций, действительно, жизнь перестала казаться такой уж мрачной. Да и лазурное небо – совсем не такое, как осенью или зимой – дарило надежду на то, что всё непременно изменится к лучшему. А я без надежды жить не могу.

Мама встретила меня теплыми объятиями и ароматным чаем с чабрецом. Мы говорили о нашей с Андреем жизни (кое-что пришлось приукрашивать, но куда уж без этого?), о ее работе, о Тане, которая скоро выйдет замуж.

В какой-то момент мама погрустнела. Я подумала, из-за того, что и вторая дочь покидает семейное гнездышко, и угадала.

- Мам, ты ведь тоже можешь изменить свою жизнь. Разве вы с отцом любите друг друга?