Не волшебная

5.2

После короткого рассказа о себе посыпались вопросы о серединном мире, то есть о Земле. И, в основном, они были связаны с нашими традициями, привычками, правилами, поведением. Некоторые, подобно Фрезе спрашивали не знакома ли я лично с некоторыми представителями людей из знаменитостей. В какой-то момент я почувствовала себя одной из кино-звёзд, у которой берут интервью и попутно спрашивают о коллегах по цеху. Будто всё человечество – это маленькое общество, где все друг друга знают.

К своему удивлению я заметила, что студентов мало интересуют открытия нашего мира. Как позже мне объяснил умница Толин, почти все бытовые вещи, используемые обитателями Антхилла, так или иначе напоминают привычные мне. С той лишь разницей, что оборотни, русалки и прочие пошли немного по другому пути – нет электричества, нет топлива.

Все машины работают на магии. Это мощная энергия, добываемая в рудниках. В артефактах она удерживается с помощью рун. Собственно, именно приспособлением открытий человека и занимаются Исследователи-артефакторы. Они не открывают колеса, а отсеивают нужное и адаптируют это для использования. Некоторые же изобретения были попросту не интересны.

На паре по био-исследованиям, где меня сдержанно встретила Деб, меня снова вызвали представится группе. Благо в этот раз выступала я перед малым количеством. Научные разработки в сфере фармакологии так же никого не заинтересовали – иммунная система человека гораздо слабее здешних жителей. И вся их медицина, в основном, состоит из гомеопатии.

После пар я решила наведаться в библиотеку, чтобы почитать об устройстве здешнего мира. Пара по биологии хоть и нагоняла сонливость местами была интересна, так как вскользь упоминала о каких-то появлениях людей, которые геройствовали на территориях волшебной земли.

Однако до помещения, что скрывалось за воротами из матового разноцветного стекла я так и не добралась. В коридоре меня схватил за локоть Толин, который с возбуждением начал описывать все шаги, которые он предпринял для создания связи с моей мамой. Что-то тараторил про тоннели, руны, насколько гениально простым было решение. Я честно пыталась уловить ход его мысли, но многие слова были только отдалённо похожи на адекватную речь, остальные же явно указывали на фантазию здешних исследователей.

-Артефакт готов. Я даже патент на него отправил. Представляешь, для чего можно будет его использовать? Больше не придётся посылать экспедиции на изучение серединного, можно просто иметь постоянных агентов, и даже магию туда послать можно! Правда с этим ещё нужно повозиться…

-А с мамой то я могу поговорить?

-Эээ, ну да. Конечно.

В здание общежития я почти влетела, обгоняя недоуменного полугнома. Для него долгое отсутствие связи с родителями не представлялось осложнением. Обитатели Антхилла посчитали наземную и летную почту достаточной для общения. А лучше личное присутствие. Многие студенты университета покидали родные общины только для обучения, и после возвращались к семье.

На пороге его комнаты переминаясь с ноги на ногу я ожидала в нетерпении, как маленький ребёнок стоит около ярко обернутой коробки с подарком. Ещё раз кинув на меня не понимающий взгляд Толин открыл дверь и засиял как начищенный чайник, когда передо мной во всей красе предстало его доработка средства коммуникации.

-Это что? – слова были произнесены на одном выдохе, смывая с моего лица выражение будоражащей радости. Мой маленький смартфон в пластиковом корпусе был распотрошён. От него во всем агрегате остался только экран весело мигающий значками цифр.

-Названия я ещё не придумал. Но думаю в нём должно быть моё имя. Как тебе коммуникатор Толина Бобура? Не нравится? – эмоцию он считал верно, но вот не название вызвало кислую мину. Теперь, некогда мобильное устройство, напоминало автомат для выдачи купюр. От мерцающего малюсенького экрана в стороны расходились проводки и трубки, по которым клубилась и переливалась радужная субстанция. Всё это крепилось на металлическом каркасе. Эдакий технический монстр Франкенштейна.

-А как… Куда… Где… - я обошла машину со всех сторон. Вся система была замкнута. Куда следовало говорить и как будет осуществляться связь, если здесь нет сотовых вышек оставалось загадкой. Но больше возмущало, как гений разворотил моего малыша, который прослужил мне верой и правдой несколько лет, - Как мне говорить?

-Как ты и показывала. Нажимаешь на номер, - он дёрнул за тонкую трубку и экран высветил один из номеров, - и говоришь в окошко.

Звук кряхтящих гудков шёл, будто ото всюду. После трёх вызовов громом раздался недовольный голос бывшего. Я кинулась к Толину:

-Сбрось! Сбрось!

Он дотронулся той же трубки и в комнате воцарилась прежняя тишина. Найдя в списке контактов номер родительницы, я попросила гиганта инженерной мысли вызвать его. После пары ловких манипуляций по комнате снова разнесся голос, на этот раз взволнованный:

-Таша! Ты почему раньше не звонила? Что с телефоном? Я до тебя почти сутки дозвониться не могу. А друг случилось чего. Доведешь мать до инсульта! – я покосилась на Толина. Тот понимающе кивнул и вышел, прикрывая за собой дверь.

После долгих извинений, уверений, что всё в порядке и обещаний звонить по возможности чаще я распрощалась с мамой, ещё раз десять напомнив, как сильно её люблю.

С чувством выполненного дочернего долга я собиралась всё же наведаться в библиотеку и расспросить у Толина о возможности подработки. Но дверь была заперта. Защита от взлома действовала и с обратной стороны, без хозяина ты ни войти, ни выйти не можешь.