[не] время для мести

Глава 23. Синергия

Энаре была крайне рада вернуться назад из Нейохона, она даже отчетливо употребила по отношению к Грантану такое словечко как “дом”. И хотелось бы сказать, что наутро было не так плохо, как хорошо вечером накануне, но по правде сказать, всё было скверно. Все эти колкости, злые слова за спиной, агрессивная конкуренция, злобность бывшего жениха, а потом его смерть… и всё бы ничего, если бы она не была вовлечена в эпицентр всего этого.

Имя Эдгарда было очищено, однако им надлежало вернуться обычным путем, а не телепортацией, чтобы точно не возникало пересудов. Энаре сидела возле иллюминатора и рассеянно смотрела на облака. Она уже не знала и сама, чему верить. Поведение “пятой” ей льстило, но вдруг всё это было задумано с целью обеспечить себе алиби? А Оливер? Был ли он вообще тогда в парке или это игра воспаленного воображения?!

И что он там говорил про убийство… неужто это его рук дело? Тогда как трусливо было не явиться лично. А что если он и ее хотел убить?

Брр, как-то жутко от всего этого. Да и почему голограмма? Может, кто-то разыгрывает ее - увидел на приеме и решил воспользоваться ситуацией. Если только это не спонтанное убийство Теодора, а потом вину тупо свалили на удобную кандидатуру.

Эдгард и Виктор сидели сбоку от нее и о чем-то негромко шептались. В конце разговора Виктор всплеснул руками и негромко воскликнул, прежду чем уйти к стюардесам:

- Принципиалист и зануда! А могли бы уже в ресторане зажигать!

Адель смущенно пожала плечами и ободряюще улыбнулась Энаре. В этом весь Виктор. Поди хотел позвать всех куда-нибудь развеяться, но Эдгард был непреклонен. Наверняка, вечером будет всеобщий сбор и обсуждение ситуации, будут выдвигать версии по поводу убийцы, анализировать прием и разбирать по полочкам все телодвижения людей на балу. Энаре закатила глаза и чертовски резко захотела овладеть заклинанием автоматической перемотки времени до следующего дня.

Впрочем, обсуждать все эти события вместе куда как проще для психики, недели делать это в одиночку. Ибо Энаре абсолютно не представляла, что ей делать дальше. В Грантане всё еще было неспокойно, в других городах тоже вспыхивали волнения на антимагической почве. На ее же родине доносились только отголоски, в своем законсервированном обществе они строго придерживались порядка, молодежь отвоевывала свое право на самоопределение, но мирным путем. Потому что наследственные и имущественные законы могли существенно прищучить поведение их детей, а прозябать в бедности было не круто ( или “диге”, что на вергалийском сленге “отстой”).

_______________

Под вечер собрание всё же было, народ сидел вымотанным, с осунувшимися лицами, и только Ольхиор с горящими глазами вытягивал из всех подробности. Он чуть ли не конспектировал за каждым говорившим, сводил в виртуальные диаграммы и старался рассчитать вероятностные ходы и злоумышленника.

Валарика тоже присвистнула от негодования.

- Мы тут рапорты и бумажки всякие писали по операции, а вы там веселились вовсю! Убийство - это ж офигеть как круто! Будь я там, еще б походила в его обличье, чтоб народ попугать и понервировать. Уж мы бы их там вывели на чистую воду!

Ольхиор протянул ей кулак и она по-дружески стукнула его. Действительно, с этой парочкой всё могло принять совершенно иной исход на балу. И тут Энаре осенило!

- Кстати, - обратилась она к Виктору и прищурилась, - а почему вы не воскресили его хотя бы на минуту? Мы б тогда точно знали, кто убийца!

Все как по команде повернули к Виктору лица. Он цокнул, перекинул ногу на ногу и с недовольством спросил:

- Мне самому ответить и пристыдить вас, или сами накидаете версии?

- Проявлять инициативу было подозрительно? - первым подал после молчания голос Ольхиор.

- Вы не были уверены, что это не я? - с сомнением протянула Энаре.

- Вас могли принудить остаться для дальнейших разбирательств? - робко спросила Адель.

- Опасно было отнимать работу у полиции на незнакомой территории? - это уже догадка Валарики.

- Да он просто не работает бесплатно! - хмыкнул Эдгард, и все закивали.

- И это только часть причин! - весомо поднял палец Виктор и сгонял на кухню за кофе. - А вдруг убитый не знал, кто его пырнул, но при этом указал бы на Энаре или одного из нас? Предсмертная иллюзия, внушение, подмена памяти…

- Или моя голограмма, - тихо произнесла Энаре.

- Именно! Попробуй потом докажи, что ты не осёд!

Энаре прыснула, а потом объяснилась:

- Осёл. Вы же это хотели сказать? На вергалийском “осёд” это макака.

Данная шутка немного разрядила обстановку, они еще немного посудачили, и к концу следующей недели Ольхиор пообещал предварительный отчет по балу, если только ему удастся от спецслужб получить досье на гостей и предварительное заключение полиции. А расстояние между ее старым и новым домом большое, так что запрос и ответ будут идти долго.

Энаре увидела, как Виктор подлил тайком себе в кофе бурбон, отхлебнула у него и пошла спать. Нырнув под одеяло, она обняла зверушку и помолилась незнамо каким богам, чтобы сон настиг ее быстро. Утром предстояла новая учебная неделя, и чуйка подсказывала девушке, что на этом неприятные сюрпризы для нее не закончились, что в мешке судьбы их еще с избытком…

Новый учебный день начался довольно активно, их погнали на физкультуру, а потом заставили сидеть неподвижно для циркуляции магического потока. Энаре стояла на одной ноге и проклинала свою лень, ибо мышцы на домашнем обучении явно расслабились. Горечь от долгой разлуки с друзьями немного спала, но в какой-то момент Энаре заприметила Николь и теперь скрежетала зубами. Она так и не простила ей сломанное запястье и непомерную заносчивость. Но месть - это блюдо, которое подают холодным, так что всё нужно хорошенько продумать.

Сандра стояла чуть поодаль и виртуозно балансировала с одной конечности на другую. Она беспрестанно улыбалась и всем своим видом показывала, что для нее всё это легко. Что и говорить - влюбленность окрыляет! Пока все практиковали отключение чувств, Кассандра притянула магией к себе Шеазара, хихикнула, чмокнула его украдкой и вернула на место.