Не вспоминай, мой принц

Глава 20. Часть 2

Армана

Неудобное положение рук прибавляло ощущение скованности. Они были плотно прижаты к груди принца, но обеспечивали беспрепятственный выход магии. Мысленно произнесла название руны, которую мы учили с Конросом сегодня. Принимая обратную часть удара на себя, я понимала, что и ему достанется. Истара ударило струей воздуха, отбрасывая его в противоположную стену. Руна молниеносно отзеркалила в мою грудь, забирая из легких весь воздух. Истар с грохотом повалился на пол, потирая ушибленное место.

В попытках откашляться от удара и наполнить кислородом легкие я совсем потеряла счет времени. Руки жег запрет, кончики чистой руки посинели. Пытаясь прийти в чувство, я растирала до недавнего времени здоровую руку больной. Было больно, и до невозможности холодно, меня трясло и казалось, что выворачивало на изнанку. Шагов я не слышала, но в какой-то момент в комнате появился размытый силуэт. Я сосредоточенно прищуридась и разглядела Конроса.

― Армана, что случилось? Истар, что ты тут делаешь? ― растерянно пробормотал командир.

У меня не было сил поднять голову или отреагировать, но я услышала смятение в голосе. Он беспокоился о нас одинаково. Мне хотелось бы думать, что это так, однако я знала, кого он выберет, если когда-либо придется выбирать.

― Истар, что с тобой? Армана ранила тебя? У тебя кровь.

Я все еще лежала на кровати, способная только слушать чужие выводы.

― Истар, что с тобой? Что это за рана? Истар, ты слышишь меня?

Принц продолжал молчать, разделяя мое смятение или поражение. Я все-таки подняла голову, морщась от поступающей тошноты, и осмотрелась: принц сидел у стены и Конрос рассматривал что-то на его груди, в глазах все еще бегали размытые темные круги. Я понимала, что не могла причинить ему телесных повреждений, ведь зеркалом забрала большую часть магии себе. Я похолодела, этого не может быть, я не думала, что все настолько плохо.

― Ар-рмана, ты его ранила? Зачем?

― Я, ― попыталась произнести я, поднимаясь на локтях, но вышел только кашель. ― Руна. Воздуха, ― сквозь боль произнесла я. ― Она не могла ранить его.

― Конрос, по твоему я пятилетний мальчишка?

― Ну-с, нет, ― с недоверием ответил командир.

― Тогда убери руки от моей рубахи и помоги ведьме, ― произнес абсолютно безэмоциональным голосом, наспех запахивая ворот. ― Со мной все в порядке.

Истар плавно поднялся, как будто только что и не валялся на полу побитой дворовой собакой. Поправил рубаху на груди, пригладил растрепавшиеся волосы. Мы с Конросом следили за фигурой принца, пока он не вышел из комнаты и неспешно не закрыл за собой дверь, пропуская в мрачную обстановку мягкий свет коридора.

Мы молча слушали скрип ступеней и удаляющийся звук мужских шагов. Я не спешила поднимать глаза, концентрируя внимание на только что закрывшейся двери, чувствовала изучающий колкий взгляд. Рос будто пытался залезть внутрь моей головы. Пытался найти ответ в действиях и движениях, улавливал каждую реакцию. От былой паники не осталось и следа, он вновь стал военным. Четким и прагматичным.

Луч света снова боязливо скользнул в комнату.

― Что тут случилось? ― вбежал сонный Мура, а за ним ошарашенная Гуль.

Ну хоть кошки в этом доме мирно спят по ночам, не слыша суеты вокруг.

Собравшиеся смотрели на меня в непонимании, ждали когда я объясню произошедшее. А я, все еще скрученная силой запрета наложенного заклинания, судорожно понимала, что не смогу дать им ответы. Ведь я не знала ни то, почему здесь оказался принц, ни то, почему он мне приснился, ни то, как я объясню рану на его груди. Я посмотрела в глаза Конроса, он злился и ждал, а я терялась в догадках насколько тяжело мне будет слышать их еще не заданные вопросы.