Не вспоминай, мой принц

Глава 24. Часть 2

Истар

– Ты хочешь опустить ключ в воду? – донесся приглушенный вопрос Конроса.

Я прислушался к их разговору. "Думай о ключе! О воде! Остынь!".

– Да, вода как-то меняет предметы, ключ менял размер, становился меньше.

С ним она другая: отвечала серьезно, но мягко, как будто нежно проводила рукой по небритому подбородку. Я поспешил вернуться, не в силах вынести даже одной мысли о их близости. Но злость вскипела во мне еще больше.

– И ты еще не попыталась его увеличить? Не хватило ведьминых мозгов? – больше не в силах скрыть раздражение.

Здравая часть меня ругала за несдержанность, хотя она и давала свои плоды. Армана снова посмотрела. И мне стало так странно хорошо от этого колкого холодного взгляда. Она меня видела. Она со мной говорила. Не мог слушать четко - утопал в ощущениях. Дыхание перехватывает, и я сглотнул поступившую слюну. Сбрасывая наваждение, быстро заморгал, пытаясь прийти в чувство:

– Клянусь всем светом, что во мне еще остался: я убью его и не побоюсь зеркала заклинания.

Она явно сильно злилась, а мне все равно было смешно. Я ей не верил. "Моя жизнь не настолько ценна, чтобы отказаться от своей собственной", – хотел ответить я, но сдержался.

Посмотрел на воду, которая тут же вызвала во мне смутные воспоминания. Фонтан. Я всегда ловил ее рядом с ним. Или я пытался придумать то, чего не существовало? Два сна были воспоминаниями у фонтана, и сейчас мы тоже рядом с водой. Я сосредоточился, ловя мысль за хвост, прокрутил ее в голове. У Арманы ничего не получалось, и не спроста. Руки зачесались сделать уже непоправимое, я помедлил, отгоняя зуд нетерпения от себя. Если верить снам, когда-то я намочил ее книгу и она злилась ровно как сейчас. Я должен рискнуть, должен попробовать.

– Поступим иначе, – не выдаю неуверенность.

Армана закричала, а я боялся, что мой план не сработает, провалится и она возненавидит меня уже по настоящему. Чувствуй свой учащенно бьющийся пульс - отдает “ухами” в висках. Сосредоточенно смотрю и считаю секунды. Одна, вторая, третья… Вижу первые пузыри, первые магические отблески. Закрываю глаза набираю воздух в легкие. Я все-таки был прав. Арма медлит, изучает книгу, заботливо проводит по корешку пальцами, изучает края пожелтевшей бумаги.

– Приступай к поискам. Чего тянешь? – шутливо говорю я, но голос напряженный, выдает мое нетерпение.

И снова молчание, которое распаляет меня еще больше. Я бы и рад успокоиться, побыть наедине с мыслями, обдумать, но сейчас во мне бушует жажда раскрыть все секреты, и я иду на поводу у чувств.

– Ты уже нашла что искала?

– Чего ты хочешь? – голос очень усталый, словно я оторвал ее от многочасовой работы в госпитале.

– Мы должны поговорить! – наклоняюсь, упираю руки о стол, чтобы смотреть глаза в глаза.

– Истар, я уверен, любой разговор может подождать. Арма, иди к себе. В комнате есть стол, на нем будет удобнее делать записи и не отвлекаться. Гуль, прошу тебя, принеси все необходимое.

Я закрыл глаза, не мог уже слушать его вежливую заботу в голосе, не мог видеть его спокойное лицо, когда внутри меня буря и шторм. Чертыхнувшись, отошел к окну. Не терплю скверных деревенских выражений. Но это!

– Спасибо, я не отказалась бы от чистых листов и чернил. Те, что вы давали мне, уже закончились.

Отвечает мягко, окутывает напускным спокойствием. Ровно как Конрос. Мне нет до этого дела - твержу себе. Она с моим другом, это все только сны, я не умру, если этого разговора не будет вовсе. Наоборот, так будет даже лучше.

Снежинки летят медленно, разренно, проходя свой путь от неба до земли. Перстень прокручивается на пальце свободно, одно движение и меня уже нельзя назвать принцем, нельзя именовать членом королевской семьи. Довожу кольцо до самого края, держу над кончиком ногтя. На меня снизу вверх смотрит филин. Немой диалог, только я и он. Смеется, задает глупые вопросы: “Ты что, сдался?”

Золото не играет бликами, но в нем я вижу отражение самого себя. Я видно уже совсем тронулся головой, раз веду мысленный диалог с своим же перстнем. Но я не могу сказать ему “Да”, у меня никогда не было возможности проиграть. Я тот, кто я есть. Мой род, велик, могуч и несгибаем. Бэлроды не сдаются, а я один из них.

– Не смей идти за мной! – произношу сквозь зубы, раздувая ноздри.

– Истар-р! – рычит Конрос, но я не остановился.

Наверняка я выглядел скверно, ведь откровенно пользовался своим положением и бесцеремонно отдавал приказы другу, который действительно обо мне заботился, но я не мог упустить ее, только не в этот момент. Бесшумно и быстро поднялся по лестнице - когда я не хочу быть обнаруженным, у меня это хорошо получается. Резко схватил ее за запястье, но не для того, чтобы причинить боль, вовсе нет. Просто мне нужно было ее остановить, убедиться, что она не убежит от меня. Арма подняла глаза и посмотрела на меня, словно пойманный в капкан зверек. От этого взгляда я опешил, спустился на ступеньку ниже, дав ей возможность дышать свободно. Мы смотрели друг на друга, стоя на одном уровне. Ее глаза - бездонный омут. И как я раньше их не узнавал? В мыслях промелькнули картинки последнего сна.

Я смотрел ей в глаза, цвет которых был глубок и бездонен, ореховые непокорные омуты.