Не забудь, что я тебя любил

Глава 1

– Нашу фирму всё-таки продали!

– Да ты что? Не может такого быть. Горлов же обещал, что возьмёт кредит в банке и рассчитается со всеми долгами.

– Не рассчитался, как видишь. Или банк не одобрил кредит.

– Да что вы заливаете, девочки? Всё гораздо прозаичнее и банальнее, Горлов устал от этой полудохлой кобылы, вот и продал, пока есть что продавать.

“Полудохлая кобыла” – это фирма, в которой я работаю последний год. А “есть что продавать” – наработанная клиентская база, сайт и несколько рабочих телефонов, куда поступают заказы.

– Дан, а ты чего молчишь? – обращаются девчонки и я, наконец-то, отрываю взгляд от монитора.

Растерянно хлопаю ресницами, обводя взглядом всех коллег:

– Я должна что-то сказать?

– Вообще-то да, – отвечает Светлана – та, что больше всех распиналась. – Нашу фирму продали. Похоже, сегодня последний рабочий день. Нас точно всех уволят.

В ответ я пожимаю плечами. Ну уволят, так уволят. Как говорится, пусть это будет самой большой бедой в моей жизни.

– Всё понятно с ней, девочки. Дане, как всегда, пофиг, – заключает Светлана.

Вообще-то мне не пофиг. Но на фирме почему-то сложилось мнение, что я настоящая флегматичка или же, что в моей жизни всё гуд и меня не волнуют такие серьёзные проблемы, как грядущее увольнение.

И я не жалуюсь, нет. Мне всё равно, что обо мне думают рандомные люди. Я просто держусь от всех на расстоянии, близко никого не подпускаю… ну почти.

В чашке закончился чай. Я уже давно перестала слушать сплетни коллег и просто встаю с рабочего места, чтобы заварить себе новую порцию зелёного чая.

В кухне пересекаюсь с секретарём генерального. Девушка взвинченная, щёки горят от румянца.

– Куда ты это столько? – любопытным взглядом окидываю пять чашек кофе, которые Вика ставит на поднос.

– Лучше не спрашивай, – вдыхает с шумом. – Сама скоро всё узнаешь.

– Угу… ясно.

Тоскливым взором провожаю спину секретаря. Выходит, девочки говорили правду, и нашу фирму действительно продали. Испытываю ли я огорчение или же разочарование? Да как-то уже всё равно. За последние два года я сменила не одно место работы. Видимо, не судьба в этом городе найти хорошую работу.

Через полчаса после нашей с Викой встречи на кухне по телефону сообщают, что всех офисных сотрудников ожидают в кабинете Горлова.

– Не нравится мне всё это, – вздыхает Светлана, и я согласна с ней в кои-то веки.

– Да уж, кому понравится остаться без работы в это непростое для всех время, – озвучивает мысли всех собравшихся одна из коллег.

Предчувствуя нечто необычное, я вытираю влажные ладони о бёдра, пока никто этого не видит. Обычно меня не подводит интуиция, а потому я на сто процентов уверена: в кабинете Горлова произойдёт нечто такое, что выбьет у меня почву из-под ног.

Говорят, ожидание смерти – хуже самой смерти. Значение этих слов я проживаю каждую минуту, пока наш финансовый отдел в полном составе не оказывается в просторном кабинете Горлова.

Уже почти все собрались, но сообщать о важном объявлении руководство не торопится – ждёт какого-то важного человека, как нам всем показалось.

Я стою позади остальных сотрудников – нас настолько много собралось в кабинете Горлова, что места не хватило больше чем половине коллег.

За моей спиной перешёптываются девочки из соседнего отдела:

– Поговаривают, что новый хозяин молодой.

– Богатый и красивый.

– Вот знать бы: женатый он или нет.

Улыбаюсь, став невольным слушателем чужого разговора. Выходит, сделка уже подписана, раз девочки успели рассмотреть нового хозяина логистической компании.

Внезапно открывшаяся в кабинет дверь заставляет всех замолчать. Со скучным выражением лица я рассматриваю небольшую пальму, что стоит в углу возле окна. И даже не подозреваю, что через мгновение моя жизнь сделает крутой поворот.

Мужской парфюм кажется знакомым, да не просто знакомым, а родным – настолько, что на подкорке оживают никогда незабытые воспоминания:

– Сделаем гравировку? – предлагает Андрей.

– Какую?

Андрей медлит, думая над ответом, но уже совсем скоро говорит:

– Очень сильно люблю тебя. Как тебе?

– Я тоже тебя люблю, Андрюш.

– Знаю, сердце моё, – взяв мою руку, подносит её к губам, чтобы покрыть кожу трепетным поцелуем. – Но я сейчас говорил про надпись. Как тебе вариант «Очень сильно люблю тебя»?

– Отличный. Давай сделаем его.

Уголки губ невольно ползут вверх, стоит только вспомнить невероятного мужчину, за которого я так и не вышла замуж, хотя очень этого хотела.

– Всем внимание. Дорогие мои, я вас здесь всех собрал не просто так, – толкает прощальную речь Горлов, а я погружаюсь в прошлое, вспоминая Андрея – это куда интереснее, чем какая-то там смена руководства.

Прошло два года, а я до сих пор помню ту сцену в ювелирном магазине:

– Обещаю сделать тебя самым счастливым, Андрюша.

– Я уже счастлив.

– Я рожу тебе дочку или сына, хочешь?

– Хочу. И сына. И дочку.

– Прошу любить и жаловать вашего нового директора Теплинского Андрея Викторовича, – как обухом по голове звучит из уст Горлова.

– Всем добрый день, – с усмешкой произносит Андрей, и я начинаю тихонько выглядывать из-за широкой спины одного коллеги.

Не могу поверить своим глазам, что в нескольких метрах от меня стоит Андрей. Настоящий Андрей, а не видение из моих любимых снов!

Костюм цвета антрацит ему очень к лицу. Пиджак нараспашку, рубашка светлая, без галстука.

Прошло два года, а Андрей нисколько не изменился. Всё такой же нереальный, каким я его знала и уже никогда не смогу забыть!

Теплинский улыбается, рассказывая о своих первых впечатлениях. Мол, на фирме много чего запущенного, но он привык к трудностям, поэтому рассчитывает на поддержку коллектива.