"Не жалею, не зову, не плачу..."

Глава 6. Кирилл Самарин.

Да, Кирилл, ты поступил по-детски, ну что ты за человек? Зачем так испугал Евгению? Я ругал себя за то, что имел неосторожность поцеловать её. Ну не сдержался, я же мужик, а она рядом такая стройная, молодая, такая милая, да и красивая. Почему я красоту женскую только сейчас видеть начал? Ведь красивое лицо не значит красота, женщина должна быть душой красива, отношением к мужчине, целомудрием. Красивое лицо — это лишь вывеска. Красочная вывеска.

Она обиделась, конечно, ну или просто сделала вид, что обиделась. В один момент мне показалось, что она ответила мне, на мгновенье, но это было. Не скрою, я... возбудился, я хотел её в эту минуту, хотел обладать ею. Про свою Людку даже не вспоминал. О чём я думал? Надо было давно лечь в больницу, мать же просила и умоляла меня. А я, как дурак, противился, нюни, как баба, распустил, посмотрите на меня, какой я бедный и несчастный, жена меня бросила. Да стоит ли она, такая жена, моих слёз? Нет. Она вообще гроша ломаного не стоит.

Евгению Ивановну я видел только на осмотре, одна она ко мне не заходила, а я с ума сходил, поговорить с ней хотел, прощения в конце концов попросить. Терпел, терпел и решил голодовку объявить до тех пор, пока она не придёт. Ну и что вы думаете? Я снова накричал на медсестру, на санитарку. Грубиян, ничего не скажешь.

Евгения Ивановна пришла после звонка медсестры Ларисы, я, конечно, грубо попросил медсестру выйти. Она вышла в коридор.

Сердце моё пело от радости, пришла, пришла моя Евгения, которую я, кажется, уже успел полюбить, и снова жизнь заиграла прежними красками, пусть на короткое время, пока она здесь со мной в палате. Первым делом Евгения накормила меня, а потом мы выяснили всё, я попросил прощения, она простила. Евгения тоже ко мне неравнодушна, я почувствовал это. Почувствовал мужским чутьём, а его не обманешь.

Остаток дня настроение у меня было отличное, я улыбался своим мыслям, чувствовал присутствие Евгении Ивановны, вернее, знал, что она здесь, простила меня, и от одного этого хотелось жить.

***

Утром ко мне пришли гости, первая навестила меня Алёнка. Как же я обрадовался, когда увидел её.

— Привет, Кирилл. Как ты себя чувствуешь? — Такая девчонка интересная, будущий врач.

— Хорошо, а когда увидел тебя, стало ещё лучше. — Улыбнулся я ей. — Слушай, а почему ты такая серьёзная всегда?

— Мама говорит, что я родилась такая. Кирилл, я тебе пирожки принесла. Бабушка утром испекла. Ты поешь.

- Спасибо, Алёнка, и тебе, и бабушке.

- Тогда я пойду, мама не разрешает мне долго у тебя находиться. - Удивила меня Алёнка.

- Почему? Нет, не уходи, посиди ещё немного. Кто твоя мама? - Кто же мать у неё?

Алёнка не успела ответить, в палату вошли мама и Сергей Сергеевич.

- Здравствуйте. - Поздоровались они.

- Здравствуйте, Сергей Сергеевич. - К моему удивлению, сказала Алёнка. И посмотрела на маму. - Здравствуйте. - С ней тоже поздоровалась.

- Здравствуй, Алёнка. Больного навестить пришла? - Обнял её Сергей Сергеевич. - Здравствуй, Кирилл. - Поздоровался он со мной.

Мама с удивлением рассматривала Алёнку, девочку в белом халате и шапочке.

- Я пойду. Извините.--- Засмущалась девочка.

- Приходи ещё, Алёнка. — Пригласил я её. Она кивнула головой и вышла.

- Интересно, это кто такая, Алёнка? Какой-то медсестры дочь? — Мама нахмурила брови, будто вспоминая что-то.

- Сказала, что её мама врач, и вообще все в семье врачи. — Ответил я. — А вы, Сергей Сергеевич, полны тайн и загадок, и врачей знаете, и Алёнку.

Он самодовольно усмехнулся.

--- Я же тренер и по ходу работы не раз привозил сюда игроков с травмами. Так что, Кирилл, я всех здесь знаю. — Ответил тренер, но я понял, он скрывает от меня что-то. Недоговаривает.

— Ладно. — Подозрительно посмотрел я на него. — Сделаю вид, что поверил. Послезавтра операция. Переживаю. Стараюсь вида не показывать.

— Ну, это естественно, но, насколько я знаю Евгению Ивановну, она бы не взялась за безнадёжную операцию, значит, считает, что есть надежда на положительный исход. Она и в медицинском универе лучшая на курсе была, и практика у неё есть, все операции, которые она делала, дали хорошие результаты. Ты доверься ей и сам не падай духом. Терять-то всё равно нечего.

Я покивал головой, прав тренер.

— Сынок, ты самое главное верь, что ходить будешь, с такими мыслями и отправляйся на операцию. — Задумчиво поддержала меня мама и вздохнула. — Я всё про эту девочку думаю, Алёнку. Интересная, на врача похожа.

— Она стоматологом будет, так мне сказала. — Улыбнулся я, вспоминая, как она читала мне стихи. — Она мне стихи читала, я думал, какие-нибудь детские начнёт, а она Есенина : «Не жалею, не зову, не плачу»... Я аж прослезился, так за душу взяло.

— Серьёзная такая. — Покачала головой мама.-- Умная.

Поддержал разговор.

— Умная, почему-то никогда не улыбается. Сам удивился, разве дети такими бывают? Оказывается, бывают. Ещё как бывают, это верно, если Алёнка такая.

Тренер снова отвёл глаза, не вступая в наш с мамой разговор. Что такое? Уж не он ли отец Алёнки, не зря же всех здесь знает. Ох и ходок мой бывший тренер, это точно, если так и не женился, а лет-то ему за пятьдесят.

— Поешь, здесь суп свежий привезла. — Мама поставила пакет на стол. — А это что?

— Пирожки Алёнка принесла, говорит, бабушка испекла. — Снова улыбнулся я, вспомнив Алёнку.

— Смотри, ты, наверное, понравился ей. — Покачала головой мама. — Приятная девчушка.

Мама с тренером были у меня недолго, сейчас обход, после процедуры эти мучительные, как надоело всё, когда же это закончится. Иногда одолевали меня мрачные мысли, тогда впадал в тоску, но спустя время вновь появлялось желание жить и быть здоровым.

Евгения перед операцией каждый день приходила ко мне, на другое я не был согласен, она главный стимул с некоторых пор, ради неё я готов на всё, в том числе и на операцию. Я со своей стороны постараюсь сделать всё от меня зависящее, чтобы только встать.