Не жди меня на рассвете

Глава XVII

Находясь на кладбище, где лежит моя родная тетя, я не могла не вспомнить мрачный день ее похорон.

Словно по велению природы, с самого утра накрапывал серый дождь. Все пришедшие проститься с покойной плотно обступили гроб, закрывая друг друга черными зонтами. Кроме Шарлот, мне никто не был знаком — сплошь участливо-безразличные к чужой беде люди. По сути, только нам двоим было дело до ее кончины. Остальная толпа пришла лишь из уважения. Наверняка там были соседи, члены «Бруквудского сообщества», и черт знает кто еще.

Несмотря на то, что я давно не видела свою тетю, привязанность к ней сохранилась еще с детства. Поэтому ее уход действительно стал огромной потерей для меня. Кто это мог понять? Разве что Шарлот, которая трясущимися руками никак не могла победить непослушный зонт. Я подошла к ней, укрывая от навязчивых капель, однако хотела укрыть от гораздо большей напасти. Но что было в моих силах? Я обняла двоюродную сестру за плечи, и Шарлот разрыдалась на виду у всех.

На моем же лице не было ни слезинки, хотя горе так и терзало душу. Было даже как-то неудобно за то, что я не плачу. Хотелось пустить гордую слезу, чтобы доказать присутствующим и себе в первую очередь, что мое сердце тоже разбито. Но все происходящее так напоминало театральную постановку, что мной овладел ступор и пришлось за очками спрятать свое замешательство.

Все стоящие рядом люди были такими чужими и такими далекими от истинного горя. Собравшиеся нетерпеливо, но деликатно то и дело поглядывали на часы. Украдкой переговаривались о каких-то житейских мелочах, словно находясь в очереди в супермаркете. Будто они только и ждали окончания процессии, как школьники ждут звонка, чтобы поскорее покинуть класс, хотя минутой раньше делали заинтересованные лица. Мне так хотелось заставить их замолчать, остановить этот поток соболезнования и попросить их уйти прочь. Как можно быть такими лицемерными в столь ужасное время?! Зачем приходить на похороны, лишь с целью отметиться, что ты был там? Если бы только мы с Шарлот оказались вдвоем, количество раздавленных горем людей не поубавилось.

Утешает, что тетя не видела всего этого спектакля. В конце концов, когда река забвения с успехом пересечена, то все мирские заботы остаются на противоположном берегу. Жалобы, стоны, просьбы — все это утопает в молчании. Все поглощает всеобъемлющая и непреклонная тишина. Остается лишь покой. И пусть он будет ей дарован, большего и не нужно.

Когда все закончилось, Шарлот предложили подвезти до дома — будто бы ей теперь туда хотелось. Я пообещала вернуться позже и осталась рядом с тетей одна — на тот момент мне так казалось. Дышать сразу стало намного легче, и душащие чувства наконец нашли выход. Я рыдала над могилой и не могла остановиться. В конце концов, сильнейшую боль смерть оставляет для живых.

Ко мне приблизился незнакомец и предложил свой платок. Я была раздосадована, что кто-то еще остался кроме меня, да к тому же стал свидетелем душевных излияний. Это был Дэниэл. Он не ушел, как другие, бросив мне пару успокаивающих слов о том, что тетя сейчас в лучшем мире, и о том, что время лечит. И этим вызвал мою благодарность. Новый собеседник смог расположить меня к себе, и мы проговорили больше часа.

— Клянусь, что найду убийцу, чего бы это ни стоило, — в сердцах кричала я.

— Но что вы можете сделать? — засомневался он. — Не лучше ли оставить это дело полиции?

— Никто, кроме меня, никогда не будет так заинтересован в раскрытии этого преступления, — с вызовом бросила я. — Если понадобится, буду рыть носом землю, но истину отыщу.

— Тогда вы можете рассчитывать на мою поддержку, — любезно предложил Дэниэл. — Не знаю, чем я смогу пригодиться, но помочь вам готов.

Кажется, этот разговор так давно ушел корнями в прошлое. Я тогда и предположить не могла, насколько рядом нахожусь с разгадкой.

И вот я снова здесь, в месте, с которого все началось. Сижу, склонившись над могильной плитой своей тети, и пытаюсь понять, что делать дальше. Чего бы хотела она? В ответ — тишина. Думаю, данной мною некогда клятвы хватит, чтобы я нашла в себе силы дойти до конца.

***

Снега нападало уже так много, что я с трудом выбралась на нужную тропу. Ноги почти не слушались, но кое-как до машины добраться удалось. Как только я залезла на водительское сидение, то захлопнула дверь с такой силой, что снег поспешил слететь с лобового стекла.

Первая попытка завести эту развалину не увенчалась успехом. Впрочем, как и вторая. И третья тоже. Стон отчаяния. Почему мне так не везет? Последние несколько …лет. Я поклялась на могиле тети, что положу конец этому кошмару. И в этот же день застряла одна-одинешенька среди могил в снегопад, который внезапно застал врасплох весь Лондон.

Неужели придется просить о помощи? Как не вовремя. И обратиться почти не к кому… Разве что…

Только нажала на дисплей телефона и даже не успела добраться до нужного контакта, как на экране завертелся логотип производителя и экран потух.

— Да вы издеваетесь, что ли?! — в сердцах воскликнула я.

Теперь уже появился повод волноваться. Никто не знает о моем местонахождении. Да и кому это нужно? Какова вероятность, что после природного коллапса люди в ближайшее время захотят попасть на кладбище и наткнуться там на меня, холодную, голодную и богом забытую? Да почти нулевая. И сколько я так протяну?

Итак, попробую не паниковать. Надо подумать, что можно сделать. До ближайшей большой дороги шагать пешком пару часов. Это не так уж и долго. Однако непогода только набирает обороты. Получится ли столько пройти? Не факт. Одежда не такая теплая, руки уже ломит от холода, а я только добралась до машины.

Значит, одной мне не справиться.

И тут пришла в голову идея. Как-то раз в студенческие годы, попав в переделку, мне пришлось воспользоваться одной уловкой. Может, и сейчас сработает.

Замерзшими пальцами достала батарейку из телефона и начала с усердием растирать. Потом постаралась согреть дыханием. И снова хорошенько потерла. Вставив батарейку обратно, включила аппарат и — о чудо! — он заработал. У меня было лишь несколько мгновений до его отключения. Нельзя терять ни секунды.