(не) желанная невеста для злодея

Глава 6

Я стояла перед зеркалом, впиваясь взглядом в незнакомые синие глаза, ищущие в их глубине крупицу самой себя, Анны Волковой. Рука непроизвольно сжала в кулак мягкую ткань ночной рубашки. Дрожь, пробиравшая меня с момента пробуждения, постепенно отступала, сменяясь леденящим, выверенным спокойствием. Это было то самое чувство, которое охватывало меня перед дедлайном — собранность, концентрация и железная решимость сделать невозможное. Только теперь на кону была не глава романа, а моя жизнь.

Дверь скрипнула, нарушив уединение. В комнату, осторожно переступая, вошла Лира, неся в руках небольшой деревянный поднос с глиняным кувшином и чашкой. За ней, тяжело ступая, проследовал пожилой мужчина в длинном, темном сюртуке, с проседью в аккуратно подстриженной бороде и умными, внимательными глазами, в которых читалась бездна житейской мудрости. Лекарь Орвин. Я описала его как человека опытного, немного циничного, но непревзойденного в своем деле. Видеть его теперь не чернильными буквами на белой бумаге, а живым, дышащим человеком, было необычно.

— Ваша светлость, вы должны лежать, — тут же защебетала Лира, торопливо ставя поднос на прикроватный столик. — Я привела мастера Орвина. Он должен осмотреть вашу рану.

Лекарь приблизился, его взгляд скользнул по моей фигуре, задержался на синяке у виска, а затем встретился с моими глазами.

— Княжна, — произнес он голосом глуховатым, но твердым. — Позвольте убедиться, что сотрясение мозга не оставило тяжелых последствий. Вы меня узнаете?

«Да, — пронеслось у меня в голове. — Вы — Орвин, сын кузнеца из деревни у подножия Марских гор, который в двадцать лет сбежал учиться врачеванию, бросив наследство, и стал лучшим лекарем в княжестве. Вы ненавидите политику и любите вишневое варенье».

— Мастер Орвин, — выдохнула я, и мой голос, высокий и чистый, прозвучал почти естественно. — Конечно.

Он кивнул, удовлетворенный.

— Расскажите, что произошло перед падением? Что вы помните?

Что я помнила? Я помнила все. Я помнила, как придумала эту сцену. Младший брат Мелиссы, Лука, сын второй жены князя, избалованный и жестокий мальчишка, который с детства издевался над тихой сводной сестрой. Он подкараулил ее на лестнице, начал насмехаться над ее помолвкой с лордом Каэланом, говоря, что даже «Мрачный Властитель» сбежит, едва увидит такую плаксу. Он выхватил из ее рук единственную отраду — письмо от давно умершей матери — и, отступая, толкнул ее. Мелисса, пытаясь отнять письмо, оступилась и кубарем скатилась с мраморных ступеней.

Настоящая Мелисса, когда очнулась, не стала рассказывать о случившемся, опасаясь мести со стороны брата или мачехи. Однако я не была той Мелиссой. И мое молчание было уже не признаком слабости, а тактическим ходом.

— Я… оступилась, — тихо, но внятно сказала я, глядя прямо на лекаря. — Лестница в южном крыле крутая. Ковер на ступенях часто отходит.

Лира ахнула, прикрыв рот ладонью. Орвин поднял седую бровь. Он явно ожидал стандартных для Мелиссы слез и несвязного бормотания, а не конкретного указания на причину бытового происшествия.

— Гм, — промычал он, приступая к осмотру. Его пальцы, твердые и опытные, осторожно прощупали синяк на виске, проверили зрачки, заставили меня проследить за движением его руки. Я покорно выполняла все указания, но мой разум работал с бешеной скоростью. Каждое движение, каждый взгляд я анализировала, как анализировала бы текст, ища слабые места, возможности для правки.

— Сотрясение, без сомнений, но, похоже, не сильное, — заключил он, отступая. — Головокружение, слабость будут сохраняться еще несколько дней. Покой, настой из трав для успокоения нервов и компрессы на ушиб. Избегайте резких движений и любых волнений. А еще я оставлю вам специальную мазь от ушибов на теле. Она поможет скорее их залечить. Этого будет достаточно. Все-таки вам очень повезло, что падение обошлось без серьезных последствий.

«Избегайте волнений».

Смешная рекомендация для девушки, обрученной с главным злодеем и живущей в доме, где ее ненавидят.

— Благодарю вас, мастер Орвин, — сказала я, и в моем голосе прозвучали нотки, заставившие его снова насторожиться. Это была не благодарность робкой девочки, а признательность равного. — Я последую вашим советам.

Лира, сиявшая от того, что «ее княжна» говорит так четко, поспешила налить мне воды. В этот момент за дверью послышались быстрые, уверенные шаги, и прежде чем кто-либо успел среагировать, дверь распахнулась с такой силой, что она ударилась о стену.

В проеме стоял он. Лука.