(не) желанная невеста для злодея

Глава 16

Я отошла от окна, подойдя к большому зеркалу в резной раме. Мое отражение смотрело на меня уверенным и спокойным взглядом. На мне было одно из новых платьев, сшитых мадемуазель Элоизой, — темно-зеленое, из плотного бархата, с высоким воротником и длинными рукавами, отделанными серебряной вышивкой. Никаких рюшей и бантов, только строгие линии и элегантная простота.

Лира, помогавшая мне облачиться, с восхищением смотрела на мое преображение. Ее первоначальный страх постепенно сменялся преданностью и верой в мои силы. Она видела, как я меняюсь, и, кажется, начинала понимать, что прежней Мелиссы больше нет.

— Вы выглядите великолепно, ваша светлость, — прошептала она, поправляя складки на моем платье. — Князь непременно заметит перемены.

— Я на это и рассчитываю, — ответила я, поворачиваясь к двери. — Пойдем, Лира. Встречать высоких гостей.

Мы вышли в коридор и направились к главному залу. По пути мне встречались слуги, которые почтительно кланялись, но в их глазах читалось недоумение. Они не понимали, куда делась их робкая хозяйка, и эта неизвестность заставляла их быть настороже. Что ж, пусть боятся. Страх — не самый плохой союзник, когда тебе не хватает реальной власти.

В большом зале уже собралась вся знать замка. Илдис, облаченная в пурпурное платье, расшитое золотыми нитями, стояла рядом с Лукой, который старался выглядеть как можно более солидно. Рядом с ними толпились придворные, перешептываясь и бросая на меня любопытные взгляды. Я чувствовала их внимание, но не подавала вида. Вместо этого я заняла место в стороне, откуда могла видеть всех, но при этом оставаться в тени.

Вскоре дверь распахнулась, и в зал вошел князь Арриго. Он был таким, каким я его описывала в своей книге: высокий, статный мужчина с седеющими висками и властным взглядом. Его лицо было серьезным, а движения — точными и выверенными. За ним следовал кронпринц Аларик.

Дыхание перехватило. Он был… живым. Настоящим. Высокий, широкоплечий, но без малейшей грузности. В его осанке читалась врожденная грация воина. Темно-каштановые волосы были коротко острижены, что подчеркивало сильный подбородок и скулы. Глаза, цвета теплого шоколада, смотрели на собравшихся с умной, спокойной внимательностью. На нем был не вычурный придворный наряд, а практичный, но безупречно сшитый камзол из темно-зеленого сукна, на плече — плащ, скрепленный простой серебряной застежкой в виде грифона.

Он был воплощением благородства. Таким, каким я его задумала. И вид его вызывал не только восхищение, но и странный, щемящий стыд. Потому что я знала, что ждет его. Знания, которые я вложила в него, его идеалы, его веру в справедливость — все это в конечном итоге приведет его к жестокой войне, к потере близких, к горькому, хоть и победоносному, финалу. Я смотрела на живого человека, чью судьбу предначертало мое перо, и чувствовала тяжесть ответственности, которой у меня никогда не было, когда я была просто автором.

Церемония приветствия прошла быстро. Князь произнес несколько сухих слов благодарности за визит кронпринца. Аларик отвечал легко и непринужденно, его голос, бархатный и уверенный, заполнял зал, приковывая всеобщее внимание. Он говорил о союзе, о долге, о будущем Риарерии. Каждое его слово было выверено, но при этом звучало искренне. Он был прирожденным лидером.

Затем началось представление свиты. Когда очередь дошла до меня, я сделала несколько шагов вперед и совершила низкий, безупречный реверанс. Не зря тренировалась все это время.

— Моя дочь, Мелисса, — прозвучал бесстрастный голос Арриго. — Обручена с лордом Каэланом де’Морвеном, правителем Северных земель.

Я подняла голову и встретилась взглядом с Алариком. Его глаза, теплые и проницательные, внимательно изучали мое лицо. Я не опустила взгляд. Я позволила ему видеть не робкую девочку, а женщину, которая сознает свое положение и не стыдится его. Я видела, как в его взгляде мелькнуло легкое удивление, а затем — искра интереса.

— Княжна Мелисса, — он склонил голову в ответственном поклоне. Его улыбка была обаятельной, но не панибратской. — Я слышал многое о суровых красотах Севера. Должно быть, вы с нетерпением ждете возможности увидеть их.

Это была стандартная вежливая фраза. Но в его глазах читался неподдельный интерес. Он проверял меня.

— Красота, ваше высочество, часто скрывается за маской суровости, — ответила я, и мой голос, чистый и ровный, прозвучал громче, чем я ожидала. — Как и сила — за маской кротости. Я надеюсь, что мое пребывание на Севере поможет мне открыть и то, и другое.

В зале на секунду воцарилась тишина. Придворные переглядывались. Такого от «тихой, затравленной Мелиссы» никто не ожидал. Даже князь Арриго нахмурился, бросив на меня короткий, испытующий взгляд.

Но реакция Аларика была иной. Его улыбка стала чуть шире, а в глазах вспыхнул живой, заинтересованный огонек. Он увидел не просто невесту политического противника. Он увидел человека с умом и собственной волей.

— Мудро сказано, княжна, — произнес он. — Я уверен, что ваша проницательность будет ценным даром в тех краях.

Он протянул руку, и я, после секундного замешательства, положила свои пальцы на его ладонь. По правилам этикета, он должен был поднести мою руку к губам. Так и произошло. Его прикосновение было легким, почти невесомым, но кожа в том месте будто загорелась. Это не было романтическим чувством. Это было осознание: я только что установила физический контакт с главным героем своей книги. Граница между вымыслом и реальностью окончательно стерлась.