Не злите ректора и принца тоже

Глава 3

Утро в Академии Тёмных Искусств начиналось без призывов. Никто не бил в колокола, не собирал студентов строем, не напоминал, что ты здесь временно и должен быть благодарен за каждый вдох. Камень двора был влажным от ночи, воздух прохладным и плотным, тени лежали там, где им было удобно, не подстраиваясь под чужие ожидания.

Я вышла из общежития одна.

Коридоры тянулись в разные стороны, не предлагая маршрутов. Арки сменялись переходами, лестницы балконами, и Академия не пыталась объяснить, что здесь важно. Она предлагала посмотреть и сделать выводы. Мне это подходило.

Я шла медленно, отмечая детали: шероховатость камня под ладонью, негромкий гул магии в стенах, окна, из которых свет падал неровно, не скрывая ни трещин, ни следов переделок. Здесь не латали прошлое. Его принимали.

И именно в этот момент я почувствовала холод. Не сквозняк. Не утреннюю сырость. Холод был собранным и целенаправленным. Он двигался навстречу, выравнивая пространство, будто коридор заранее знал, кому уступить дорогу.

Я подняла взгляд. Он шёл прямо. Походка ровная, точная, без спешки и без колебаний. Мантия сидела так, словно была продолжением тела, линии строгие, выверенные, лишённые всего лишнего. Магия вокруг него не вспыхивала и не шумела. Она держалась в пределах, как оружие в ножнах, которое достают только при необходимости.

Раздражение возникло сразу. Не из-за вчерашнего столкновения. Из-за того, как уверенно он занимал пространство.

Опять ты.

Мысль была чёткой, сухой, без эмоций. Я всё ещё не знала его имени, не знала положения, не знала, почему студенты впереди начали замедляться и уходить к стенам. Я видела только одно: он снова шёл так, будто весь коридор принадлежит ему по умолчанию.

Академия молчала. Свет падал полосами из высоких окон, тени скользили по стенам медленно, не вмешиваясь. Пространство наблюдало не подсказывая и не предупреждая.

Я продолжила идти прямо. Не ускоряя шаг. Не замедляясь. Не уступая.

Кто-то рядом резко свернул, кто-то остановился, кто-то сделал шаг назад. Я это заметила и тут же вычеркнула из внимания. Массовые привычки меня никогда не убеждали.

Его взгляд зацепил меня и задержался.

Холод стал плотнее. Магия вокруг него собралась, сжала коридор, словно решение уже принято, а миру осталось только подчиниться.

Я усмехнулась.

— Доброе утро, — пробормотала я, не заботясь о том, услышит ли он. — Начинаем знакомство с местных обычаев.

Коридор сузился. Каменные стены будто сошлись ближе, потолок опустился на полшага, и Академия задала простой, честный вопрос: кто уступит первым.

Я не собиралась.

Напряжение между нами стало ощутимым. В нём было слишком много характера и слишком мало терпения. Он шёл так же ровно, так же прямо, и я видела это ясно: сворачивать он тоже не намерен.

Значит, договорились, — подумала я.

Утро только начиналось. А знакомство с Академией уже приобрело лицо. И если он привык, что мир расступается, ему предстояло узнать, что не каждое утро начинается с покорности.

Разговоры затихали один за другим, будто кто-то выключал их невидимой рукой. Смех обрывался на полуслове, шаги замедлялись, люди смещались к стенам, освобождая центр коридора. Не резко. Не демонстративно. Привычно.

Я шла и смотрела.

Он был ещё далеко. Достаточно, чтобы не чувствовать магию в упор, но достаточно близко, чтобы пространство уже знало, кому принадлежит маршрут. Коридор словно прочистили — убрали лишнее, оставили главное. Воздух стал ровнее, тише, плотнее.

Интересно, — подумала я. — Любят здесь строить массовые спектакли.

Студенты расступались синхронно, как будто репетировали это каждое утро. Никто не переглядывался, никто не спрашивал, что происходит. Они просто делали шаг в сторону. Слишком отработанно, чтобы быть случайностью.

Я заметила взгляды. Кто-то смотрел на него с уважением. Кто-то с напряжением. Кто-то с откровенным облегчением, что сегодня не он на пути.

На меня смотрели иначе. Быстро. С тревогой. С интересом. С тем самым выражением, которое появляется, когда кто-то ещё не понял, что происходит, но уже догадывается, что будет некрасиво.

Я продолжала идти прямо. Не из упрямства. Из принципа.

Траекторию я не меняла. Шаг не замедляла. Плечи не опускала. Коридор был достаточно широк, чтобы в нём поместились двое. Если кто-то считал иначе — это не моя проблема.

Если это иерархия, — подумала я, — то выглядит она подозрительно театрально.

Пространство будто затаило дыхание. Тени у стен легли гуще, свет стал строже, линии резче. Академия не вмешивалась, но явно наблюдала. Ей было интересно, чем закончится этот проход.

Я чувствовала взгляды спиной, боками, даже кожей. Люди ждали.

Он посмотрел на меня прямо, холодно, без удивления. Я посмотрела на него спокойно, оценивающе, без намерения уступать.

И в этот момент всё стало ясно. Он понял, что я не сверну. Я поняла, что он ждёт именно этого.

Шаги стали громче. Потому что коридор опустел. Студенты у стен затаили дыхание, словно боялись нарушить хрупкое равновесие. Пространство между нами вытягивалось, натягивалось, как струна.

Магия откликнулась. Его собралась, уплотнилась, холодно зафиксировала границы. Она не угрожала. Она предупреждала. Моя ответила сразу, резко, живо, без просьбы о разрешении.

Никто не замедлялся. Никто не менял траекторию. Никто не делал вид, что это случайность.

Это был выбор. Каждый шаг подтверждал его. Каждый метр сокращал дистанцию, убирая возможность отступить без потери лица.

Я чувствовала, как он ждёт. Короткого, незаметного шага в сторону, который всё бы расставил по местам. Так, как он привык. Так, как делали все.

Я не собиралась.

Если ты проверяешь границы, — подумала я, — делай это честно.

Он шёл ровно, точно, уверенно. Я шла так же. И в этой симметрии не было равенства. Было столкновение характеров, ещё до того, как соприкоснулись плечи.