Не зови

Глава 3.1

Хотя Алиска раньше не рассказывала о своей первой любви, я отчасти знала, что история мутная, как раз из тех самых, о которых предпочитаешь забыть, ибо вспоминать слишком больно.

Эта любовь изменила подругу, что-то надломила в ней. Оставила след, который безобразным шрамом украшал сердце девушки.

Эта любовь поделила её душу надвое, заставив спрятать поглубже наивность, веру в людей, доброту. Выставить на передний план темную сторону, переполненую холодной рассудительностью, отрешенностью, неприязню к окружающим. Ко всем, кроме тех, кому посчастливилось остаться в списке приближенных.

И это было веским поводом ненавидеть наглого типа, который вот-вот должен был подойти к нам.

Ненависть, бурлящая в крови, подтолкнула меня вперед, пробуждая во мне ранее незнакомые чувства - ярость, злость, желание кому-то сделать больно…

Подруга словно считывала мои мысли и поспешила схватить меня за руку.

– Не надо, – прошептала она едва слышно, стоило мне удивленнно повернуться к ней. – Пожалуйста. Прошу.

Её тихий голос и немая мольба в глазах сбивали с толку, но были тем самым пределом, через который я переступить не могла. Не хотела. Чтобы не рушить нашу дружбу, поддавшись порывам собственной души.

Закрыв глаза, я сосчитала до десяти. Это немного успокоило. Но все же я так и не смогла найти ответ на самый главные вопросы – какого лешего он тут делает и почему в глазах подруги снова горит пламя, способное разжечь пожар между этими людьми? Опять…

Парень тем временем успел подойти. Остановился в паре метров, словно почувствовал исходящую угрозу. И теперь, склонив голову набок, оценивающе окинул нас с ног до головы.

– Знакомься, Оливка, это Никита, – широко улыбнулась подруга, глядя в глаза этому чудаку на букву “м”.

– Оливка? – хмыкнул тот, внимательнее присматриваясь ко мне. – Занятно.

– Взаимно, – буркнула я, отворачиваясь.

Я не знала, что задумала подружайка, но была уверена, что в этом участвовать мне не хотелось.

Вообще, глядя вдаль, на линию горизонта, где заканчивалось море и начиналось небо, я больше всего на свете желала оказаться на паре. Жалела, что согласилась на авантюру с прогулом, прельстившись мнимой свободой.

И злилась. На себя, за то, что не смогла сказать нет, оставшись в универе. Быть может подруга прислушалась ко мне и этой встречи не случилось бы.

Злилась на неё, вспоминая больные глаза и застывшие в них слезы, которые стеснялась показать миру Алиса, вспоминая об этом своем опыте первой и несчастной любви.

Что же произошло, родная? Почему сейчас ты горишь, будто в тебе и не угасало пламя этих чертовых надежд на то, что еще не все потеряно, что можно в одну реку войти дважды?

– Лив, – дернула меня подруга, не подозревая, что творилось в этот момент у меня в душе. – Не куксись. Это же всего навсего встреча двух приятелей из прошлого…

– Жаждущих с новыми силами попрыгать по старым граблям, – съязвила я, вырывая руку.

– Она не слишком рада знакомству со мной, – в голосе парня я явственно читала неприкрытое любопытство, отчего внутренняя борьба разгоралась с новой силой.

– “Она” тебя прекрасно слышит, – не выдержала я, поворачиваясь к нему. – Ничему в детстве не учили?

Настало время мне оценивать тебя, мальчик, – подумала я и тут же скривилась как от зубной боли. Не так мне представлялся первый в жизни прогул.

Он стоял засунув руки в карманы. Все также склонив голову набок, показывая всем своим видом, что эта встреча его забавляла. И хотя парень выглядел расслабленным, я нутром чуяла исходящие от него волны уверенности в себе, в собственных силах, неотразимости и превосходства над остальными. Этакий надменный гавнюк, считающий, что весь мир у его ног, крутится вокруг него и стоит только щелкнуть пальцами, как все прелести жизни падут перед ним ниц. Лишь бы его высокомерное величество воспользовалось всем, что предложено.

Еще и разукрашеный, – вторило моим мыслям мое второе я, стоило мне зацепить взглядом край татуировки на шее, что причудливым узором выглядывала наружу. По этому узору сложно было определить, что именно изображено на ней, однако мне почему-то казалось, что это будет змея или дракон. А может, какая-то мифическая тварь, значение которой известно лишь этому альтернативно одаренному. Что-то из тех, что плохие мальчики просят набить в тату-салоне, чтобы подчеркнуть статус “я-мистер-загадка”. А после ищут ту, которая сможет разгдать этот ребус в трех томах на ножках с тараканами в башке.

Неужели на это вот чудище в черных джинсах, которые явно пережимали все на свете, лишая свой организм нормальной циркуляции крови, когда-то повелась моя подруга? Да у него же на морде лица было написано всё. На лбу яркими буквами светилось “Не влезай - идиот”. Не убьет, но закошмарит напрочь.

– Не понимаю, – покачала я головой, поворачиваясь к Алиске.

Нужно отдать должное, она сразу смекнула, что я имела ввиду. Робко улыбнулась, вновь касаясь моей руки, как бы успокаивая.

И только сейчас до меня дошло, что мы поменялись местами. Что вокруг открылся какой-то портал в альтернативную реальность, не иначе, и моя бойкая подруга превратилась в наивную меня. А я же на время стала злобной копией Алиски, считающей, что никто вокруг не заслуживает моего внимания.

Эти перемены настолько поразили меня, что я как-то сама собой остыла, успокоилась, пришла в себя.

– Оливка…

Девушка начала было говорить, но её перебил Никита, вдруг оказавшийся совсем рядом.

– А ты мне нравишься, – в его глазах по прежнему плясали огоньки искреннего любопытства. – Лисёнок, почему ты нас раньше не знакомила?

– Оливка не была готова к этому… потрясению, – подбирала слова подруга.

Сотрясению – хмыкнуло мое второе я в голове, о сущестовании которого я узнала буквально несколько минут назад. – Локальному такому сотрясению несчастного мозга.

– Может к морю? – предложила Алиса.

Что мне мешало развернуться и уйти в тот момент? Я не знала. Наверное нежелание оставлять подругу наедине с этим индюком. Быть может, я просто хотела оградить её от новых разочарований в любви.