Неандерталец Ii: Восточные земли

Глава четвертая: Уйти нельзя остаться

Если бы неведомый наблюдатель каким-то непостижимым способом смог бы ночью подняться достаточно высоко, чтобы разом осмотреть всю равнину между Большой реки и до самых гор на Закате, то на всем огромном пространстве увидел бы только несколько огоньков от костров в каньоне, в предгорьях и на побережье. При условии, что этот трюк удался бы ему и год назад, то он бы, конечно заметил исчезновение огоньков, которые прежде занимали всю центральную часть равнины. Зато совсем рядом, через Большую реку, огоньков становилось все больше и больше, и чем дальше на восток, тем ближе они располагались друг к другу. У одного из них, расположенного на самом восточном берегу Большой реке, после заката солнца собрались несколько мужчин, которые тихо что-то обсуждали.

— Почему ты все время куда-то уходишь и оставляешь меня одного в этой семье, — чернобородый мужчина швырнул прочь обгрызенное ребро горбатого быка.

— Так было угодно Хррх, — старик в меховой шапке не обратил внимания на недовольство бывшего вождя девятиглавого племени. — Сегодня днем я привел троих «самых мудрых» из семей с этого берега Большой реки. Все они согласны, что до наступления тепла необходимо пересечь реку и занять опустевшие земли девятиглавого племени.

— Почему же мы еще не на другом берегу?

— Ты забыл, Ахой, о безумной болезни. Охотники из других семей уже были на другом берегу и сожгли несколько мертвых стоянок. Тех, кто спасся из девятиглавого племени, убили издалека тонкими копьями. Только когда все шатры будут сожжены и оставшиеся в живых убиты, мы сможем занять равнину. Так сказал сделать Хррх. Через одну луну соберутся «самые мудрые» и вожди всех семей с этой стороны реки, будь готов к этому. А пока можешь взять несколько мужчин и отправиться к Запретной стоянке, откуда возродилась болезнь. Мне непонятно, почему она пришла снова. Сожгите ее. Неподалеку находятся земли грэлей, которые живут у реки с горькой водой. Постарайтесь, чтобы они вас не видели.

Ахой довольно оскалил зубы. Наконец-то он покинет это место, на которое они наткнулись, едва перейдя Большую реку. Конечно, он понимал, что им невероятно повезло. Их не убили сразу же, как только они появились между землянок стойбища и их окружили охотники. Ахой уже думал, что кто-то воткнет в него копье с костяным или каменным наконечником и собирался дорого продать свою жизнь. Их спас «самый мудрый», заставивший положить его копье на снег, а после они оказались в шатре «самого мудрого» этой стоянки. Вождь девятиглавого племени уснул под разговор двух стариков. На следующий день оба последователя Хррх куда-то ушли, а он так и остался здесь. Ахой скучал, размеренная жизнь, где охота сменялась всеобщим обжорством, была не для него. Для человека, который вел вперед целое племя из девяти семей, она казалась пресной.

На первой же своей охоте он проткнул насквозь молодую телку своим копьем. Мужчины семьи подходили к жертве, качали головой и с уважением смотрели на возвышающегося над ними на целую голову чужака. А вечером на него напали двое, оставшиеся лежать на снегу с разбитыми головами. Впавшего в ярость Ахоя державшего в руках окровавленный камень с трудом оттащили от тел другие мужчины семьи. Он забрал к себе женщин убитых и давал им и их детям лучшие куски добычи, как и «самому мудрому» стоянки. Никто не посмел возразить. Теперь Ахой решал, когда всем идти на охоту и как распределять добытое. «Самый мудрый», который время от времени посещал ближнюю к реке стоянку, одобрил его поступок.

— Теперь ты самый сильный охотник в этой семье, но еще не наступило время переходить реку. Я дам знать, когда нужно будет это сделать, — говорил он ему.

И наконец-то этот миг наступил. Завтра же он и еще трое охотников отправятся к Запретной стоянке, как и сказал «самый мудрый». Заскрипит снег под их ногами, холодный ветер припорошит их бороды мелкой замерзшей водой, скука начнет отступать. Ахой раньше всех ушел от костра, чтобы сообщить новость мужчинам стоянки и подготовиться к походу. У костра остались только «самые мудрые».

— Ахой не очень умен, как он сумел объединить девять семей на другом берегу?

— На то была воля Хррх и поддержка «самых мудрых» всех девяти семей. Поддержат и сейчас. Он силен и может повести охотников за собой. Этого достаточно. А при необходимости он умеет усмирять свою ярость.

Старик покачал своей головой. На узком лице с широким носом читалось недоверие.

— Быть сильным недостаточно, чтобы люди пошли за тобой. Я уже говорил, что мужчины все чаще находят следы охотников чужих семей, идущих с восхода. К середине зимы мы пересечем Большую реку, пока земли на равнине еще свободны.

— На равнине живут еще и грэли…

Собеседник не ответил, возможно, он счел, что плосколицый «самый мудрый» пошутил. Кого волнуют эти грэли?

Андрей, готовившийся в каньоне к Долгой дороге, и не подозревал, какой переполох в семье из под Белой горы и у длинноногих вызвали посещения людей Гррх. Всего две зимы назад жизнь в семьях неандертальцев текла своим чередом, одним, раз и навсегда установленным порядком: мужчины добывали еду, женщины искали корни пырея, а в сезон собирали ягоды и зерна недоспевшего ячменя, дети потихоньку росли на стоянках и готовились ко взрослой жизни. Появившиеся несколько поколений назад с востока темнокожие, конечно, мешали жить и потихоньку занимали всю равнину, но к этой опасности все постепенно привыкли, как привыкают к неизбежной напасти, от которой нельзя спастись — ежегодному голоду зимой, или увечьям, которые охотники получают на охоте. К тому же, если совсем уж прижмет, от темнокожих людей, не похожих на семьи равнины, можно было уйти в горы или же убежать на Закат, как это сделали большеносые или семья Граки. Так и жили год за годом.

Все изменилось, когда Эссу пришел с Холмов Ушедших. Как-то незаметно основанная им семья Гррх привязала к себе все другие между живущие между Большой рекой и западными горами семьи. Люди из старых семей переходили в семью Гррх, появился общий «базар», где можно было выменять себе что-то нужное, мужчины из разных семей, которые раньше и не знали, да и по большому счету и не хотели знать друг о друге, сдружились после «Общего похода». А горшки, сети, твердые наконечники для копий, силки для мелкой дичи, которые мог установить и ребенок, заготовка мяса и рыбы впрок с помощью «белой эссы», все эти полезные нововведения были подсмотрены в семье Гррх, а вещи обменены на шкуры быков и большерогов. Жизнь в семьях стала сытнее, а благодаря непонятному исчезновению темнокожих еще и безопасней. Перемены были полезны, но происходили как-то слишком…быстро. А теперь вдруг Эссу затеял отправиться всем вместе в Долгую дорогу.