Небесная собака

Глава 27 — Господин Черный Феникс. Часть 4

Сянцзян выпрямился, выгнул бровь и прыснул:

– Ха, а у этого мальца еще и раздутое самомнение! Ты уж извини, что расстраиваю этим известием, но я за тобой не слежу. Можно сказать, я приглядываю, но все же не по собственной воле, – он наклонил голову и сладким голоском прошептал: – Только по воле твоего любимого наставника…

Взгляд У Чана вперился в бледное лицо в попытке найти хоть один признак лжи. Но его не было, и наследник лишь пробурчал:

– Лжец!

– Отчего же? Ты можешь сам убедиться в этом, уточнив у него, когда вернешься. Вот только не страшно ли тебе будет услышать это из его уст? Насколько я знаю, ты даже не стал расспрашивать его, кем он на самом деле является. Хватит ли у тебя мужества спросить и об этом?

В груди У Чана все сжалось.

– Довольно! Перестань играть со мной! Ходить вокруг да около я и сам могу.

Сянцзян наклонил голову еще ближе, так, что клинок коснулся кожи на его шее. Довольный собой, он вслух предположил:

– Предлагаю тогда поразмышлять вместе. Я – демон, он…

– Замолчи! Не лезь куда не просят! Если… если я не спрашиваю у учителя, значит, у меня есть на то причины. Такому отродью воспрещено вмешиваться! Утверждаешь, что об этом тебя попросил сам учитель, тогда ответь вот на что, – У Чан опустил меч: – Ты – демон Тьмы, правая рука владыки демонов. Думал, я не доберусь до истины? Мокуану нужен мой учитель!

С того момента, как Сянцзян пришел в себя в заброшенном храме Тяньтань и отнес погруженного в глубокий сон Го Бохая обратно в поместье на горе, он упустил многое, что происходило вокруг наследника. Вдобавок в ущелье Шуйлун два бессмертных повелителя стихий добавили ему уйму проблем, из-за чего он достиг столицы Востока лишь день назад. Сестры Лун, Сяомин и Сяолин, с начала церемонии Посвящения избранных господ на центральной площади Тяньцзиня преследовали его повсюду.

Было опасно приближаться к наследнику, особенно когда тот был в небольшой компании или отделялся ото всех. В противном случае довольно смышленые богини уже смогли бы догадаться, кто именно цель Сянцзяна, а после им было бы несложно найти самого демона Непогод, проследовав по следам будущего бога У. Поэтому Сянцзян и не знал, что У Чан успел выведать за последнее время.

Когда прозвучало прозвище Мокуан, демон Тьмы ударился в смех: он надеялся услышать что-то несуразное, но и предположить не мог, что из уст маленького господина вылетит именно это.

– Ха-ха-ха, кого-кого?

Не то демон не умел по-настоящему смеяться, не то делал это нарочито неестественно – его смех звучал мрачно и далеко не весело. Увидев такую реакцию, У Чан впал в ступор: «Получается, Мокуан не демон Душ?»

– Он твой хозяин… Не устраивай тут цирк!

Сянцзян махнул рукой в сторону наследника так, как отмахиваются от назойливых людей:

– Вот уж не думал услышать об этом демоне еще когда-либо, в особенности от тебя. Ха, маленький господин, а ты умеешь развлечь. Понимал бы ты сейчас всю ироничность ситуации, рассмеялся бы со мной!

Острие Сяньбая плотно прижалось к шее демона. Посмеявшись от души и смахнув слезы, Сянцзян вернул привычное выражение лица, произнеся ответ на этот раз низким, но звонким голосом, отчего касающийся кожи клинок завибрировал.

– Демон Душ действительно мой господин, но он точно не Мокуан. И ему не нужен твой учитель… И ты ему не нужен…

Его ответ прозвучал довольно убедительно, так же, как и до этого, без малейших колебаний. Но разве мог У Чан безоговорочно поверить всему сказанному, в особенности зная, кто стоит перед ним!

– Имя. Назови имя демона Душ.

– Не могу.

– Почему?!

Сянцзян развел руками:

– В действительности я его имени не знаю.

Такого ответа У Чан и предположить не мог. Как так: служить кому-то долгое время и не знать, кому именно?! Вздор!

Кто же тогда этот Мокуан? Зачем в ночном видении в бронзовом блюде императорского величества он являл себя? И что из себя представляет демон Тьмы? Вопросы так и роились в голове У Чана.

– Тогда что тебе нужно? – обратился он. – Почему ты таскаешься за мной? Могу поклясться, что много раз видел, как ты шныряешь вокруг!

Разговор начал надоедать Сянцзяну: наследник много спрашивал, когда ответы были полными и понятными. Он раздраженно цыкнул:

– Ты меня утомил. Я не стану отвечать на одни и те же вопросы. Если ты не можешь в своей маленькой голове сложить одно с другим, то ни одно из моих слов не даст тебе того, что ты ищешь.

Сянцзян ударил ладонью по лезвию и прогулочным шагом направился куда-то в глубь сада. Пройдя мимо наследника, он услышал разъяренный голос:

– Отвечай! Немедленно!

В голове демона мелькнуло: «Ого, поглядите-ка – истинный сын госпожи У. Характер матери так из тебя и рвется… Ну что ж…»

Сянцзян не остановился, но бросил вслед:

– Не стану.

И реакция не заставила себя долго ждать: У Чан сорвался с места, нарисовав клинком в воздухе линию как раз там, где только что стоял нечестивец. Однако Сянцзян пропал и сразу же оказался за его спиной.

– Маленький господин хочет потягаться со мной? А его учитель не будет возражать?

Когда У Чан обернулся на его слова, он успел увидеть только пропадающую в невесомости дымку. С противоположной части сада вновь раздался низкий голос, в котором на этот раз искрился интерес.

– Хах, на самом деле сегодня ваш день, маленький господин, потому что я не против воочию увидеть, чем же наделил Го Бохай своего воспитанника. Для начала хочу узнать, насколько такой сорванец готов к моему появлению!

За словами последовали шаги. У Чан выставил меч перед собой в направлении, откуда исходил шум, и едва успел отпрыгнуть в сторону, как из тени выскочил здоровый черный волк. На размышления не было и секунды, а зверь уже скрылся. У Чан приготовился, встал в твердую стойку и принялся ждать. Не прошло и секунды, как сбоку в кустах мелкая галька под лапами увесистой туши зашуршала и выдала демона.