Небесного царства чарующий свет

Глава 11. Ритуал

В час кабана император Тайцзы в красных ритуальных одеждах покинул свой дворец. Его марионетка в ханьфу из золотой парчи вместе с евнухами и охранниками отправилась на празднество, развернувшееся на главной дворцовой площади. Тайцзы сам создал марионетку с помощью тайных знаний, полученных им от дракона Инлуна. Его предок утверждал, что ни один маг-человек не сможет почувствовать подмену, разглядеть её с помощью магического зрения. Марионетка не нуждалась в управлении, поэтому Тайцзы забыл о ней сразу же, как отправил в руки к старшему евнуху.

Мысли Тайцзы были заняты предстоящим ритуалом призыва дракона, который он должен был провести в шаманском святилище во дворце Земного спокойствия (Куннинг-гун), расположенном недалеко от северных ворот Запретного города, на центральной оси дворцового комплекса. В этом дворце был установлен духовный столб для принесения жертв небесам и имелись большие котлы для приготовления жертвенной пищи.

Во дворце Куннинг императора ожидал слепой трёхсотлетний шаман, именовавший себя Сив Ис. Он был близким другом прапрадеда Тайцзы. К императору же относился как к своему прямому потомку, помогал ему в проведении сложных ритуалов. При этом даже старший евнух императора не знал о том, что Сивис уже пару столетий живёт во дворце. Старого шамана способны увидеть только очень могущественные маги.

Тайцзы беспокоило, сможет ли Сивис выполнить ритуал призыва дракона одновременно с шаманов Сихэном, который в это время будет руководить танцем дождя на площади на глазах у множества людей. Почувствуют ли шаманы присутствие друг друга, и как поведут себя духи, почуяв двойное магическое воздействие на их тонкий мир.

– Ты сомневаешься в силах Сивиса, мой дерзкий праправнук? – Тайцзы услышал вопрос, произнесенный насмешливо-ироничным тоном, едва вошёл в святилище.

– Дед, почему ты упрямо зовёшь меня праправнуком, когда даже бессмертный Инлун называет меня внучком? – спросил Тайцзы, чтобы не отвечать на весьма скользкий вопрос шамана.

– Инлун прожил тысячи лет, и проживёт ещё больше. Ему без разницы внук ты или прапраправнук. Для него всё одно, так как он мерит жизнь иначе, чем я, простой смертный человек...

Сивис вышел из-за алтаря. Сейчас он выглядел как древний старик с беззубым лицом, похожим на сморщенную сливу и скрюченным телом. Но Тайцзы знал, что это всего одно из девяти обличий старца. При желании он может стать совсем молодым красивым юношей или зрелым статным мужчиной в самом расцвете сил. Остальные шесть лиц шамана Тайцзы ещё не видел. И не был уверен, что когда-либо сможет увидеть их все.

– Тебе подходят красные ритуальные одежды, – окинув императора взглядом, проговорил Сивис своим глубоким голосом.

– Дедушка, в своём переднике шамана с перьями ворона на голове ты выглядишь куда лучше меня, – по-доброму усмехнулся Тайцзы.

– Конечно. Твой наряд без серебра, он не чета моему.

Сивис подошёл к трёхъярусному алтарю, деловито убрал с него головной убор с серебряными воловьими рогами. Вынес убор за пределы святилища. Когда вернулся назад, вынул из широкого рукава большой кусок красного нефрита с белыми прожилками, нитку крупного жемчуга и три больших хорошо отполированных камня янтаря. Положил их вокруг серебряной чаши, наполненной чистейшей родниковой водой, возле трёх курильниц с благовониями. На алтаре уже стояли поднос с жертвенными хлебцами и чарка хорошего вина.

На втором ярусе алтаря лежали другие ритуальные предметы шамана: длинный узкий слегка изогнутый нож, сделанный из метеоритного камня; две палочки от дерева Саньчжушу с серебряными колокольчиками на концах, панцирь черепахи с красными насечками и две выбеленные временем лопаточные кости дикого оленя. На нижнем ярусе стоял барабан Тангу из кожи красной обезьяны.

Все ритуальные предметы были с детства знакомы Тайцзы и не вызывали интереса. Другое дело убранство святилища. Шаман немного изменил его, специально для ритуала призыва дракона. Тайцзы следил за приготовлениями шамана и попутно осматривался. Полотна, отделявшие алтарь от остальной части дворца, были заменены на чёрные. Вместо плетёных верёвочек теперь от алтаря к духовному столбу тянулись красные, оранжевые, белые, золотые и чёрные хлопковые нити. Их было по десять, только чёрных – девять. Приход бессмертного дракона в царство смертных станет десятой нитью, которая соединит вершину духовного столба, символизирующего мировое дерево подпирающее Небо и алтарь – Землю.

Из святилища убрали жертвенный котёл. В этот раз жертвенной едой для призываемого дракона будет не варёное мясо свиньи, а человеческая кровь, напитанная земной энергией смертных.

Когда все хитрые приготовления были завершены, Сивин повернулся к молодому императору.

– Вижу, ты побывал в тонком мире духов и набрался там магических сил. Аж, светишься весь!

– Я три дня молился в храме дракона Инлуна, и постился.

– Значит, дракон без спроса перемещал тебя к духам. Можно сказать, сделал внуку щедрый подарок, так как в случае появления претензий от царства духов ты будешь ни при чём. – Шаман криво усмехнулся и махнул рукой, – Об этом поговорим в другой раз… Нужный час настал!

Сивин взял в руки барабан Тангу, ударил по нему и запрокинул голову. Тайцзы встал на колени на войлочный коврик перед алтарём. Шаман трижды ударил в барабан, император трижды поклонился до самой земли, касаясь лбом раскрытых ладоней. Когда Тайцзы встал после очередного поклона, вокруг него сияло звёздами ночное небо. От святилища остались лишь алтарь и духовный столб.