Небесный фарватер

Глава 7

Когда в коридоре, ведущем в третий блок, раздался пронзительный крик, Энтри даже не успел испугаться: настолько нереальным, невозможным было услышать этот вопль здесь. Он не вязался с атмосферой корабля, со степенным и важным голосом «Эры» и обликом экипажа. 
Он словно появился откуда-то из прошлой жизни, где крики, споры, эмоции были ее неотъемлемой частью. Энтри находился возле своего, пятого,  блока, и чтобы добраться до третьего, нужно было пройти совсем немного, но без «Эры» найти дорогу он бы не смог.
- Эра, путь к третьему блоку, - выпалил он на бегу. В том, что надо бежать,  Энтри не сомневался ни  секунду. 
На стенах коридора засветились указатели, показывая направление. 
Добравшись до третьего блока, Энтри увидел странную картину: возле одной стены в коридоре стояла Элейт, прижимая руку ко рту, видимо, ей и принадлежал этот вопль, а у другой намертво сцепились двое, в одном из которых Энтри сразу же узнал Кьювана, а во втором -  инженера Элвана. 
Они мутузили друг друга кулаками, не издавая практически ни звука, и лишь сосредоточенное сопение нарушало тишину. 
Энтри внезапно осознал, что он пока единственный добравшийся до драчунов. И что теперь делать, он не понимал. Разнимать? Или дать возможность разобраться?
Кьюван явно был более умелым противником. Ему удалось подмять Элвана под себя, и тот лишь прикрыл голову руками, стараясь защититься от метких и наверняка болезненных ударов оппонента. 
Преимущество Кьювана было недолгим. Уже спустя полминуты ситуация резко изменилась: Элвану удалось вывернуться из захвата, и теперь он двигался вокруг противника очень быстро, ловко уворачиваясь от его ударов. Может, Кьюван и был массивнее, сильнее, но Элван явно мог выйти победителем из этого безмолвного поединка, благодаря скорости. 
Драка закончилась так же быстро, как и началась. В какой-то момент драчуны просто отскочили друг от друга, тяжело дыша, и разошлись в разные стороны. Так же молча. 
Пораженный , Энтри посмотрел на единственного оставшегося свидетеля разыгравшейся сцены. 
Элейт сказала нарочито дрожащим голосом:
- Никак не могу привыкнуть, - и горестно взмахнула руками. 
Энтри передернуло от этой наигранности: в ее темных глазах он уловил настоящее наслаждение подобной ситуацией. Ей нравилось быть в центре внимание, это стало для Энтри очевидным. 
- Я так перенервничала, - прошептала она, опустив глаза, - ты не поможешь мне? – этот вопрос прозвучал еще тише, но  недостаточно тихо, чтобы его не расслышать вовсе. 
- Чем тебе помочь? – спросил Энтри заинтересованно.  Элейт вызывала в нем смешанные чувства еще и потому, что прекрасно он понимал, что нравится ей, но сам испытывал что-то сродни презрению. Тому самому презрению, которое порой манит к людям, потому что в их присутствии мы чувствуем себя честнее, сильнее; уверенные, что можем полностью управлять ситуацией и прочитать собеседника, будто открытую книгу. 
- Проводи до отсека, - сказала она так же тихо, и ее щеки зарделись легким, еле видным румянцем, - а то ноги трясутся.
- Хорошо, - Энтри решил, что, соглашаясь, отнюдь не идет на поводу у капризной девчонки, а диктует свои условия. Ему стало любопытно, чем окончится эта ее игра. К тому же страшно хотелось выяснить причину стычки Кьювана и Элвана и узнать, почему об этом все молчат, и даже искусственный интеллект корабля не торопится наказать возмутителей спокойствия. 
Элейт в момент просияла, и тревога, такая слишком напускно-наигранная, чтобы в нее поверить, сошла с ее милого личика. 
Она ловко подхватила Энтри под руку и заулыбалась.
- Веди, - сказал он спокойно, отмечая про себя, что сердцебиение участилось. 
И Элейт повела его по коридорам, точно ориентируясь, не прося «Эру» о помощи, и Энтри стало даже немного обидно: они безо всяких проблем могли перемещаться по кораблю, в то время как ему требовалась помощь. 
- Что это была за драка? – осторожно спросил Энтри о том, что занимало его сейчас больше всего. Элейт смешно наморщила курносый нос и тряхнула головой. Энтри принюхался: нет, в его отсеке был кто-то другой, это точно. Это облако волос он бы запомнил. А его память подсказывала другой образ: более хрупкий. Невесомый, как облако пуха.
- А, это… Ну, бывает иногда. Мальчишкам вечно надо выяснять отношения кулаками. Но вот я знаю, что после того, как Ютен… - она замялась, с подозрением наблюдая за Энтри: помнит или нет?
- Умер, – коротко закончил Энтри. 
- Нет! – Элейт остановилась и встала прямо напротив него, заглядывая в глаза. Для этого ей пришлось задрать голову: девушка была совсем миниатюрной, а Энтри, хоть и был роста небольшого, но выше ее на целую голову. 
- Он не умер, - сказала она монотонно, заученно, - просто его Изначальный Код активирован, вот и все. 
Энтри не стал спорить, в конце концов, неясно, кому больше верить, но очевидно одно: есть две версии, и официальная отличается от истинной. 
- Хорошо, – согласился Энтри, мягко поворачивая Элейт, чтобы продолжить идти. Долго смотреть ей в глаза он почему-то не смог. Это все равно, что долго вглядываться в огонь: и красиво, и завораживает, но взгляд рано или поздно захочется отвести. 
- Вот Кьюван после этого как с катушек слетел, совсем больной. Ходит, всех подозревает, Дитена постоянно провоцирует, думает, что это он виноват, - Элейт быстро прикрыла рот рукой, поняв, что сболтнула лишнего. 
- Дитен виноват?.. – задумчиво повторил Энтри, но не стал уточнять. Элейт явно на стороне последнего и потому не стоит ее в этом разуверять. 
- Мы пришли, - сказал она.
Дверь отсека пилотирования отползла в сторону, и на пороге возник сам капитан. 
Он вздрогнул при виде Элейт и Энтри, не ожидая их здесь встретить и, тем более, вместе. Элейт очаровательно улыбнулась и теснее прижалась к Энтри теплым боком, крепче подхватывая его руку. 
Энтри же, напротив, выяснил, что хотел, и стоять вот так вот перед взбешенным капитаном не собирался. 
- Вернитесь к своим обязанностям, пилот, - сухо кивнул Дитен Элейт, - немедленно. 
- Кьюван с Элваном опять поцапались, - сказала, будто пропела.
Энтри замер, готовый вступиться за Кьювана, если будет нужно. Помрачнев еще больше, капитан хотел было что-то сказать, но промолчал. Тем временем Элейт вплыла в отсек и устроилась в кресле второго пилота, спиной к входу, сделав вид, что происходящее на мониторе ее донельзя занимает. 
- Опять ты, - с какой-то обреченностью и тоской произнес Дитен, - опять и снова ты. 
- Я, - ответил Энтри спокойно, - и если про мое «я» тебе известно больше, лучше рассказать об этом прямо сейчас.
- Я расскажу, - охотно согласился Дитен и даже кивнул собственным мыслям, - расскажу. Если надо будет. А сейчас просто исчезни, а?
- Не по Уставу, капитан, - тихо сказал Энтри, - но я могу об этом забыть, если ты забудешь о том, что она сказала. 
- Я ж не враг себе, - усмехнулся Дитен, - оставить экипаж без инженера. Пусть выпускают пар, если им так надо. У них… старые счеты. 
- Как у нас с тобой? – спросил Энтри, пристально наблюдая за реакцией капитана. И тут же понял, что попал прямо в точку. Красивое лицо Дитена исказилось, будто от боли, он закрыл глаза и покачал головой. 
- Да, - сдавленно ответил он, - как у нас с тобой. Вот только знаешь  что, навигатор? Ты-то ничего про эти счеты не помнишь. В отличие от меня.
Он резко развернулся и скрылся в отсеке, не забыв запереть дверь. 
Энтри усмехнулся: любая ниточка к прошлому была как нельзя кстати. Любая часть паззла его памяти, была необходима для того, чтобы в итоге собрать панно и понять, что же произошло с ним, с ними всеми. Он не терял надежды, что память вернется. Но понимал, что это не произойдет в одночасье, будто внутри него нажали нужную кнопку. Так не бывает, и Энтри знал это совершенно точно. Память не вернется – ее придется вернуть, складывая кусочки головоломки, вспоминая свои сны и эмоции, не упуская из вида даже мелочь. 
С момента пробуждения на корабле все зависит только от него самого и глупо надеяться на чью-то помощь. 
***
Если бы что-то в жизни можно было изменить, повернуть вспять, переиграть – Кьюван начал бы с самого начала. С того момента, как его родители решили продать свой дом, чтобы отправить его, тогда еще семилетнего, учиться в Школу Космической Гвардии. Это было жутко престижно и столь же жутко недосягаемо для семьи японских портовых служащих. Рыбацкий порт на острове Осима славился только одним – нищетой. Мать Кьювана – прачка, отец – рыбак, естественно, не могли себе позволить даже отдать сына в простую школу, не говоря уже о КосГваре, месте, где учились самые талантливые и способные дети, которым предрекали великое будущее. 
Кьюван не знал, каким образом эта безумная идея поселилась в их доме. Его родители честно трудились, а этот дом, большой, светлый, оставшийся еще от прадеда, военного, был единственным, что они имели.
Может, именно память о прадеде, которого Кьюван и в глаза-то никогда не видел, побудила родителей принять столь нелегкое решение. 
В итоге дом был продан. Денег хватило на отправку Кьювана с острова и на оплату доставки его документов. А вот экзамены он сдавал сам. И ему было ясно, что он не может подвести родителей и просто обязан получить проходной балл.
Почему Кьювану удалось пройти испытание – он не знал. В семь лет он понимал только одно – по-другому и быть не может. А повзрослев, часто задавался вопросом: как мальчик с его уровнем образования, то есть его полным отсутствием, мог справиться с тестом, который им предложили при поступлении?
И если бы время можно было отмотать назад, он никогда не стал бы этого делать. 
Он бы просто не сдавал экзамен и не поступал в КосГвар. 
Тогда сейчас он был бы не здесь, а дома.