Небесный Крест

Глава 3.

- Ну наконец то! Аверьян, тебя как манну небесную ждать! Давай уже! - Журковских с силой надавил на рычаг подъема лифта и из недр раздался свист.

- Эй, братцы, спокойно! Я же на месте. Сейчас раз-два и все будет сделано. Улыбаюсь во все зубы и с силой пожимаю протянутые руки. Между делом Журковских отвешивает мне подзатыльник. Лифт лязгнул створками и выжидательно замер. Команда загрузилась в кабину, не заняв и половины ее пространство.

- Вчера вечером я думал, что ближайшие два дня я не окажусь внутри этой консервной банки, а судьба вон какой фортель выкинула. - Нетт Афонасьевич привычно заворчал. Поработав вместе некоторое время, многие начинают понимать насколько говорящее у него имя. С «Нет» начинались почти все его ответы. Понятное дело, ни какой он вовсе ни Нетт, а Донован Апфельд, бывший военно-морской атташе Великобритании в Российской Империи, отсюда вытекает короткое Нетт. Отчество появилось позже. По фамилии его мало кто звал, ну и придумали созвучно отчество. И вышло все чинно-благородно. Сам он по крайней мере нисколько не противился новому имени.

- Думал плотно позавтракать и пока жена как всегда вышивает свои финтифлюшки взобраться на холм. Уж больно на шарик захотелось взглянуть. Попытаться хоть понять где мы сейчас. - бурчание продолжилось.

- Моряк, а звезды читать не может. Что за моряк такой? По речке, что ли на плотике плавал, а Нетт? Вот и наш главный балагур Фёдор Львов взял слово. Глядя на него в первый раз, мало кто поверил, что этот великан - очень добродушный простак. Он шутил даже над собой, не уставая рассказывать веселые байки, как в двенадцатом они вчистую проиграли пруссакам на Олимпийских Играх в футбол или как в одних портках удирал от жандармов в Петрограде. Мало кто верил в эти россказни, но он смог научить игре в ножной мяч большую часть машинистов, зародив сомнение в умах многих. А ведь может и правда? Кого только не занесла кривая в город: бывших генералов и известных врачей, писателей и банкиров, морских атташе, адмиралов, художников и теософов. С уверенностью можно лишь сказать, что простого люда тут нет. Самый обычный служащий или механик в Кресте, там внизу, был на много ступени выше по социальной лестнице чем любой заводской рабочий или конторский писарь.

- Братцы, да что ж вы головы повесили? Покрутим гайки-болтики, побалакаем и по домам. Отдохнуть всегда успеем. Вечерком можем заглянуть к Марфе. У нее снизу подарки есть.

- Закончив фразу, Фёдор заговорщицки подмигнул нам и толкнул Нетта в плечо.

-Так, тсссс я говорю! Предостерегающе шикнул Журковских.

- Выходим, а то, как бараны в загоне стоим. Лифт и вправду уже некоторое время стоял с раскрытыми створками. Смена дружно шагнула внутрь второго двигательного отсека. При первом попадании у любого здесь захватывало дух. Огромное помещение, гигантские котлы и бесчисленное переплетение медных труб, но все это было мелочью по сравнению с огромными лопастями винтов. Каждая размером с солидный дом. Дух захватывает, когда такие махины вращаются на максимальных оборотах. Холод - второе, на что ты обращаешь внимание, очутившись в отсеке. Три тысячи метров от земной поверхности вносят свои коррективы уже в этом. Хотя люди, вообще не знакомые с паровинтовой техникой, первым делом ежатся от непрекращающегося гула двигателей.

Кроме нас в отсеке находилась смена, обслуживающая котлы и пара координаторов монтажа конструкций, необходимых для ремонта лопастей. В отличие от Технического зала, в отсеке было только несколько витражей существенно меньших размеров.

- Парни, в сложившемся порядке: утепляемся, уточняем задачу и потом уже выходим. Вопросы есть? Аверьян ты сегодня с Федей в паре! Журковских вопросительно оглядел всех. Ответом была тишина. «Отлично. Вперед!» Все разом направились к своим шкафчикам с формой. Они находились здесь же, рядом с одним из котлов. Чисто житейской логикой посчитали, что людям будет комфортнее переодеваться рядом с постоянным теплом.

- Ну что Яш, ты со мной к Марфе? Федя, продолжил прерванный в лифте разговор, положив руку мне на плече. Сказать, что я почувствовал легкий дискомфорт, ощутив руку размером с мою голову у себя на плече, значит ничего не сказать.

- Я подумаю. Как работу закончим. Может и сил не будет уже никаких.

Подходим к ровным рядам деревянных шкафчиков, на каждом из которых бирка и именем владельца. Мой - с одного края, федин с другого.

- Яшка, не распускай нюни! Управимся, а потом по чарке. Федя уже пыхтел стягивая с себя форму. Марфа, гувернантка одного достопочтенного городского адвоката, промышляла контрабандой алкоголя. Какой-то ее знакомой служил в экипаже дирижабля и вместе с продуктами с Земли, доставлял в город нелегально партии алкоголя. Федя крутил с ней шашни, поэтому недостатка в паре глотков огненной воды, он никогда не испытывал. Иногда он затаскивал и нас к ней в гости, что бы за чаркой-другой подискутировать о будущем или просто побалагурить.

Черный стеганный комбинезон разом отогнал прочь холод. Кожаный шлем плотно облегает голову. Поясная сумка с инструментом. Теплые рукавицы. Я - готов. Оборачиваюсь.

Глыба закованная в стеганный комбинезон и унты. На плече молот. Кожаный шлем не налез, поэтому возвышается на голове пилоткой. Федя выглядит устрашающе и смешно. Из-за него виднеются ухмылки остальной части смены.

- Капуши, ко мне! - Тут как тут Журковских. Итак, как только двигатель остановят - мы выходим наружу. Снимаем все крепления лопастей, цепляем захваты крана и все, дело в сделано. Всего нас ждет 246 болтов. Закончить надо до темноты. Страховочные крючья цепляем за подвесную систему и смотрим друг за другом. Задача ясно? Начальник смены теребит в руке вязанную шапку, которую носит вместо шлема.