Небесный пантеон

2.12. Добрая, глупая

09.09.5116

— Она выжила! — прокричала Рената, швырнув со всей дури вазу в непутевого кота.

Разбившись о голову мальчика, она оставила на его лбу глубокий кровоточащий порез. Марсель упал на пол, прикрыв дрожащими руками лицо. Конари схватила за ножки табурет и уже замахнулась, чтобы добить его, но сделать это ей не дала соседка.

— Да угомонись ты! Дура полоумная! — Кана набросилась на нее со спины и повалила с ног. Подняв голову, бывшая Богиня кивнула Марселю в сторону двери. Не желая упускать такой шанс на побег, кот шмыгнул прочь из квартиры.

— Ты бесполезная смертная, от тебя никакого толку! — прорычала Рената, вырываясь из крепкой хватки девушки. — И зачем я только тебя спасала?!

— Ах ты, девчонка неблагодарная! — возмутилась та.

— Да за что мне тебя благодарить? — кое-как встав на ноги, опустошительница отошла в другой конец комнаты, указывая пальцем на свою соседку. — Ты у меня уже больше недели! Одежда, стрижка, трехразовое питание — живешь на всем готовеньком! И что я получаю взамен? Пустые обещания!

— Ты безмозглая! — взревела Кана, изламывая пальцы и дико скалясь. Бывшая Богиня хаоса была в неописуемом гневе. — Кому я говорила «ТОЛЬКО БЕЗ ГЛУПОСТЕЙ»! Да кто тебя просил?! Ты жива сейчас только каким-то чудом! Ты-ы… — голос девушки задрожал. — Ты даже не представляешь, что теперь тебя ждет!

— А что мне было делать, если ты сидишь, сложа руки?

— Я просила тебя!

— Просишь ничего не делать и просто ждать, когда все само-собой произойдет? Да черта с два! — от криков у Ренаты уже болело горло, но продолжать тише она была не намерена.

— Я могла помочь тебе! — воскликнула Кана, разведя руками. — Но ты, идиотка, все испортила!

— Все испортил этот трусливый кот! — возразила опустошительница, указав на дверь. — Единственное, что от него требовалось, это убить девчонку! Безоружного ребенка! Он даже с этим не справился. Пожалел ее!

— Ты не понимаешь… — голос девушки стал тише и отчаянней. — Если бы она погибла, ты уже была бы мертва! И ты, и я, и еще полмира сгинуло бы в один миг… По щелчку ЕГО пальцев рушатся города…

Отступив, Кана на прямых ногах дошла до дивана и рухнула в него, глядя в пустоту широко раскрытым глазом. Рената подняла с пола табурет и, вложив в удар весь свой гнев, разломала его об стену. Так, немного выпустив пар и постепенно остывая от ярости, она отдышалась минуту и, пройдя за своей соседкой, села рядом с ней на подлокотник, скрестив на груди дрожащие руки.

— Ты невыносима, девочка, — вздохнула Кана Нему, откинувшись на спинку дивана. — Вот тебе мой совет — бери самое важное: документы, деньги, личные вещи — и беги так далеко, как только можешь. Лучше смени внешность, имя и прекрати пользоваться этими мерзкими духами. Хотя… зная, кто пойдет тебя искать, тебе уже ничто не поможет…

— С чего это вдруг? — фыркнула Рената.

— Поверь, я на личном опыте испытала гнев Зио. А теперь рядом с Дорио не только он. Этот волк тебя из-под земли достанет. Не пройдет и дня, как Боги узнают, кто подослал Марселя убить их сокровище.

— Ты сама просила кота следить за Лизой! — напомнила ей Конари.

— Следить, а не убивать, дура ты набитая! — огрызнулась та. — А теперь все уже! Финита! Ты сама подписала себе смертный приговор…

Девушки сидели минуту в полной тишине.

— Марсель сказал: «эта девочка добрая…» — немного хриплым голосом произнесла Кана. — С тех самых пор ничего не изменилось…

​Голова... затылок болел так, что девочке казалось, будто череп сейчас треснет. Поморщившись, она тихо простонала и поежилась в постели. В нос ударил знакомый больничный запах. Руками Лиза нащупала почти свалившееся на пол одеяло и приоткрыла глаза.

Белый полузеркальный потолок, приглушенный свет. Из коридора доносились голоса врачей, пациентов, шум колес от каталки. Девочка дала своим глазам привыкнуть и, привстав на локти, оглядела палату. Интерьер областной больницы был ей уже знаком.

В помещении Лиза была совсем одна, никто не сидел у ее кровати. Только большой букет черных роз стоял на столике рядом с вазочкой фруктов.

Что случилось накануне днем, девочка смогла вспомнить не сразу. Сначала в памяти все плыло из-за терзающей голову боли, но вскоре образы начали восстанавливаться. Прогулка, дождь, Дима, ушедший на Ковчег за одеждой… Марсель… Вспомнив последние секунды перед потерей сознания, Дорио вздрогнула.

— Добрая, глупая… — эти слова Лиза хорошо запомнила, как и имя кота.

— Глупая… — прошептала Богиня чуть слышно и, скривив губы, негромко всхлипнула. Закрыла руками лицо, поджав ногу, уткнулась в колени.

За дверью послышались шаги, и в палату зашла молодая медсестра. Увидев, что пациентка пришла в сознание, она тут же выбежала в коридор и позвала главного врача.

— Ты чего плачешь? — спросил ее пожилой доктор с приятным голосом. Он слегка погладил Лизу по плечу, и та подняла на него свой взгляд. — Все хорошо, ты жива, скоро поправишься. Это всего лишь сотрясение. Рана есть, но несерьезная. Через недельку домой тебя отправим.

Присев на стул рядом с койкой, он осмотрел свою пациентку. Глаза на свет фонарика реагировали, но девочка была очень напугана.