Небо цвета ее глаз

глава 8

Глава 8

Мы сидели на тайном, родном мне озере. Где поблескивали листья, от утренней россы. Это утро представляло себя солнечным, но с заметной влажностью. Мы сели у берега, на скопление травы в одной месте. Соответственно она посмотрела есть ли там грязь, которая могла попортить ей платье, не роскошное, обыкновенное, но совершенно редкое для этих краев. Как бы это дама не пыталась влиться с фермерским народом, но изящные черты лица, тонкие пальцы, аккуратный нос и даже аккуратно растрепанные волны ее волос выдавали ее корни.

-Как ты сумел найти меня? Я не верю в такую глупую случайность, не стоит убеждать меня в этом- сказала Грейс, подставив лицо под солнце, не задумываясь сколько часов я простоял на тропе, на которой мы попрощались в прошлый раз.

- Это была действительно глупая случайность. К счастью я решил собрать ромашек под утро…знаешь, настроение было какое-то весьма…лучезарное- посмотрел я на букет ромашек, что вправду собрал я с особой внимательностью и избирательностью, никогда ранее не делав этого.

- Лучезарное настроение? - захохотала Грейс- ты видно читаешь?

- Когда есть время-да.

- Расскажи, что ты любишь делать в свободное время, если на то, уж пошло.

Я улыбнулся и опустил глаза. Перебирая камень из одной руки в другую, что стало быть моей привычкой. А она приподняла бровь, притолкнув плечом.

- Ну… я ухаживаю за лошадьми, помогаю разводить кур другу, бегаю от отца, и ищу встречи с тобой- усмехнулся я с досадой, так как это было чистой правдой, что меня не устраивала- и бывает, что читаю.

- Какое сочетание! - откинула она руки назад, не боялась испачкать ладони- А зачем бегаешь от отца?

- Скорей не бегаю. А просто избегаю всяческих бесед с ним.

- Если ты не собираешься рассказывать, то и не нужно. Однако, я не люблю незаконченные темы – нравственно ответила Грейс.

- Мой отец простой фермер, но в его жизни есть страсть, такая, какая обычному другому человеку может и не встретиться. Металл с юношества являлся его деятельностью, как говорили родственники. Он хотел быть кузнецом, но что-то не сложилось. И я даже не знал первое время, можно ли осуждать его за то, что последовало за этой страстью. Он обожает свое дело по сей день. Он очень много работал в мое детство, разумеется внимания он никому и не уделял, но дело было не в том, что основной работы было настолько много, или что были долги за дом, и из-за этого он не мог поднять хотя бы глаза на нас с матерью. Он просто не хотел. Моя мать терпела равнодушие, которое я нес и на себе. Она любила его тихо и верно, ну, а он любил железо. Его характер удивлял меня и поражал. Так же как поражала любовь моей матери к этому опустевшему холодному человеку. Их брак совершенно не укладывался в голове у любого нормального человека, прежде всего любящего себя.

Я присаживаюсь к ней ближе. Не приостанавливая рассказ, что впервые в таких подробностях я решил повествовать именно ей.

- И как-то раз, после очередной ссоры, хотя и ссорой это назвать было нельзя. Ведь отец сидел, и продолжал молча работать над новым медным изделием. Мать хотела объяснений. Любой бы человек, и любая женщина потребовала бы объяснения чем она заслуживает такого отношения. Все что накопилось за годы, вырвалось потоком из ее рта в один миг. Разочарование. Она выбежала из дома, и бежала в ночной темноте до самой конечной. Ее нашли на следующее, на утро неподалеку. Видимо напоролась на что-то.

- Стой, и твой отец не пошел ее искать? Что значит напоролась?

Почувствовал я как все так же трудно произносить те же слова.

- Она умерла. Но знаешь, что отец сделал, когда к нам пришли соседи? Так же, как и после погребения он встал и просто пошел работать дальше. Тогда он забыл, что у него есть ребенок, а я жду, когда смогу забыть о том, что у меня есть отец.

Она смотрит внимательно своими большими глазами. Резко на меня накатило чувства стыда за сказанные в слух слова, что могли напугать ее моим злопамятством и крепкой детской обидной, что так сильно отобразилась на мне.

- Я бы поступила так же.

- Что? – подумал я, что мне послышалось.

- А что ты хотел услышать? Что ты должен его простить? Не за что. Он даже не поддержал тебя, Джеймс, не считая тот факт, что это произошло из-за него. Сколько тебе было, когда ты потерял мать? - с твердость спрашивает она, не боясь говорить на эту тему.

- Примерно одиннадцать.

Над нами повисла грустная пауза.

- Ты же знаешь, что мне жаль? – спрашивает Грейс, хотя в этом я и не сомневался.

- Я знаю, и все хорошо. Это было давно.

- Когда люди говорят, что им жаль. Не всегда это правда, ты ведь знаешь об этом? - аккуратно, медля говорит она.

Я соглашаясь киваю головой.

- Так вот, можешь верить мне.

После моих глупых поверхностных вопросов. Смеясь, и отвечая мне, мы пережили неловкость с моим рассказом о детстве. Но с каждый «нелепым» вопросом мы изучали пошагово душу друг друга.

- И так. Расскажи мне, что ты любишь – предложил я

- Еще один, наиглупейший вопрос. И что я по-твоему должна ответить! – недовольно возразила девушка

- Давай! И это совершенно не глупый вопрос – стал убеждать ее я.

- Я…я люблю лошадей, поэтому нашу встречу можно считать не такой бессмысленной.

- Ты считала нашу встречу бессмысленной?! Тогда тебе легче украсть коня с моей конюшни, чем назначать для этого встречи! Ты однозначно разбила мне сердце! - на эти слова у нее будто виновно опустился взгляд, но изогнутая улыбка говорила об обратном.

- Вспоминай дальше – попросил я, остановив взор на маленькой, но выразительной родинке на ее шее, оголенной от светлых волос.

- Но я же уже ответила!