Небо цвета ее глаз

глава 23

Глава 23

Прошел месяц

Я переступил порог квартиры в волнении, будто бы меня могли выпороть как в детстве, за то, или иное дурачество или проделку, но я все же переступил. Альберт сказал, проходить на кухню, сам он уже давно кипятил чай, и раскладывал по столу, нами сделанные чертежи расположения гостевых зон. Заглянув в приоткрытую дверь, мне в глаза бросилась не заправленная кровать и много белых подушек, прозрачная тюль, что шалыхалась от уличного дуновения ветра и туалетный столик, затем слегка оголенная Грейс, в шелковом халате, с растрепанными волосами и необъяснимой грацией, села к зеркалу. Увидев меня, она смотрела до тех пор, пока я не опустил глаза и самостоятельно не закрыл дверь. Уже одевшись, через десять минут она предложила нам сладкое или же полноценный обед, я вежливо отказался и попытался сосредоточиться на чертежах, а не о том влечении, что не давало покоя мне целый месяц. Фантазии…мечты…преобразовались в желание другой женщины, жизнь начала казаться невозможной.

Такое было мое первое впечатление о квартире Донован, что хранила запах ее парфюма, того, что въелся в мои легкие и душу, Грейс так и не заговорила со мной ни единожды, ее «Здравствуйте» было на столько холодным, что могло обжечь. Наверное, я впервые познал, что такое месть… холодное, жестокое безразличие.

******************************************************************

- Прошел месяц, Джеймс, все так прекрасно, но я не могу понять одной вещи, снимать помещение вам нужно на свой заработок, чтобы не кочевать постоянно с места на место? – разгорячилась Оливия, стуча каблуками по плиточной дороге, ведущую ко вхожу ресторана

- Я придумаю, что-нибудь, вот увидишь – сказал я с грузом на сердце

- Милый, я не в коем случае не злюсь на тебя – приложила она мягко свои ладони на мои скулы и поправила пряди темных волос, что вылезали из тугого пучка – я негодую, и я вполне раздражена из-за этой ситуации, но только на них, я вижу твои старания и благодарю тебя за выдержку трудностей, что нам пришлось пройти ранее…

Со всей нежностью я прикоснулся к ее выпуклым розовым щекам, и взглянул на ее добрейшую улыбку.

- Тебе к лицу желтый цвет, ты будто бы сияешь – сделал комплимент я

- Я умею сиять и без платья – тихо пошутила она, и я изменился в лице и попытался найти в мгновение новую тему, лишь бы не предавать значение этой вполне нормальной для супругов шутки с романтичным подтекстом.

Вскоре мы с Оливией уже сидели за бронированным столиком и обсуждали ее успехи в корыстном, но таком интригующем для нее, мире моды.

- Так вот, я ей говорю: «Франческа, ты что, не видишь, что этот фасон ужасен и он совершено не подходит этой девушке?» а она мне отвечает: «да кто вы такая, что мешайте мне работать, да еще и делаете замечания?!» в итоге, когда я помогла девушке выбрать подходящее ей платье, оказалось, что она сама была стилистом, представляешь? Когда я рассказала ей, чем я занимаюсь, она удивилась и сказала, что с моими эскизами я могла бы сразу поехать в дом моды «Джон Редферн» на что я очень посмеялась, хотя ничего более приятного в своей жизни я и не слышала!

- Эта девушка, про которую ты уже рассказывала, да? Аманда ее вроде бы звали? – спросил я, одновременно принимая от официанта вечерние блюда и бокалы с вином

- Да, Аманда, уверяю, если бы вы познакомились, вы сразу бы нашли общий язык, у вас схожий юмор! – сказала она, приподняв игриво брови

- Не понимаю, о чем ты, мой юмор уникален, он не поддается копированию или сравнению!

- Разумеется… - ответила она, отпив из бокала

Красная помада следами осталась на тонком стекле.

- Я вижу твои лживые глаза, Оливия! – пригрозил я ей шутя, и она звонко засмеялась

- В следствии того, что я начала ругань с девушкой, что проработала там более года…меня устроили модельером в один из лучших бутиков на главной улице моды, можешь себе представить? – с воодушевлением сказала Оливия, скрестив две руки, и облокотилась на локти.

- Могу представить это без единых помех – Оливия Уоллер, ты прирожденный модник с самого твоего детства! Какие могут быть сомнения? Я помню, как ты подралась с одной девчонкой, потому что она оскорбила сшитые тобой, разноцветные носки.

- Терпеть не могла, когда оскорбляли мою коллекцию, сшитых носков! – гневно призналась она, и направила на меня вилку острием, будто б грозясь заколоть

- Я знал, поэтому никогда не осуждал твой вкус…– и она опустила вилку с довольным лицом - …в слух

Примерно, когда прошло около часа, на пороге ресторана показался наш личный водитель, которого агрессивно не пускали в заведение, что было понятно.

- Что встревожилось, Китч? – подойдя, спросил я у него

- Пришла весточка сэр. Бенджамин Вуд приглашает вас по важному делу, мне нужно доставить вас к семи тридцати.

- По какому делу, не сказали?

- Кто же мне скажет? – ответил Китч и удалился на улицу

Подъехав к зданию, я заметил еще одну машину, что говорила об однозначном присутствии еще одних гостей.

- Заходите, заходите! – покричал мужчина, как всегда не желая вставать с места

Я открыл дверь и пропусти вперед Оливию. Свет в кабинете по началу ослеплял своей резкостью и перепадом, в комнате слегка пахло коньяком и смешанным парфюмом гостей.

Грейс с Альбертом встали поприветствовать нас. Есть одно примечание и одна тонкая вещь, ваше приветствие порой показывает от куда вы, в Англии же хорошим тоном являлась сдержанность. Кивок головой или же пожатие руки… не могу сказать, что другие способы являлись чем-то не приветствующим, однако любой приезжий старался подстроиться под общую норму, Грейс же не любила изменять свои привычки, с девушками она обменивалась легким поцелуем в обе щеки, и это говорило о ее французских замашках и том месте, что она считает своим домом, однако, с мужчинами, хоть она и представляла себя как равного делового партнера людям, статус леди она не собиралась отодвигать на второй план. Гордо подняв голову, она ожидала, когда я поцелую ей руку. Это правило работало всегда и везде, но если приветствие было нелюдным, то можно было и обойтись без этакого этикета ссылаясь на нашу взаимную неприязнь, хотя честно сказав, если бы была возможность, я бы с трепетом попросил ее о приветствии позволительному здесь только женщинам.