Небо цвета ее глаз

глава 25

Глава 25

Было сложно быстро адаптироваться первые дни, но чем меньше думаешь, тем спокойнее становится сама жизнь, может поэтому раньше я чувствовал себя свободнее от самого себя? Тем, что мало думал? Забавно…

Но вот, дни проходят, сутки за сутками, прошло около одной рабочий недели. Оливия сказала, что дом. работница будет приходить по вечерам пятницы, что сложилось абсолютно не удобно. На оставшиеся дни девушки сказали, что лишних в доме они видеть не хотят. По началу меня пугали чересчур хорошие отношения между ними, но со временем, я начал видеть в этом что-то по истине хорошее, я был рад, что у Оливии появился друг, но то, что этим другом была девушка, которую она невзлюбила, увидев рядом со мной, ох…я знал, что если бы кто-то из них вспомнил друг друга, то это бы уже неисправимо произошло, но шел второй месяц с их второй встречи, весомого повода для беспокойств не было, если конечно верить честности Грейс.

Было легче, немного легче…работа, чертежи, ночи без сна, увы, я так и не вошел в комнату с пианино, толи от не хватки времени, толи от вовсе пропавшего интереса.

Ужинали с супругами Донован мы изредка вместе, либо рабочий график разводил нас, либо усталость.

- Джеймс, почему ты так отстранен? Милый, ну же, посмотри на меня… - Оливия пыталась завоевать мое внимание кружевным нижним бельем, что купила в соседним бутике, по соседству с тем, где она продолжала работать.

- Сотри эту помаду – тихо сказал я, кинув на нее кроткий взгляд, и продолжил делать чертеж острым стержнем

- Раньше тебе нравился красный оттенок на моих губах…- прошептала она мне в ухо

- Но не с этим бельем, выглядишь как девушка легкого поведения – сказал я, не отрываясь от листа бумаги

- Что…Какого черта Джеймс?

- Тише – спокойно произнес я

- Нет, ответь мне на вопрос, что твориться?!

- О чем ты? – непринужденно спросил я, все также не обращая лишнего внимания

- Почему у нас все еще нет ребенка? – разразился вопрос будто гром в ясном небе

- Потому что мы еще не готовы к этому, дорогая.

- Мы не были готовы все эти годы, но мы встали на ноги, ребенок будет в достатке, или же дело в том, что ты боишься?

- Боюсь, чего? – наконец поднял я глаза и увидел, как наворачиваются слезы на ее лице

- Что не сможешь стать хорошим отцом, каким должен тебе был стать твой – она ласково положила свою ладонь на мое плечо, но моя рука в миг дрогнула, перечеркнув весь чертеж жирной линией

От приступа ярости я откинул ее руку, встал, и швырнул карандаш в стену, злостно посмотрев на жену, я удержал себя в руках, чтобы не тронуть ее за такие слова. Она была напугана, как будто не знала, что палку можно перегнуть так легко…

- Я не хочу ребенка. Он не нужен мне…- я вдруг приостановился и смягчил голос – он не нужен НАМ, милая – дыхание ее стало надрывистым после этих слов

- Уходи Джеймс, ты пугаешь меня своей злостью – ее нервно потряхивало

- Ты боишься меня? – ее глаза округлились, ответив за нее – Ты же знаешь, что я ничего не сделаю тебе? – мягко спросил я, встав у двери

Она плача кивнула и тихо ответила «да»

Выходя из комнаты, я видел ее пустой взгляд на мои ладони, где следы от впившихся ногтей вызывали в ней дрожь. Затем послушались звуки открывшегося крана и струи воды, Оливия смирно смывала вульгарную помаду.

На ужин она так и не вышла. Мне пришлось соврать, что у нее сильная головная боль, но вот, чтобы развеять немыслимое любопытство Грейс, пришлось сказать, что она в глубоком, крепком сне. Неужели можно быть на столько равнодушным ко мне, чтобы проявлять большую симпатию к моей жене, нежели ко мне?

- Времени еще довольно мало, может мы все-таки предложим Джеймсу?

- Что предложите? – поинтересовался я за сегодняшним ужином

- Мои хорошие друзья, спустя долгую упорную работу, наконец открыли парк аттракционов, возможно тебе покажется это весьма детским развлечением, но уверяю, нам есть у кого набраться опыта в конструкциях, да и отдых после рабочей недели будет очень кстати. Что думаешь?

Грейс сидела в странном ожидании.

******************************************************************

Город просто блистал. В тот момент мне казалась, что вся родная Англия показывала весь свой свет этой ночью. Проезжая дом за домом, здание за зданием, смотря на ее локоны, что приподнимались от каждой кочки на дороге, на ее ресницы, когда она прикрывала глаза, я наблюдал ее каждый вдох и перебирание пальцев. Очень нагло…очень бессовестно смотреть так на чью-то женщину, но ни мне ли говорить об этом?

Доехавши, и взявши билет, ворота открылись, я впервые был в таком месте, все светилось, играла музыка, людей казалось, было немерено. Мы шли дальше, смотря на раскачивающиеся большие конструкции. «Как им не страшно, так рисковать своей жизнью, чтобы получить какой-то адреналин?» - подумал я, заострив внимания на кричащих людях. Одни конструкции поднимались наверх и резко опускались вниз, некоторые сильно раскачивались, другие просто были горками. Везде были лавки с разными сувенирами и сладостями. Все было цветное, все было невероятно яркое. Будто бы мы оказались в другом мире, более радостном, там, где люди не сдерживают свои порывы эмоций, схожие с фейерверками.

Придя в себя, я понял, что остался совсем один, я потерял Грейс из виду. Я шел дальше, вперед, но уже не разглядывая все те же лавочки с плюшевыми игрушками.

Сквозь кричащих детей я слышал живую музыку, заводящую игру на гитаре. Мужчина, сидящий на стуле, напевал строчки из своей собственно-сочиненной песни. На другой стороне столпившихся зрителей, нервно поматывая головой, я все же нашел ее, Альберта с ней было не видно. Она не замечала меня, Грейс была слишком увлечена живым пением, поэтому попросив пройти людей, я смог осторожно пробраться и приткнуться в первый ряд. Слушатели стали подпевать мужчине, его повторяющее строки о теплом вечере, когда по судьбоносной случайности он встретил свою единственную любовь.