Небуляры

8. Свежие новости

Черное тело ала со сложенными крыльями рванулось навстречу. Дан прыгнул в сторону и, развернувшись, ударил ногой в обтянутый жесткой кожей живот. Черные крылья распахнулись, растопырив цепкие пальцы по краям, хвост взвился вверх, пытаясь обхватить Дана за шею. Дан нырнул вниз, и жесткая петля хвоста лишь ударила его по плечу, а пальцы ала скользнули по голой спине. Пара ударов локтями под крылья, руками захватить и заломить по три пальца на их концах, потом еще раз коленом в живот – и к земле, прижав крылья руками, а хвост – другим коленом. Готово!

«Это нечестно, хвост тебе в зубы! Я пальцы в когти не складывал, а то ты бы никогда не победил!» - мысленно просигналил Гиал, пытаясь выскользнуть из-под победителя. «Честно, честно! Если бы ты сложил свои присоски в когти, ты бы мне только спину ободрал, а не победил! А победить - это вряд ли!» - ответил Дан, прыгая в сторону. Мелкие аморфиты расползлись под босыми пятками, и он едва устоял на скользкой кашице.

«Где только ты научился так драться, в летном училище ведь такому не учат, хвост им в зубы?» - Гиал взлетел с песка и, помахивая крыльями, уселся на большой аморфит возле самого берега моря. «Я с десантниками тренируюсь, а вот тебя в полицейском училище явно недоучили! Пошли купаться!»

Дан с разбегу прыгнул в воду и поплыл. «На мелких хулиганов и этого хватает, а крупнее тебя здесь хулиганов нет!» - обогнав его в несколько взмахов крыльев, Гиал нырнул в глубину и вылетел снова, держа в зубах придонного червя чуть ли не в два метра длиной.

- Дан, Гиал! Что вы тут купаетесь, когда в мире такое происходит? Вы что, еще новости не смотрели? - раздался от стены аловской деревни голос Аурики, подкрепленный мысленным сигналом. Что там может происходить на третий день отпуска? Дан выскочил на берег, а Гиал, не бросая червя, полетел следом за ним. Из-за деревенской стены появились Элиал с Вими, обняв друг друга крыльями и сплетя хвосты, как будто не расплетались с вечера свадьбы. За ними вылетел дед Наваил и еще несколько пожилых алов и алаи, которым не надо было улетать в будний день на работу. Не видно было только землянина-этнографа. Арсен Оболенский улетел в Приморский наутро после свадебного пира, обещая вернуться к Дню Крыльев ребенка Элиала и Вими, когда малыш будет вылетать из спины кавина.

- Вы все должны это посмотреть! Вот это в новостях в Грависети уже целый час передают! – взволнованно звенел голос Аурики. Она выбежала из-за стены, держа в руках большой старый микрокомп с синим миражом, висящим над ним. Откуда она взяла этот антиквариат, у деда Наваила, что ли? Золотые завитки волос взлетали над ее головой при каждом слове, как пламя. От нетерпения она притоптывала ногой, раскидывая в стороны струйки песка. Казалось, стоит ей к чему-нибудь прикоснуться, как вспыхнут искры. Какая Золотинка! И зачем ей какие-то политические события, когда она всегда может найти занятия и получше, чем смотреть новости в Грависети!

Но что же там такое в новостях? Дан присмотрелся к огромному миражу. В голубой глубине миража засверкали белые звездочки над ярко-синей спиралью, плывущей среди багрового океана и желтых вихрей огня. Это что, астриониды передают, что ли? Похоже, запись сделана на самом Астрионе. Дан начал расшифровывать сочетания пляшущих белых огоньков.

«Совет Древней Памяти Астриона, обращается к народу и созданиям Астриона! … пятеро оставшихся в живых членов Совета... мы обращаемся ко всем, кто нас слышит… - благовоспитанно ровная череда звездочек то и дело прерывалась ярко-синими ударами боевого огня, завихрениями желтых потоков и черными зигзагами помех. - …бунт созданий, попирающих законы природы и справедливости… Мы не сдадимся … долг как Хранителей Древней Памяти… мы останемся на своем посту до конца…»

Цепочка звездочек прервалась, черные зигзаги разорвали изображение, а потом весь мираж залили голубые потоки боевого огня астриоников, сметающих со своего пути остатки синего свечения астрионидов и желтых завихрений их убежища. Должно быть, это и был тот самый конец. Изображение сменилось в мираже ровными черными строчками перевода речи на евроамериканский.

«Похоже, что их всех перебили, а скоро вмешается Галактический Арбитраж», - мысленно сообщил Гиал. «Во внутренние дела вряд ли будут вмешиваться», - возразил Дан, пробегая глазами строчки перевода. Все совпадало с тем, что перевел он сам.

Синева снова залила мираж, но теперь это был не яркий огонь астрионидов, а небесная голубизна их созданий – астриоников. Белые звезды их речи тоже были другие – крупные, размашистые, слегка смазанные, но Дан читал сбивчивую речь «номеров» так же свободно, как мелкие звездочки высокородных астрионидов.

«Так называемый Совет Древней Памяти закончил свое существование. – взволнованно сыпал расплывчатыми звездами голубой «номер», висящий в центре миража. - Угнетатели, поработившие лучшую часть народа Астриона, покончили с собой в собственном убежище, страшась ответственности за свои преступления. Мы, Совет Преображения Астриона, объявляем о конце старого времени и об отмене всех форм порабощения и угнетения, тормозящих прогресс и противоречащих Галактической Декларации Прав Разумных Существ!»

- Смотри, что у них там! Это война или что это? – Аурика оторвалась от миража и оглянулась на Дана. Происходило, в общем-то, обычное дело. «Номера», придя к власти, вели себя так, как советовали правителям опытные политики со времен итальянского Макиавелли или индийского Каутильи, а именно – старались уничтожить предшественников не только физически, но и морально.

«Много сотен оборотов Астриона вокруг Невидимки прошло с тех пор, как начался путь цивилизации. И столько же времени попиралась свобода наших братьев! – выплыл в середину миража другой астрионик, более крупный и яркий. Его речь выглядела не цепочкой белых звезд, а волнистой чередой вспышек, и читалась плохо. - Угнетатели использовали наши силы и талант, присваивали себе наши заслуги, обвиняли нас в безнравственности! И вот последняя искра, которая превратила разгорающийся жар в пылающий огонь нашего гнева! На Лаланде-Х, колонии, открытой и изучаемой нашими братьями, угнетатели совершили свое последнее злодейство. Десятки наших талантливых братьев превращены в белый бессмысленный туман! Завистники, сильные только памятью своих предков, посягнули на свободу разума и таланта, обратив наших братьев в неразумных существ!»