Небывальщина

Глава 10

К тому часу, как Ярка затерялся среди несметной толпы пустоголовых домашних кур, которые так и липли к нему всей гурьбой, в воеводиных хоромах уже не было ни Захария с дочкой, ни доброй части гостей. По сему драгоценный петух тратил время на то, чтобы получше сокрыть свое присутствие. Не ровен час, привлечет кого покрупнее. Дворовые в упор не видели пока невесть откуда взявшегося петуха, но мало ли что.

Хоть и был он крайне высокого о себе мнения, да не признать, что подзапамятовал за ненадобностью некоторые свои фокусы, он не мог. Оттого и тупые птицы сразу потянулись к нему со всего подворья, окрыленные его неотразимостью. Даже прочие петухи не изъявляли желания вступать с ним в перепалки, лишь похаживали кругами в отдалении, да таращили водянистые глаза.

Само собой было чертовски приятно, но обладая недюжим умом, который был ничуть не меньше его тщеславия, Ярка знал, что это надо прекращать незамедлительно. А как закончил, дал себе вволю насладиться погожим деньком и дивным прикормом воеводиной скотины. Благополучно выкинув из своих дум всякое упоминание Яна, Безлунного Леса и иже с ними.

* * * * *

Господин Ли помнил наказ бабы Мани и пока не видел ни одной значимой причины, чтобы его игнорировать. Но знахарка совершенно ничего не говорила про утренние и дневные походы в лес. Да и как было удержаться и не осмотреть повнимательнее топкий бережок вчерашней речки. Он должен был непременно понять, что пропустил и когда.

Оказавшись в мгновение ока там, где хотел, Ли с удивлением отметил, что обереги так же, как и ночью ведут себя не спокойно. Достал их из потайного кармана и внимательно осмотрел. Два берестяных мелко вибрировали от попадающей на них силы. Они не обладали собственной энергией, а лишь ловили ее извне, предупреждая, что тут что-то нечисто. Форма непривычная, но подобная магия была ему хорошо знакома и не вызывала вопросов. А вот тот, что был вышит на куске грубой серой ткани, вел себя интересно.

Узелки на его краях переливались причудливыми узорами, то затягиваясь туже, то чуть ослабляясь. Заметно было, что действуют они по какому-то, непонятному пока иноземному господину, разумению. И видит он это так явственно лишь из-за собственных навыков, простому взору такое не уловить. Но как ни силился, так и не вышло добраться до сути обережной, хоть снова шагай к бабе Мане. А с этим он решил пока погодить.

Глаза горели искрами, ум требовал доискаться ответов. Только вот права травница – не ведает он еще, куда должно смотреть. Как же давно Ли не ощущал такого сильного и живого любопытства! Сразу будто помолодел на бессчетное количество лет. Внезапно на ум пришла чаша с розовыми корешками и план на вечер тут же был определен.

Осторожно коснулся вышитых в центре знаков и сосредоточился на потоке силы, что так волновала оберег. Она не таилась, но сути своей не открывала. Струясь рваными, неправильными сгустками от самой речки, энергия попадала прямехонько в центр вышивки, после чего выходила с другой стороны, коверкаясь пуще прежнего. Он почувствовал что-то еще. Смутное, непонятное. Было где-то на границе восприятия. Вот оно никак не желало открывать себя.

Ну что ж, придется идти глубже.

Глаза господина Ли запылали раскаленным до красна железом, заходящимся искрами. День померк, вокруг стали проявляться сущности, души, силы леса и всех, кто находился в нем на десятках разных планов бытия. А искомой не было.

Погрузился еще глубже.

Тут уже стоило быть предельно осторожным и не касаться ничего. Дремлющие силы, хоть и не самые древние, могли приметить его.

Что там говорила травница?

А он их даже не распознает.

Черный призрачный поток силы сжимал-разжимал один из узелков оберега. Проявившись лишь на мгновение, он исчез, но Ли успел краем глаза заметить, что в кронах таких много.

Пора возвращаться.

Умело балансируя течение собственной силы и отслеживая путь по оберегу, почти выбрался к изначальной точке, как обнаружил себя стоящим посреди поля, залитого солнцем. Удивиться не успел, так как понял, что на него кто-то пристально смотрит. Обернулся и сразу напоролся на суровый туманный взгляд, который, мог поклясться, прожигал его насквозь посильнее палящего полуденного светила.

– Доброго дня, – само собою тут же вырвалось у него, вместе с приветливой улыбкой.

Девушка и не думала улыбаться. А отвечать и подавно. Хотя сказать ей хотелось ой как много чего! Да в таких крепких выражениях, что господина пополам бы переломило. Щеки пошли красными пятнами – так сильно ее распирало. Где это видано, чтоб люди средь бела дня из воздуха возникали! Тем паче настолько необычные для простого деревенского поля. Не говоря о том, что «необычных» ей уже было более, чем вдоволь. Только и смогла, что руки на груди скрестить, продолжив глядеть.

Молчание затягивалось, и он снова подал голос:

– Мое имя Ли. Прошу прощения, что потревожил. Этого не было в моих намерениях. Мы, кажется, встречались на ярмарке? С вашим братом надеюсь все хорошо?

– У вас что, так принято, что ли? – как можно спокойнее постаралась говорить Марфа и у нее почти получилось.

– Простите?..

– То ловлю вашего Хо у себя в яблонях, теперь вы тут возникаете, света белого не чураясь. А потом как ни в чем ни бывало ведете беседу. Что за нравы такие там, откуда вы явились? – высказав, девушка чуть успокоилась, но тут ее настигло новое волнение: вдруг кто-то видел! И она быстро огляделась.

Не вполне правильно истолковав ее опасения, Ли поспешил успокоить:

– Уверяю, что не причиню вам никакого вреда.

На это она лишь хмыкнула, а глаза полыхнули недобрым огнем. Но тут же взгляд упал на обереги, которые он все так же держал в холеных руках.

– Думаю это они привели меня сюда, – тоже глянул на них Ли.

– Они такого не умеют, – отрезала Марфа. – Что вы сделали? Ох, нет. Знать не хочу! – махнула рукой и ловко подхватила с земли вязанку трав, собираясь уходить. Но будто передумала. – Ни на один вопрос не отвечать в ваших краях тоже принято?