Небывальщина

Глава 11

Весь день Елена была сама не своя. Что-то сначала слегка, но навязчиво усиливаясь к вечеру, тяготило ее сердце. Отец поднял ни свет, ни заря и упросил сопровождать в соседнюю волость. Памятуя как сетовала, когда не подумал привезти каких-то диковин, воевода рассудил, что, взяв дочь с собой он точно не прогадает. Оно-то конечно было верно, да вот только все ей было не так в этот раз.

Дорогой до Зорицы она хмуро молчала, рассеянно глядя по сторонам, что было на нее совершенно непохоже. И в матовых серых глазах клубилось ничуть не меньше дымки, нежели стелилось по полям вокруг тракта. А как добрались до хором местного старосты, где всегда гостили, когда бывали в этих краях, изрядно удивила Захария лишь сухо поприветствовав всех. Даже Машеньку, среднюю дочку главы, свою давнюю знакомицу не пожелала, несмотря на уговоры, взять с собой на прогулку. Вовсе не обратив внимания на то, что та едва не плачет от обиды.

Желанные диковины Елена нашла меньше, чем за час, а затем оставалось лишь праздно слоняться, не зная, чем себя развлечь. В будний день знамо мало что происходит занятного, хоть бы и на главной торговой площади. Все уже поглядела, везде побывала, да только ноги стерла, так и не разогнав тоску.

Интересно, что поделывает Ли? Надо было позвать его с собой. Но отец так внезапно огорошил, да еще и в дикую рань, что не сообразила спросонья.

Вот дурина-то! Два шага ведь дойти было…

Да что уж теперь об этом печалиться.

Хотя Чэнь от чего-то не спал и чудом увязался с ними в последнюю минуту, встретив их у самых ворот. Но и тот прилип к воеводе, бросив Елену скучать. Ей только и оставалось, что ломать голову, умирала бы она так же с тоски, если бы остался при ней или нет.

Из всех спутников Ли этот был самым несговорчивым. Сразу произвел на нее впечатление ученого зануды, вроде тех, что зудят и зудят без конца на вече. Правда в противоположность им, Чэнь почти всегда молчал. Сперва думала, что просто языка не знает, но потом поняла, что вообще редко видела его за беседой с кем-либо. И уж тем более ни разу не говорила с ним сама.

Ко всему не нравилось девушке как он смотрит на нее. Будто и глядит да не видит вовсе, сквозь свои круглые стекляшки. К такому неуважению со стороны мужчины она явно была не готова, прекрасно зная, насколько красива. Но даже при всем при этом не могла не заметить глубины его теплых коричневых глаз, которыми наверняка бы очаровалась, будь их обладателем кто-то другой.

Ну и хорошо, что за отцом таскается! С ним-то, поди, худо-бедно да балакает.

Так за своими мыслями не заметила, как сделала круг и сызнова вернулась на главную площадь. Не в силах больше плутать, нашла грубую лавчонку поодаль, да присела, вытянув уставшие ноги. Надула румяные щеки и только думала потянуться за мешочком с украшениями, который всегда при себе держала, как рядом образовался парень в расшитой нарядной рубахе:

– Что это? Никак солнце красное само спустилося в нашу Зорицу? – вымолвил и тут же бесцеремонно дрюпнулся рядом, глядя на нее во все серые очи. – Девица, а девица, кто же ты и откуда?

Елена лишь окинула его холодным взглядом и ни слова не проронила в ответ. А затем и вовсе демонстративно отвернулась, отодвинувшись.

– Да не пужайся, свет девица! Чай не обижу. Как звать тебя хочется мне вызнать. Я – Егорий, купечий сын, – гордо вымолвил он, лучась удалью молодецкой. – Не встречал раньше такой красы у нас в Зорице, дай думаю подойду, поспрашиваю, а ты молчишь. Не гоже.

Но и на это ему была лишь тишина. Видя, что разговор не идет, а краса даже глазом не ведет в его сторону, тоже картинно отвернулся и громко вздохнул, подперев головушку буйную кулаком. Так и сидели пока Еленины ножки не отдохнули. А как сие случилось, она грациозно поднялась, что у него аж дух захватило, и собралась уходить, да ни тут-то было!

Парень подскочил следом и встал на пути самодовольно улыбаясь. Повернула в другую сторону и снова он перегородил дорогу:

– Не серчай, девица. Уж таков я уродился, как задумаю чего, не свернешь. Житья мне не будет, коль не допытаюсь имени твоего, аль, где искать тебя.

Чего прицепился как клещ!

Елена уже начинала терять всякое терпение, хоть виду пока и не подавала. Лишь смерила парня холодным взглядом прозрачно-серых глаз, в которых явно читалась не меньшая решимость. Хотя преподать наглецу урок явно стоило, но ведь не драться же она с ним будет в самом деле! А что тогда?

Поразмыслить над этим не успела и еле сдержалась, чтобы не вздрогнуть от неожиданности, когда над самым ухом раздалось спокойное и полное силы:

– Этот человек вас донимает?

Старательно сохраняя лицо, Елена чуть поворотясь на голос опешила. За ее плечом стоял Чэнь, напоминающий сейчас каменное изваяние, холодное и непоколебимое.

Откуда…

Быстро взяв себя в руки, что никто даже не приметил ее мимолетного замешательства, она сдержанно кивнула. И холодно улыбнулась, когда углядела как Егорий меняется в лице, глядя на иноземца. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы навязчивый кавалер отстал. Застыв на месте и еще долго таращась им вслед.

Чэнь сопроводил Елену до двора старосты, и, убедившись, что никаких неприятностей больше не предвидится, собирался было удалиться восвояси, как она ловко поймала его за рукав и с интересом заглянула в глаза:

– Спасибо. Я думала, никогда не отвяжется.

На это он лишь почтительно поклонился, всем видом показывая, что ему пора идти. Только Елена и не думала отступаться, оживившись впервые за день.

– Вы меня, право, впечатлили. Не ведала, что говорите на нашем языке. Отчего же тогда молчите всегда? – с интересом глядела на него, вот только по всему было видать, что отвечать ей он не намерен. Могла бы раздосадоваться да не стала. – Любопытно мне, кроме всего прочего, как вы так вовремя подоспели? Этот… Так бы и шагу, наверное, не ступила если бы не вы.

– Рядом был, – коряво, явно с трудом выговаривая каждый звук, отозвался Чэнь и сам же еле уловимо смутился, слыша себя.