Нечаянная избранная (бесплатно)

Глава 3

В каньоне заметно посветлело, подул свежий ветерок, принеся долгожданную прохладу. Стены раздались в стороны, и мы, наконец, вышли в долину. Она оказалась круглой, как монета. Горы противоположного края терялись в дымке и были практически не видны.

Перед нами в паре десятков шагов начинался редкий, просвечивающий насквозь лес. Состоял он из высоких узловатых скрюченных деревьев, практически без листьев – только где-то наверху пучками торчала единичная поросль. Под деревьями торчал молодой безлистный кустарник и стелился ковер желтой пожухшей травы. Зато здесь впервые обнаружилась какая-никакая живность – на вершине одного особо высокого дерева сидела ворона и громко немелодично каркала.

Шэн бесстрашно углубился в заросли, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

- Какое мрачное место, - я поежилась. Карканье разносилось далеко окрест, и вкупе с мрачным лесом и серым небом навевало самые мрачные мысли.

- Это долина Вечной зимы. Когда-то она была совсем другой – трава зеленела, деревья шелестели густой листвой, кусты были усыпаны цветами и ягодами. Но потом будто кто-то проклял это место и в один год жизнь из него ушла. Самое интересное, что эти деревья не мертвы, - демон остановился возле одного из них и задумчиво пробежал по стволу тонкими пальцами. – Вот уже два десятка лет они спят, очень крепким сном. Он ненамного отличается от смерти, но все же дает шанс на пробуждение. И новую весну.

Шэн вдруг резко обернулся и пристально посмотрел мне прямо в глаза. Я от неожиданности попятилась, но кошачий взгляд демона потух так же неожиданно, как и загорелся.

- Идем. Скоро стемнеет.

Идти по этому лесу оказалось не так уж и сложно – стало ощутимо прохладнее, деревья росли достаточно редко, травы почти не было, и в проплешинах виднелась сухая растрескавшаяся земля.

Ночь в этом мире опускалась медленно и незаметно, но неотвратимо, и когда через некоторое время к хриплому карканью прибавился шум бегущей воды, темно было уже настолько, что едва видно окружающие деревья. Спасали положение только огоньки, мерцавшие между ними и служившие маячками.

Наконец мы вышли на берег небольшой говорливой речушки, не очень широкой, но очень быстрой, с невидимой в темноте водой. Чуть поодаль через неё был перекинут красивый гнутый мостик. На другом берегу высился частокол, в который упиралась тропа, начинаясь от мостика. Возле ворот светились два масляных фонаря, а сами ворота, сколоченные из толстенных досок, по ночному времени были наглухо заперты.

Мы вежливо постучали - никакой реакции изнутри не последовало. Мы постучали настойчивее – в ответ снова лишь тишина. Перспектива ночевать на улице совсем не радовала, поэтому стучать мы стали уже ногами, но толстые доски гасили любой звук.

- Эге-гей, хозяин! Открывай! – сложив ладони рупором, гаркнул Шэн.

Наконец наверху частокола моргнул огонек и сверху высунулась толстая красная лысая рожа с небольшими рожками на лбу и козлиной бородкой. Рожа отчаянно зевала и вообще была крайне недовольна.

- Кто еще тут орет? Закрыто до утра! Приходите как рассветет.

- Нам на улице, что ли, ночевать?! – возмутился крылатый. – А ну открывай!

- Ночью из долины только всякая нечисть лезет. Почем я знаю, кто вы такие? В той стороне только непролазные скалы. Откуда вы там взялись? Нееет, вот если с рассветом останетесь в том же виде, тогда – милости просим.

Меня позабавило, что рогатое страшилище, видимо, тоже демон, боится нечисти, но Шэна это заявление привело в ярость. Он сверкнул глазами, с шелестом эффектно развернул крылья и угрожающе что-то сказал-прошипел на незнакомом наречии. Я почувствовала, как от ужаса зашевелились волосы на голове. Стражника же как ветром сдуло с частокола. Тут же послышался звук отодвигаемого засова и ворота наконец распахнулись.

- Проходите, проходите, пожалуйста, - суетливо залебезил резко побледневший страж, непрестанно кланяясь. Это оказалось низенькое краснокожее человекоподобное существо с козлиными копытами вместо ног и длинным тонким хвостом. Одето оно было только в холщовые штаны. – Простите, не признал, вашш-ство…

Он хотел еще что-то добавить, но Шэн взмахом руки резко заткнул словесный поток.

За воротами оказалась вполне обычного вида деревенька – утоптанная улица, по обеим сторонам которой стояли бревенчатые одноэтажные домики, упиралась в площадь с высокой узкой остроконечной башней в центре. Каждый домик был огорожен плетнем, в палисадниках росли какие-то колючие кусты, чахлые деревца и даже кое-где виднелись скромные цветы. Вдоль улицы через равные промежутки были вкопаны шесты, на которых горели факелы, создавая этакое уличное освещение. Во всех окнах было темно.

Страж привел нас к самому большому дому, стоявшему на углу площади. Только в нем светились два окошка. Над дверями висела вывеска с намалеванными двумя демонами с улыбками до ушей и огромными кружками с пенными шапками в лапах.

Трактир по ночному времени оказался ожидаемо заперт, но стражника это не остановило. Он принялся колотить копытом в дверь и вскоре она отворилась. На пороге стоял трактирщик - высокий худой бледный тип с длинными темными волосами, собранными в хвост, в фартуке поверх холщовых штанов и домотканой рубахи. В длинных пальцах он держал подсвечник с зажженной свечой. Глаза его оказались ярко-красными, даже будто светящимися в темноте. Окинув взглядом пришедших, он молча повернулся и пошел вглубь здания, приглашая остальных следовать за ним.

Мы с Шэном зашли, и дверь позади сама захлопнулась. Страж остался снаружи, и, судя по цокоту копыт, бегом побежал обратно на свой пост.

За дверью оказался большой обеденный зал с деревянными некрашеными столами и тяжелыми стульями с резными спинками. Напротив входа располагалась барная стойка с блестящими медными кранами. Над головой уходящая ввысь крыша, с опорных балок которой свисали пучки сушеных трав. По стенам висели картины, изображающие разнообразных демонов в жизненных ситуациях – вот сидит за столом, сдвинув кружки, веселая компания, а на другой двое шагают босиком, в плащах и с посохами по лесной дороге навстречу огромному вулкану. На центральном месте, видимом со всех сторон, висел гигантский, высотой в полстены, портрет, изображающий в полный рост огромного могучего демона в богатой мантии, с хитро закрученными рогами и ярко-красными глазами. В руке он держал золотой посох с богато украшенным навершием. Напротив картины в огромном камине дотлевали угли.