Неделя в стае или как убить ведьму

Глава 5

Глава 5.

— Ты мне не нравишься.

Голос, звучащий из глубины стоящего на самом отшибе дома даже не заставляет поднять брови.

Пф, подумаешь, кому-то не нравлюсь в волчьей стае! Тоже мне, новости…

— Но нам придется уживаться вместе. Я Амин — помогаю Берволу по хозяйству, он сам… Ну, ты в курсе.

Вообще-то нет, но сыпать вопросами не собираюсь. Итак после того странного собрания меня буквально вытурили вместе с «избранным» волком на улицу, и он молча рванул куда-то к лесу. Не знаю, нужно ли было бежать за ним — но ноги понесли следом, так как больше деваться было некуда.

И теперь мы стояли у самого убогого (без шуток!) дома во всем поселении, дверь которого с самого начала была нараспашку, а из темноты комнаты меня уже успела оценить какая-то девчушка.

Хотя, может, это и взрослая волчица? Лица не разглядеть, но голос больно молодой.

— Привет, Амин, — спокойно произношу, ставя ногу на скрипучую ступеньку, — и как хозяйство, процветает?

— Ведётся, — фыркают из темноты, и я смело вхожу внутрь.

«Ведётся», кажется, оно тут само по себе, потому что хоть каких-то усилий со стороны чужих рук не наблюдалось.

Грязь и пыль, заколоченные зачем-то окна, повисшая тут и там паутина, сброшенное старое одеяло на полу гостиной… А еще запах.

Если от шерсти волков пахло преимущественно лесом, то здесь стоял отвратный запах шерсти, который будто впитался в стены. Я иду дальше, замечая тоже открытую дверь в другую комнату, и обнаруживаю там кухню с кладовой, и вторым выходом на улицу, который тоже оказывается распахнутым настежь.

— Бер не любит, когда двери закрыты. Запомни и никогда не смей закрывать. На ужины — мясо, Бер не завтракает и не обедает. Наверху есть три спальни и ванная — одна из них моя, себе можешь выбрать любую из оставшихся. Бер спит тут.

Я оборачиваюсь, замечая, как вытянутая, подросткового вида девчушка кивает на одеяло в гостиной. Сколько лет Амин? Может быть от двенадцати до шестнадцати…

— А ты всегда живешь тут? — спрашиваю, поглядывая на так называемого «избранного».

Уселся спиной к нам, и только вытянутые уши дают понять, что заинтересован в том, что происходит в его доме. Черт, как с ним общаться-то… И насколько вообще мне это нужно?

— Всегда, — задирает нос девчонка, — я — Бера!

— Что ты — Бера? Сестра?

— Просто. Бера!

О Прародительница, да что за черт тут творится!

Я осматриваюсь, отмечая, что задавать вопросы некому. Амин не хочет отвечать, а этот Бер…

— Как вы общаетесь? — все-таки делаю пробную попытку, и с брезгливостью царапаю носком ботинка засохшую грязь на деревянном полу.

Никогда в жизни не жила в подобной обстановке.

— У нас связь! — гордо поднимает подбородок девчонка, и я хмурюсь, потому что это уже интересно, — если что-то захочешь сказать Беру, говори сперва мне!

— А он что, меня не понимает?

В яблочко! Амин сконфуженно отворачивается, когда как сидящий у входа волк хмыкает. Понимает, да еще как. Осталось только мне научиться понимать его.

— Все равно для ответа придется обращаться ко мне, — бросает Амин, и поворачивается в сторону лестницы, — я буду наверху.

Ну будь, будь.

Снова оглядываюсь, морщусь и обхожу по кругу волка. Тот не шевелится — будто дает мне право смотреть и изучать столько, сколько посчитаю нужным.

— Ну привет, — замираю где-то сбоку, откуда мне хорошо видно волчью морду, а ему меня нет.

Бер чуть наклоняется, и это вполне тянет на приветствие. Я пожимаю плечами и обвожу рукой дом.

— Неуютно тут у тебя.

Волк закатывает глаза. Не злится, не рычит — и для меня это хороший знак.

— Спасибо за то, что спас жизнь.

Глаза волка снова закатываются. Ага, значит, не считает чем-то героическим.

— Пока я с вами — придется жить тут, да?

Прикрывает глаза, как-будто морщиться, и я принимаю это за знак согласия.

— Понятно. Можно тут похозяйничать? Или Амин не переживет?

Волк резко разворачивает шею, и теперь два карих глаза замирают на мне. Он не мигает, и я ощущаю странное покалывание по коже, словно кто-то водит по мне жалящей травой.

Да, вопросы я задала… Как-будто и не ответишь однозначно.

— Прости, забываю, что ты не можешь ответить. Скажи… Если могу делать все на свое усмотрение, просто кивни. Если я перейду черту — сообщи об этом.

Хитро! Мне нужно от него такое разрешение — потому что я голове уже созрел план, а заручиться вот такой поддержкой волка будет ой как хорошо!

А как он потом сообщит мне о «перехождении черты» — ну совершенно не моя проблема!

Волк смотрит еще секунду, затем медленно, не отводя взгляд, кивает. Я ликую внутри, очень стараясь не показывать триумфа.

Привет, оборотни. Кажется, у вас пора навести порядок!