Недоразумение

Глава 3(4)

Мы с матерью Джоша невзлюбили друг друга с первого взгляда. Хотя нет, это я себе льщу. Я надеялась с ней подружиться ровно до слов: «Джошуа, ты женился на эмигрантке?! Ей что, понадобилась виза на жительство?». Впрочем, я быстро сориентировалась и не преминула подлить масла в огонь ненависти: «Что вы, мэм, нынче гражданство можно получить, не прибегая к окольцовыванию. К тому же, моя семья живет на территории США достаточно давно, чтобы с гордостью называть эту страну своей». Тогда-то красивое, но уже тронутое морщинами лицо моей свекрови перекосило от брезгливости. Пожалуй, мне это было не в новинку, но еще никто и никогда не смел выражать свое отвращение так открыто просто потому, что когда-то мои предки жили в Южной, а не Северной Америке.

В общем, рассчитывать на помощь миссис Гаретт в любом другом вопросе я бы не стала и жаждала ее видеть в последнюю очередь. Но вдруг желание избавить своего любимого и единственного сына от неподобающих уз возобладает над презрением, и она согласится посодействовать?

Оказалось, найти номер матери в телефоне Джошуа не так-то просто. И к тому моменту, когда я закончила переписывать цифры в собственный телефон (на черный день), раздался хлопок двери. Поспешно затолкав свой мобильник в сумку, я на цыпочках подбежала к фотографии и быстро вытащила ее из рамки. Когда Джош вернулся в гостиную, я сидела рядом со столиком и отковыривала свое фото, совершенно не представляя, зачем это делаю. Не прокопайся я столько времени с номером миссис Гаретт, еще подумала бы как оставить себя в компании сэра Элтона! В конце концов, с какой радости мне гладить по шерстке Джоша? Он меня в ответ не побалует.

— Что-то ты не преуспела, — заметил он.

— Думаешь, что Элтон Джон начнет возражать против моего общества? И вообще, почему у тебя нет копии?

В этот момент я слишком сильно дернула свою бумажную версию и оставила на память сэру половину лица себя любимой. Только этого мне и не хватало. Тяжелый вздох не остался незамеченным, и Джош мстительно усмехнулся. Впрочем, комментировать не стал, лишь достал из-под стола приконченную мной бутылку шампанского и встряхнул. Содержимого не обнаружил, а потому отправился на кухню за другой.

— Неужели ты не в курсе, что вещи, созданные в единственном экземпляре, представляют собой особую ценность? — донеслось до моего слуха из кухни.

— Это фотография, она имеет ценность только для тебя. Не подстраховаться глупо.

— Понимаешь ли, Лика, люди, которые приходят в этот пентхаус, обычно пользуются достаточным моим доверием и не желают зла.

— Это ты об утренних шлюхах? — фыркнула я, не удержавшись. — То есть сначала проверяешь их на детекторе лжи, а только потом тащишь в кровать? А то вдруг — и ай-ай-ай.

В этот момент последний кусочек яро сопротивляющейся Лики Гаретт (да, ее самой, ибо было в моей жизни несколько дней, когда я с гордостью так называла себя любимую) был отодран от сэра Элтона и смят в кулаке. Собственно, мы с Джошем закончили примерно так же бесславно, как и это разнесчастное фото. Подняв взгляд от комочка, некогда бывшего напоминанием о «самом счастливом дне в жизни каждой женщины», я обнаружила, что Гаретт вернулся в гостиную и даже налил мне «виски мира».

— Благодарю, — буркнула я себе под нос и сделала большой глоток.

— Что ж, Лика, допустим со мной все понятно. А ты как поживаешь? Раз уж у нас образовалась куча свободного времени на ликвидацию последствий твоего… самоуправства, расскажи, как докатилась до жизни такой.

— Какой? — закатила я глаза.

— Брось, — спародировал меня Джош. — Ты не всю жизнь мечтала декорировать кружевами и оборками женские прелести.

— Но мне это подходит, отлично получается… а еще кормит! Да и потом, мне быстро разонравилось пытаться угодить безвкусице богатеньких снобов вроде…

Твоей матушки.

Вслух я этого не сказала, но по глазам поняла, что Джошуа догадался.

Это правда. Единственное задание от журнала мод по декорированию помещения для съемок рекламного ролика подарило мне больше опыта, чем год работы по заказам вечно недовольных клиентов. И именно благодаря ему я открыла для себя новый мир, частью которого стать захотелось по-настоящему. Но все же смена профиля оказалась настолько кардинальной, что поначалу поддерживала меня только Адди. Впрочем, оставлять в прошлом людей, для которых собственная линия белья — это «слишком», оказалось легко и приятно. Появились и друзья, и новые связи, и уверенность, которой мне так не хватало. А за ними в мою жизнь вошел и Марк. О нем я уже рассказывала.

— А спишь с кем? — словно вытащил эту мысль из моей головы Джош.

— А тебя это не касается.

— Тем не менее ты не меньше полудюжины раз напомнила мне, с кем сплю я, — хмыкнул он. — К тому же, с точки зрения закона ты неправа.

— С точки зрения закона, обратись я в суд, мы бы уже были разведены. Как минимум потому, что не живем вместе.

— Так за чем дело встало? — весело приподнял бровь Джош. — За тем человеком, с которым ты спишь, не правда ли? Скорее всего он сторонник традиционного брака, в котором оба супруга обязаны жить вместе и строгать по ребенку раз в три года.

— Иди ты к…

— Такому педанту не признаешься, что однажды ты уже вышла замуж за человека, который не пожелал не то, что создавать семью, но даже ставить на паузу свою жизнь в ожидании, пока ты окончишь колледж. Он не знает, что ты посчитала такой вариант не только допустимым, но даже лучшим.

— Больше я так не считаю, — процедила я сквозь зубы. — И даже не понимаю, как это допустила.