(не)дракон по переписке

Глава 3 – Люциус

Глава 3 – Люциус

Впервые Люциус Дрейкенс – принц Севера увидел Нателлу пять лет назад, во время осенних каникул. Он летел охотиться в горы, но звонкий увлечённый голос, внезапно нарушивший тишину ночи, заставил изменить планы. Другой бы не услышал, было слишком высоко, но Люциус в облике дракона обладал идеальным слухом. Его внимание привлекла девушка внизу, которая что-то оживленно рассказывала какому-то парню, размахивая руками и захлёбываясь словами. Дракон не разобрал речей, но был зачарован её воодушевлением. Эта девушка горела тем, о чём говорила, и Люциусу захотелось разделить её пыл.

Он превратился в человека прямо на крыше чужого дома (к счастью, к шестнадцати годам принц-Дракон уже научился оборачиваться вместе с одеждой), и сохранив драконье зрение, двинулся по крышам, по следам темноволосой незнакомки с заразительным смехом. И только позже Люциус разглядел рядом с девушкой своего лучшего и, чего уж таить, единственного друга — Майкла Стимплтона.

Тогда он впервые испытал ревность, хотя и не сразу понял это. Драконья натура требовала унести девушку в свою пещеру в горах и спрятать среди сокровищ, чтобы Майкл никогда её не нашёл. Да и никто другой тоже. Но несколько глубоких вдохов прояснили мысли, и Люциус снова стал больше человеком, чем драконом. Иметь две ипостаси порой бывает сложно, особенно когда твоя драконья сущность тащится от хорошей драки и временами готова спалить полмира, а человеческая шарахается от незнакомых людей и мечтает навсегда запереться среди книг.

Не в силах дольше наблюдать за Майклом с самой прекрасной девушкой на свете, Люциус улетел в горы. Он отдался охоте со всей яростью, разрывая тушу за тушей, и вернулся домой под утро сытым, уставшим и злым. Каково же было его удивление, когда днём появился раздосадованный Стимплтон с жёлтым конвертом, на котором было выведено: «Майклу Стимплтону от Нателлы». Люциус мгновенно узнал этот витиеватый почерк, хотя никогда раньше его не видел.

— Её зовут Нателла, — сказал Майкл. — И, честное слово, она умеет утомить своей болтовней. С меня что угодно, если напишешь ей ответ. Что-нибудь такое, чтобы девчонка поняла — мы отлично провели время, но продолжения не будет.

Так началась переписка длиной в два года. Нателла оказалась ещё восхитительнее, чем Люциус представлял. Она зачитывалась классической литературой и цитировала философов, исписывала страницы теориями происхождения мира и мечтала, что когда-нибудь люди создадут крылья и смогут летать, как драконы. Тогда Люциус поклялся себе, что однажды станет её крыльями и будет носить на спине по небесным просторам.

Нателла верила, что люди по природе добры и чисты, что все мечтают о любви и счастье, а если кто-то зол — значит, его просто недолюбили. Казалось, всё, к чему прикасалась Нателла, становилось лучше. Включая самого Люциуса.

И вот однажды принц решился позвать её на Зимние праздники в Северные Земли. Он несколько месяцев брал уроки танцев, чтобы не опозориться, приглашая Нателлу на первый вальс. И вот письмо было отправлено: «Нателла, приезжай ко мне на Новогодний бал». На этом балу он намеревался признаться во всём, а потом посадить её на спину и взлететь в небеса...

Ответ пришёл быстро и был разочаровывающе краток: «Прости меня, Майкл... кажется, нашей переписке пришёл конец. Я переехала, так что не пиши. Спасибо за всё, твоя Нателла». Даже в последнем письме она назвала его чужим именем.

И вот теперь Люциус летел навстречу самой прекрасной девушке и не знал, как себя вести. Почему Нателла приняла приглашение спустя три года? Почему решилась на встречу после того, как сама всё оборвала?

Стимплтон сказал, что девушку надо встречать на подъезде к Северным Землям, но Люциус не мог ждать до завтра, поэтому полетел ей навстречу. Дракон пролетал над горными лесами на границе, когда внизу услышал недовольное ворчание. Голос звучал грубее и старше, но это был несомненно её голос.

— Конечно! — говорила Нателла сама с собой. — Именно зимой надо отправляться в дальнее странствие!

Люциус застыл, растянувшись в широкой драконьей улыбке. Сколько раз он почти срывался с места, чтобы найти её дом, но здравый смысл останавливал: появление принца Дракона скомпрометировало бы и девушку, и Север.

Нателла продолжала что-то ворчать, и Люциус понял, что больше ждать не может. Обращаться в человека у нее на виду было бы слишком, так что он приземлился поодаль и, раздвигая ветви густого леса пошел на голос. Люциус волновался: ведь он окажется совсем не тем, кем представлялся в письмах. Размышления прервал свист, и в следующее мгновение Дракон на лету поймал нож, запущенный в него. Это раззадорило внутреннего дракона, и Люциус почти настроился на хорошую драку, как вдруг из кустов вышла Нателла.

Она была невероятна. В тяжелой меховой шубе, перехваченной ремнями, в высоких сапогах. Щеки покраснели от мороза. Длинная коса выбилась из-под платка, и пара прядей прилипли к вискам. Она дышала тяжело. И выглядела… обворожительно. Увидев Люциуса, Нателла схватилась за сердце.

— Драконово пламя! — выругалась она. — Я думала, тут дикое животное! Вы что, не понимаете, как пугаете людей?

Нателла метнула в него нож? Неожиданно. И… завораживающе.

Люциус поймал себя на том, что рассматривает её так внимательно, будто пытается впитать каждую черточку: крохотную родинку на подбородке, яркие карие глаза, похожие на расплавленный янтарь, чуть дрожащие губы.

Совершенна.

— А если бы я вас убила! — выкрикнула Нателла. — Из-за вас меня чуть не посадили за убийство!

На Люциуса впервые кричала женщина, и это оказалось... занимательным. В ней было столько огня, столько жизни, что дракон внутри пришёл в восторг. Потом до принца дошел смысл ее слова.

— То есть вы не за меня беспокоились? — уточнил он.

— А о вас что беспокоиться! — Нателла, кажется, злилась ещё сильнее. — У вас лицо доброго человека, вы бы наверняка попали на небеса, а мне бы в тюрьме сидеть! А у меня, знаете ли, не та ситуация, чтобы мотать срок. Да и тюремная роба мне не к лицу.