Нефритовый цветок и стальной клинок 2

Глава 1. Син Юэ/Сяо Фэн

Друзья, начинаем вторую часть. К сожалению, соблюдать тот же темп как раньше, я не смогу. Но постараюсь выкладывать проды каждый день. Если наберется большой запас, то увеличим объемы. Спасибо, что остаетесь с Син Юэ, с Гуань Фэном и другими героями. Огромная просьба поддержать книгу, писать комментарии и ставить звездочки)

***

Весна пришла неохотно.

Снег уже сошел, но земля еще хранила зимний холод. По утрам над садами стелился молочный туман, а молодые листья только начинали распускаться на ветвях, словно и сами не были уверены, что морозы больше не вернутся.

Я стояла возле открытого окна и смотрела, как ветер качает тонкие ветви деревьев. Прошло почти полгода с того дня, когда под стенами Усина погиб клан Син.

Полгода — удивительно короткий срок для человеческой памяти и бесконечно долгий для человеческой боли.

Иногда мне казалось, что все случилось только вчера. Стоило закрыть глаза, как я снова чувствовала теплую кровь на своих ладонях. Слышала последний вздох Шаохэна. Видела спокойную улыбку генерала Сина, который уходил вслед за сыном, оставляя за мной обещание, тяжелее любого долга.

А иногда я просыпалась и не сразу понимала, почему так тихо. А потом вспоминала.

Боль тоже умеет перерождаться. Она никогда не остается прежней. Сначала рвет сердце в клочья, потом медленно прорастает внутрь человека, словно корни старого дерева, и однажды становится частью его самого.

Я больше не плакала каждую ночь. Слезы закончились раньше. Теперь мне осталось только молчание.

За моей спиной тихо скрипнула дверь. Я не обернулась, узнала шаги.

— Барышня. — Чуньтао остановилась неподалеку. — Генерал просит вас к завтраку.

Я улыбнулась уголками губ.

После Усина Сяо Жэньдэ изменился не меньше моего. В первые дни после моего возвращения он почти не разговаривал со мной. Он кричал, сердился, называл безрассудной девчонкой. Говорил, что никогда еще не испытывал такого страха. Спрашивал, зачем я снова бросилась в самое сердце бойни.

Я молчала, потому что не могла ответить правду. Это не объяснить. Меня много раз спрашивали, за что я так старалась ради семьи Син, после перестали, придумав себе, что я была влюблена в наследника. Я не спорила, удобное объяснение нашлось.

Не могла же я сказать, что уже однажды пережила смерть всей семьи Син, что знала каждую тропинку той битвы, что опоздала всего на несколько мгновений.

Гнев отца постепенно ушел. Он перестал ругать меня.

Нет, он никогда бы не сказал, что гордится мной, но иногда я замечала, каким взглядом он смотрел в мою сторону. Словно видел уже не болезненную дочь, а человека, который, несмотря на страх, все равно побежал спасать других.

Он осуждал решение двора. А я уже знала то, чего не знал даже он. Император не отдавал приказа уничтожить семью Син. Наследный принц тоже. Виновные по-прежнему ходили по дворцу в дорогих одеждах, склонялись перед троном, улыбались и называли себя верными слугами государства.

К сожалению, болезнь напоминала о себе все чаще. Иногда казалось, будто тонкая игла медленно входит в висок. Боль накатывала так резко, что приходилось хвататься за край стола.

Еще полгода исчезли. Остался год из двух, что Мо Юань подарил бедняжке Сяо Фэн. Кому-то и год будет казаться долгим, для меня же время утекало сквозь пальцы быстрее воды.

Я прекрасно понимала: если продолжу только оплакивать погибших, скоро сама стану одной из них. А мертвые никого не спасают.

После Усина многое изменилось. И я многое пересмотрела.

Как ошибочно я рассуждала о Гуань Фэне, я ведь его ненавидела. Он, после всего случившегося, со мной ничего не обсуждал. Держался подальше, как от прокаженной. Я бы и хотела поговорить, но он почти перестал появляться в нашем поместье.

Император назначил его новым главой Ведомства наказаний.

Никого это не удивило. После схватки возле крепости он повел себя благородно. Он привез тело, а еще, что меня больше всего поразило, он не дал добить армию Син.

Канцлер и Вэй Ляньчжи с пеной у рта требовали, чтобы всех мятежников казнили. Гуань Фэн смог доказать, что они следовали приказам генерала. И что в сумятице все друг друга не поняли. Таким поступком он защитил обычных воинов, но и нажил себе кучу врагов.

Армию Син разделили. Часть вошла в войско моего отца, часть перешла под начало Чжан Чэна.

Чжан Чэн, по-моему, меня тоже избегал. Но тут я считала, что все к лучшему. Пока его нет, мои чувства все более остывали.

Раньше я боялась его, потому что не хотела, чтобы он снова погиб. Но увидев, как он отдает приказы против моей семьи, я остыла. Я не гневалась, не злилась, не обижалась, но Чжан Чэна окончательно отпустила.

Я отвернулась от окна. Оплакивать прошлое больше нельзя. У меня оставалась клятва. Я обещала генералу, что его дочь проживет долго и счастливо. А в компании Мо Юаня это невозможно. Еще я обещала самой себе уничтожить тех, кто поднял меч на мою семью. Этих заговорщиков не найти на поле боя и в стенах поместья. Они там, среди алых стен Запретного города.

Совсем скоро во дворце должен был состояться смотр будущих невест и наложниц для императорских принцев. Как обещал евнух Гао, во время праздника фонарей мне придет приглашение. Я до дрожи в коленях ждала этого дня.