(не)главная злодейка

7.3

— Я… не понимаю… — ошеломленно пробормотала.

Кто мог это сделать? О ком он говорит?! В моей жизни нет и не может быть никакого демона. Я бы знала!

— Как уже сказал папа, ангелы и демоны не сильно отличаются друг от друга, — напомнила мама. — Но в некотором смысле даже та народная байка, о которой ты говорила, имеет некоторое зерно истины. У пары ангела и демона не может родиться ребенок со смешанной силой. Но если такая пара будет долго жить вместе душа в душу, рано или поздно кто-то из них с большой вероятностью изменит свою изначальную суть. Ангел может стать демоном, а демон — ангелом. Такова наша природа. Мы, как и люди, невольно перенимаем черты друг друга.

— Но ведь не настолько! — взмахнула я в отчаянии своим черным крылом.

— И то верно… — согласилась она. — Подобное я вижу впервые. Изменения происходят постепенно и не так заметно. Обычно на это уходят века, а то и тысячелетия.

— Видишь? — повернулась к отцу. — Я просто не могу быть связана с кем-то тысячелетиями. Мне еще и полвека нет!

— Мда-а… Загадка… — протянул он, задумчиво поглаживая подбородок. — И все же других вариантов я даже предположить не могу. Разве что… Будь ты простым человеком, я бы решил, что над тобой пошутил купидон. Эти мелкие пакостники и не на такое горазды.

— Но их способности не действуют на тех, кто сильнее них, — подхватила я. — А божественные судьи как раз такие.

— Именно. И если даже этот вариант отпадает, тогда… — папа нахмурился, и воздух вокруг снова начал сгущаться от его силы. Теперь от него исходило явное намерение убивать. — Все указывает на то, что причину надо искать в Преисподней. Боюсь, за время моего отсутствия слишком многое там переменилось. Но если придется, я не побоюсь спуститься и преподать им урок. Пусть силы мои запечатаны, но я еще достаточно силен, чтобы наказать тех, кто покусился на жизнь моей дочери!

Мама снова подбежала к нему и поспешила успокоить:

— Не заводись, Октавиан, никто пока не вредит ее жизни напрямую. Это всего лишь духовная связь…

— Это связь имеет божественную силу, она нерушима, как ты не понимаешь? Пока в Элен живут две противоположные силы, она ослаблена. Любой камень, упавший на голову с крыши, способен ее убить. Но, возможно, смерть этого наглеца решит проблему.

— А камни с крыш у нас каждый день кому-нибудь на голову прилетают, ага, — съязвила мама. — К тому же, если ты каким-то образом все же найдешь и убьешь ее суженного, разве наша Элен от этого сама не погибнет? Они ведь уже связаны!

Папа замер. Было видно, что такую возможность ему принять тяжело. Как и мне, ему тоже очень не нравилось ощущение собственного бессилия перед лицом неизбежности. Я даже немного пожалела, что так сходу вывалила на них свои проблемы и заставила волноваться.

Он снова посмотрел на меня.

— Больше всего меня беспокоит скорость, с которой развивается эта связь. Как будто речь идет даже не об одной жизни вместе, а о нескольких… А, неважно! Забудь. Мне надо выпить и подумать. Где мой бокал?.. — он заозирался и только теперь заметил, что все вино из него уже давно вытекло на ковер. Пришлось наполнить его заново.

У меня же все не выходила из головы мысль о купидоне и человеке, на которого он мог воздействовать. Что, если Жанна все же переняла не только мою внешность, но еще и мою судьбу, мою истинную суть? Купидон связал ее с каким-нибудь демоном, и вместо нее это повлияло на меня.

В конце концов, должна же быть причина, по которой Жанну после смерти перенесло к Небесному мосту именно в моем облике. И книга обо мне, которую она читала. Откуда она могла взяться?

Пока во всем этом видится чей-то коварный заговор против меня. Но для соперницы по отбору слишком хлопотно и замысловато — нужно обладать редкими знаниями, которые доступны лишь избранным, вроде моего отца с его необычной для жителя Небес историей. Да и крайне жестоко — ни к чему убивать соперницу столь изощренным способом, достаточно поставить подножку на балу и опозорить перед Верховным Арбитром или подпилить каблук перед дефиле на Небесном мосту, чтобы задержать.

Нет, здесь что-то другое. Что-то личное. И я ума не приложу, кто мог затаить на меня такую обиду. У меня просто не может быть таких могущественных врагов!

А если все же предположить, что это простое совпадение? Чья-то досадная ошибка, не более. Кто-то из божественных мастеров Преисподней наложил на Жанну иллюзию, подбросил ей книгу и убил — ровно в тот момент, когда я блуждала по лесу в человеческом мире. Как невинная смертная душа, она оказалась на мосту и решила, что стала мною, и потому решила действовать так, как было написано в книге — продолжать проходить испытание.

Папа прав — причину надо искать в Преисподней. Найду того мастера, тогда и заказчика смогу обнаружить.

— А в Преисподней тоже отбирают божественных мастеров, как у нас? — я решила зайти издалека. Шокировать родителей еще и наличием у меня дублерши пока точно не стоит. — Какие у них бывают способности? Вдруг это кто-то из них постарался…

— Нет, родная, — покачал головой отец. Он уже занял свое место в кресле и принял ту же позу, в которой я его застала вначале. — Демоны не устраивают отборов — ни невест, ни мастеров. Первых они предпочитают находить естественным образом, а вторых у них отродясь не было.

— Постой, что? В Преисподней нет божественных мастеров?

— Конечно! Вознестись на Небеса при жизни и встать в один ряд с ангелами — для смертных настоящая привилегия, потому и нужны отборы. А чтобы сгинуть в аду большого ума не надо. Поверь, там достаточно своих талантов, но никто и не подумает выявлять из них самых-самых. И уж точно не найдется желающих назвать себя таковым.

— Почему?

— Для смертных это мир наказания, а не вознаграждения. Поверь, лучше не привлекать к себе излишнее внимание местных, если не хочешь получить отборную порцию пыток. Советую тебе учесть это на случай, если однажды соберешься наведаться туда с экскурсией.