Неидеальная для босса

ГЛАВА 1

— Марго, я готова на всё. Хоть полы мыть, хоть курьером бегать. Мне просто очень нужны деньги.

Слова царапали горло, оставляя после себя горький привкус отчаяния. Я сидела напротив своей школьной подруги в дорогом ресторане, чувствуя себя абсолютно чужой на этом празднике жизни. Моя дешевая блузка казалась выцветшей на фоне ее шелкового костюма, а мои проблемы — слишком тяжелыми для этого беззаботного места.

— Аня, не говори глупостей, какие полы, — Марго сочувственно вздохнула, помешивая ложечкой латте. — Ты умная женщина. Просто сейчас… черная полоса.

— Эта полоса затянулась, — я нервно скомкала бумажную салфетку. — Бывший муж растворился в тумане, алиментов нет. Пашке уже пятнадцать, переходный возраст, ему нужны репетиторы перед экзаменами, он из кроссовок вырастает быстрее, чем я успеваю их покупать. А вчера маме назначили новый курс терапии. Лекарства стоят столько, что мне впору почку продавать. Меня никуда не берут, Марго. Везде нужен возраст «до тридцати пяти». Я просто в отчаянии.

Марго долго смотрела на меня, поджав накрашенные губы, а потом решительно отложила ложечку.

— Слушай. У моего брата, Марка, сейчас как раз уволилась личная помощница. Точнее, он ее уволил со скандалом. Я могу попросить его взять тебя. Зарплата там такая, что ты закроешь все свои проблемы за пару месяцев.

— Секретарем? К генеральному директору «Монолита»? — я нервно сглотнула. О холдинге Марка Титова в городе ходили легенды. — Я справлюсь, Марго. Я быстро учусь, я буду жить в этом офисе…

— В том-то и проблема, что там нужно жить, — перебила меня подруга. — Марк — невыносимый человек, Аня. Ему сорок пять, и характер у него просто чудовищный. Он сейчас в процессе развода со своей второй женой, его собственный ребенок от первого брака мотает ему нервы, и всю свою злость он срывает на подчиненных. Он требует абсолютного подчинения и идеальности во всем.

— У меня нет выбора, — твердо ответила я, глядя ей прямо в глаза. — Пожалуйста, Марго. Договорись о собеседовании.

На следующий день, ровно в девять утра, я стояла посреди огромной, сияющей хромом и черным мрамором приемной холдинга «Монолит».

Мой серый пиджак, купленный пять лет назад, висел на мне мешком, а туфли казались безнадежно устаревшими на фоне роскошного интерьера. Я сжимала в руках папку со своим скромным резюме, чувствуя, как от волнения потеют ладони.

Дверь из красного дерева приоткрылась, и оттуда вылетела заплаканная девушка модельной внешности, прижимая к груди блокнот. За ней донесся низкий, пробирающий до мурашек мужской голос:

— И чтобы я больше не видел таких ошибок в расписании!

Я сглотнула подступивший к горлу ком и шагнула в кабинет.

Помещение подавляло своими размерами. За огромным столом у панорамного окна стоял Марк Титов. Я не видела его много лет, и время превратило его в матерого, опасного хищника. Широкие плечи, обтянутые дорогой тканью рубашки, жесткая линия челюсти, тронутая темной щетиной, и глубокие, пронзительные серые глаза. В нем чувствовалась та самая первобытная, подавляющая мужская сила, от которой хотелось одновременно спрятаться и подойти ближе.

Он обернулся на звук моих шагов и смерил меня тяжелым, сканирующим взглядом. В его глазах не промелькнуло ни капли симпатии — только холодная, циничная оценка. Он посмотрел на мой дешевый костюм.

— Вы от Марго, — это был не вопрос, а констатация факта. Голос Титова прозвучал хрипло и равнодушно.

— Да, Марк Данилович. Меня зовут Анна…

Он не дал мне договорить. Жестко поднял руку, призывая к молчанию, второй рукой взял со стола свой телефон и нажал кнопку быстрого набора. Поставив аппарат на громкую связь, он бросил его на стол.

Гудки длились недолго.

— Да, Марк? — раздался из динамика голос моей подруги.

Титов даже не предложил мне сесть. Он опирался двумя руками о столешницу, продолжая сверлить меня безжалостным взглядом.

— Твоя протеже сейчас стоит в моем кабинете, Марго, — ледяным тоном произнес он. — И я звоню сказать, что ты тратишь мое время.

— Марк, послушай, Ане очень нужна…

— Мне плевать, что ей нужно, — отрезал Титов, и каждое его слово било наотмашь, как пощечина. — Она мне категорически не подходит. У меня всем секретаршам в приемной по двадцать лет. Мне там нужно свежее лицо компании, улыбка и готовность сорваться в командировку в три часа ночи. А не мать с прицепом. У меня бизнес, Марго, а не благотворительный фонд для разведенок. Ищи ей другое место.

Он сбросил вызов, оборвав сестру на полуслове. В кабинете повисла звенящая, мертвая тишина.

Титов перевел взгляд на меня и небрежно кивнул в сторону выхода.

— Вы слышали. Дверь там, Анна Валерьевна. Всего доброго.