Нейронный Поток :пульс в Тишине

Глава 4 "Расколотый Мир-Тени Выборов"

Место:Руины научного квартала и прилегающие территории.

Время:Недели спустя после событий в бункере. Поздняя осень переходит в раннюю зиму.

Три часа семнадцать минут ночи. Неделя ожидания сигнала в затаенном укрытии на окраине "Мертвой зоны" Анна дежурила у жужжащего, самодельного радиоприемника Льва, ловя шипение помех. Холод пробирал до костей. Внезапно — чистый цифровой тон,режущий статику. Потом голос:

"-...зовём всех способных слышать... База Альфа университетского кампуса... Обеспечиваем защиту, медицинскую помощь, питание... Требуются: инженеры-электронщики, биологи с опытом работы с нейротоксинами, специалисты по системам жизнеобеспечения.Повторяем: Ковчег "Надежда"открыт для выживших с проверенными полезными навыками... Координаты... Шифр доступа..."

Сигнал оборвался так же резко, как появился. Лев, дремавший у консоли, вскочил.

— Цифровая модуляция... — он бормотал, лихорадочно записывая координаты. — У них стабильный источник энергии. Серверы. Компетенции... И они ищут именно нас!— В его глазах горел голод технолога, увидевшего оазис. — Биологи! Инженеры! Это про нас!

Тео, чистивший нож у входа в их временное логово — затопленный подвал, не отрываясь от работы:

— Ловушка. Голодный зверь манит жертву запахом мяса. Никто не кормит даром в этом аду. А Мертвая зона ,она не зря так называется. Один неверный шаг — и мы станем частью пейзажа.

Анна перевела взгляд на карту, где красной булавкой была отмечена улица Северная, 17. Лаборатория отца. Университетский кампус был рядом.Всего 8 км через территорию, откуда не возвращались их разведдозоры. Но 8 км адского пути.

— Им нужны наши навыки...— сказала она тихо, но твердо. — У них могут быть ресурсы... данные о Zeta-9. О лабораториях.Она посмотрела на блокнот отца. Это был шанс.Рискованный. Но шанс. И путь к цели отца.

Молчание. Даже Тео не стал спорить. Голодная надежда в глазах Льва и измученная решимость Анны были сильнее его предостережений. Яна, сидевшая в углу, завернувшись в плащ, тихо кашляла в кулак.Мира встревоженно на нее посмотрела. Решение созрело в тишине. Они шли. Зная, что это может быть путь в один конец.

Их встретили не как гостей, а как биоопасный материал после трех дней изматывающего, полного близких стычек с регенами и обходов ловушек Мертвой зоны.Шлюз с дезинфекционной камерой, души ледяной химической взвесью. Люди в белых защитных костюмах сканировали их дозиметрами у висков, брали кровь. Допрос был жестким и циничным.

— Протокол "Стерильность" — пояснила женщина, представившаяся доктором Варгас. Ее глаза за стеклом маски были безличны. — Вы заявлены как инженер-электронщик и биолог. Доказательства? Быстро. Наши ресурсы ограничены, а подозрительных мы не кормим.

Лев показал схему своей ЭМП-ловушки, Анна — страницы блокнота отца с формулами Zeta-9. Варгас просмотрела с холодной оценкой.

— Примитивно, но... функционально. Ладно. — Она махнула рукой. — Шаг вперед. Но помните: один признак заражения, одна ложь — и вы станете материалом для изучения. Или удобрением.

Лаборатория работала:Белые стерильные комнаты, мерцающие мониторы с трехмерными моделями молекул, гудящие центрифуги. На одной из стен — огромная голограмма молекулы Zeta-9 с пометкой: "Ингибитор RV-12? Тест фаза 0.3". Анна почувствовала, как учащается пульс.

Варгас показала пробирку с мутной желтоватой жидкостью:

— Штамм-антагонист, выделенный из тканей Регенерантов 4-го поколения. Подавляет регенерацию на 17%. Прорыв.Она указала на биореактор:сложную систему трубок и резервуаров, где пульсировала густая масса. — Утилизация биомассы Регенерантов. Эффективность 68%. Побочные продукты идут на удобрения для вертикальной фермы.Она указала на ярусы зелени под яркими LED-лампами, кормившие десятки людей в чистых комбинезонах. — Цикл замкнут. Эффективно. Без сантиментов.

Анну скрутила тошнота. Наука здесь была бесчеловечной машиной. Это был "Пульс"без сердца.Но она увидела оборудование, которое могло проанализировать образец Zeta-9 из лаборатории отца. Увидела шанс.

— Доктор Варгас, вы изучали "Проект Прометей"? Лабораторию на Северной, 17? — спросила Анна, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Варгас на мгновение замерла, ее взгляд стал оценивающим, затем — презрительным:

— Келлер? Элиас Келлер? Его записи... утеряны в Коллапсе. Лаборатория №17 заброшена, зона заражения высока. Опасность неприемлема.Ее тон не оставлял сомнений: интерес Ковчега к прошлому — нулевой. Только будущее, выкованное в этих стерильных стенах... любой ценой. Они уходили из Ковчега с тяжелым чувством, неся скудные пайки "гуманитарной помощи" и горькое осознание их цен: Лев выменял часть пайков на пару редких микросхем, Анна — на стерильные пробирки. Яна молча несла пустой рюкзак, ее кашель участился.

Путь обратки лежал через промзону — более короткий, но смертельно опасный маршрут. Запах гари и ржавчины сменился сладковато-тошнотворным душком гниющего мяса и немытых тел. Они вышли из тени слишком поздно.Человек десять, одетых в лоскуты кожи и металлолома, с лицами, искаженными голодом и жестокостью. Главарь — Шрам, у которого лицо было рассечено шрамом в форме молнии— тыкал обрезком трубы в их рюкзаки:

— Правило Стаи: Все твое — наше! — Его голос хрипел, как напильник. — Медикаменты — долой! Консервы — долой! Бабы...— его грязный взгляд скользнул по Анне, Мире, Яне, — ...тоже с нами! Остальное — в помойку.

Тео мгновенно оценил ситуацию: 8 против 4. Без укрытия. Плохо. Он медленно поднял руки, сигнализируя группе не сопротивляться. Его глаза искали слабое звено.

— А если мы полезны?— хрипло спросил он. — Инженер. Врач. Знаем пути через Мертвую зону.

Шрам усмехнулся, обнажив черные зубы:

— Слабаки не нужны. Только сила! Он шагнул к Яне, схватив ее за волосы. Она вскрикнула, закашлялась, задыхаясь.

В этот момент Яна, задыхаясь от ужаса и кашля, выкрикнула: