(не)истинная для (не)одинокого дракона

5

На следующий день мне пришлось признаться себе в довольно неприятном факте: я страшно хотела увидеть Эверетта Брассена снова.

Я могла бы отправить записку, пойти искать случайной встречи в лесу или придумать какой-нибудь предлог для визита, но мне совсем не хотелось навязываться. Так в томлении прошёл весь день. Лорд не появился.

Пожелав тётушке доброй ночи, я отправилась спать, но уснуть не получилось. В голову лезли злополучная складочка, уверенные объятия, жаркий вибрирующий полушёпот над моим ухом.

Уже светало, когда мне окончательно надоело ворочаться с боку на бок. Я встала с кровати и отдернула занавески. Окна комнаты выходили на сад. В конце сада начинался лес. За лесом жил он.

Спящую землю покрывал густой туман, казавшийся в предрассветный час таким же синим, как сумеречное небо.

Я вздохнула и собралась возвращаться в кровать, как вдруг что-то привлекло моё внимание. На границе сада и леса что-то пошевелилось. Какое-то светлое пятно блуждало среди деревьев из стороны в сторону. Вот оно остановилось и оказалось светлой рубашкой, на которую спускались знакомые темные волосы.

Нащупав халат, я завернулась в него и тихонько вышла из дома. Я могла сделать вид, что не заметила его. Или что мне всё равно. Вместо этого я делала самое глупое из всего возможного — шла к нему навстречу.

Эверетт сидел под деревом, но заметив меня вскочил. Похоже, он не мог поверить, что перед ним не привидение.

Он смущённо улыбнулся.

— Доброй ночи. Или уже утра. Пытался бороться с бессонницей прогулками и сам не заметил, как пришёл сюда.

Я смотрела в его глаза, не понимая, что ответить.

— Я весь день хотел увидеть вас, но побоялся оказаться слишком навязчивым.

Меня начала бить дрожь, не знаю, от холода или от его признания. Эверетт поднял с земли пиджак и надел на меня, укутывая потеплее. Закончив, он замер, не выпуская меня из рук. Я почувствовала себя птичкой в ловушке. В очень тёплой и уютной ловушке.

— Какой же ваш бывший жених идиот, — прошептал он.

Воспоминание о Мэлвине и нашей свадьбе отрезвило меня. Какого лешего я снова любезничаю с драконом?! Чтобы снова наступить на те же грабли?

Наверное что-то изменилось в моём лице, потому что Брассен опустил руки и немного отступил.

— Мэлвина сложно осудить, он встретил свою истинную. Все знают, что этому невозможно противостоять, — холодно заметила я.

— Можно, если на кону что-то действительно важное.

— Вы хотите сказать…

— Поверьте, я…

— Вы хотите сказать, что он опозорил меня не из-за того, что не смог совладать с собой? А просто, потому что я была для него недостаточно важна?

Теперь я дрожала уже от ярости.

— Поверьте, я знаю, как это происходит у драконов. Я знаю, что он чувствовал. Что мог, а чего не мог!

Брассен хмурился. Разговор явно повернул не туда.

— Да идите вы к чёрту с вашими драконьими чувствами! Вы и весь ваш драконий род!

Резким движением я скинула его пиджак и зашагала прочь.

Вернувшись к себе, я свернулась калачиком под одеялом.

Он прав. Мэлвин никогда не любил меня. Это был расчёт или просто шалость, которая зашла слишком далеко. Если бы мой жених хоть капельку заботился обо мне, мог бы просто отменить свадьбу, а не устраивать скандал. Но он даже не удосужился подождать…

Я обхватила себя руками и тихонько завыла.

Ему нужна была моя фамилия, но никогда не нужна была я.

За окном рассвело. Наступило утро, потом день, но я не двигалась с места. Горничная принесла мне всё для умывания, но я сказалась больной и оставалась в кровати весь день. В конце концов голод взял своё.

Выбравшись из-под одеяла, я села у туалетного столика, чтобы привести волосы в порядок, и не узнала себя в отражении. Не в том смысле, что глаза опухли и покраснели от слёз. Скорее, потому что в них больше не осталось иллюзий.

Эта новая незнакомая я расчесалась, надела домашнее платье и пошла заедать свою грусть стряпнёй Лорны.