(не)истинная и (не)любимая

Глава 3

Что за…?

Комната залита солнечным светом. На кровати – явные признаки того, что в ней спали двое.

А то и не спали…

В пользу этого говорит отсутствие на мне ночной сорочки. Рангарда в комнате нет, но я всё равно спешно ищу домашнее платье. От волнения пальцы дрожат так, что я не справляюсь со шнуровкой, и зову горничную.

Она споро помогает мне, рассказывая что-то о замечательной погоде.

- И вправду, - я смотрю в окно.

Там, в саду, самый расцвет весны, мой любимый май. Сквозь приоткрытую оконную створку пробирается свежий воздух, ласкает кожу.

- Господин ожидает вас к завтраку, - продолжает щебетать горничная.

Эти слова продираются сквозь толщу моего заторможенного спокойствия. Господин? Ран? Ждёт меня? Разве не он меня прогнал?! С младенцем на руках!

- Где малышка? – оборачиваюсь, и испытующе смотрю в глаза служанки.

- Не понимаю вас, госпожа. В замке нет детей.

Она растеряна. И, сколько бы я на неё не смотрела, горничная не тушуется.

Она не лжёт мне. А действительно ничего не знает.

В замке нет детей.

- Извини. Мне, наверное, что-то приснилось.

Ага, конечно. Таких реалистичных снов просто не бывает! Я девять месяцев носила её под сердцем, долгожданную, самую любимую! Родила её в адских муках, едва не истекла кровью, ни секунды не пожалев, что решилась родить ребёнка! Пусть я и побыла матерью всего несколько дней, но я качала её на руках, пела колыбельные и кормила собственной грудью!

Это не могло быть наваждением. Как и не привиделся мне снег по колено. Но сейчас за окном самая настоящая весна.

Я чувствую запах сирени!

Как такое вообще возможно?!

Что если… Не знаю… Я упала в той метели, ударилась головой и отрубилась, а люди Рангарда меня нашли? Отнесли нас в замок, дочь отняли. Только что дальше?

Поменяли зиму на весну?!

Что-то не сходится. Мы с горничной идём в столовую, и я вдруг понимаю, что эту служанку Рангард уволил ещё полгода назад, когда она стащила несколько комплектов моих украшений. Он их мне надарил столько, что я и не замечала пропаж.

А он заметил.

Мы выходим на главную лестницу. Горничная идёт впереди, на несколько ступенек ниже. От смутной догадки сердце ещё сильнее колотится о рёбра.

- Сайра, - зову её, надеясь, что я неправа, - ты до сих пор воруешь мои украшения?

Служанка оборачивается. Эту гамму чувств не описать словами! Шок, страх, и даже злость! Она придерживается за перила, стараясь удержать равновесие.

Подхожу к ней вплотную.

- Верни всё немедленно. Если об этом узнает Ран – вылетишь отсюда. А такое же хлебное местечко ты нескоро найдёшь, сама понимаешь.

Сайра срывается с места, и мчится ступенями наверх. Меня бросает в холодный пот, только мне, в отличие от горничной, некуда бежать.

Гордо подняв голову, вплываю в столовую.

Рангард восседает во главе длинного обеденного стола. Прислуга выставила столовые приборы лишь для двоих: хозяина замка, и его возлюбленной. По правую руку от Рана – отодвинут стул.

Он ожидает меня.

- Вот и ты, любовь моя, - густой, приятный баритон звучит в столовой.

Рангард рад меня видеть. И мне, как бы не было за это стыдно, льстит его внимание. Я подхожу ближе, и чувствую его запах, родной. Муж поднимается, и приветствует меня поцелуем.

Я настороженно ищу в его поведении хоть что-то, что могло бы мне объяснить происходящее. Но не нахожу.

- Присаживайся, - он не отрывает от меня взгляда льдистых глаз, - нам есть о чём поговорить.