Неистовство

Глава 1. Новый мир. Часть 4

Лисица весело помчалась по мокрой траве. Санас побежал за ней, вдыхая полной грудью приятный влажный воздух. Утреннее солнце приветливо блистало сквозь ветви деревьев. Тело уже не болело, на языке больше не чувствовался вкус крови. «Не зря в народе бытует выражение «заживает как на собаке», - про себя усмехнулся парень. Перед ним озорно вилял пышный черный хвост с рыжим наконечником. Волк мысленно улыбнулся и прибавил ходу, ловя зубами огненное пятно. Не сбавляя темп, Фиалка удивленно обернулась и пискляво гавкнула, пытаясь увернуться. Она перевернулась в воздухе, оказавшись мордой к Санасу, резко остановилась и легонько укусила его за ухо. Если бы Санас мог засмеяться, то так и сделал бы, но собачья пасть издала только что-то больше похожее на жалкий скулеж. В сиреневых глазах спутницы заплясали смешинки. Сан кинулся на нее. Фиа не успела увернуться, и волк повалил ее в мокрую траву, покусывая за уши и шею. Лисица пыталась увернуться, периодически гавкала и старалась оттолкнуть Санаса тонкими черными лапками, что только еще больше раззадоривало волка. Наконец она выбралась и легонько укусила его за шею, а парень вдруг упал без движения.

- Эй, ты чего? – весело спросила Фиа, но ответа не последовало. Веселье вдруг сменилось волнением и страхом, она медленно сделала шаг к лежащему волку. – Санас? Что такое? Говорить можешь?

Волк резко поднял голову, его нос очутился впритык к носу лисицы:

- Могу! – и он быстро схватил ее за ухо.

Та снова весело загавкала, пытаясь увернуться:

- Напугал меня!

- Так и было задумано!

Парень перестал нападать и устало улегся в траву. Лисица опустилась напротив:

- Давно я так не веселилась!

- Знаешь, я всегда думал, что быть нежитью ужасное проклятие, - вдруг признался Санас. – Что легче умереть, чем так жить. Но оказавшись в этой шкуре, понимаю, что все не так уж и плохо. Чем-то даже интересно. Это совсем не то, что быть человеком. Я такого никогда не чувствовал. Даже не знаю, что на меня сейчас нашло.

Добрые желтые глаза посмотрели в сиреневые омуты лисицы.

- Я почти не знаю, что такое быть человеком, - ответила Фиалка. – Я оборотень с рождения.

- Ничего себе. И ты никогда не жила среди людей?

- Жила когда-то. Прикинулась приезжей и прожила один сезон в городе. До первой Черной луны.

- И как ощущения?

- Мне не понравилось. Чувствовала себя, как в клетке. Постоянно приходилось то делать себе прически, то по три раза в день менять одежду, чтобы соответствовать другим девушкам. При этом еще и работать надо, чтобы были деньги на еду. Сплошные ограничения – то нельзя, это нельзя. Мне больше не хочется к людям. А ты хочешь вернуться что ли?

- Я бы не отказался. Только как же я вернусь? Я не человек больше.

- Картер знает способ сделать обратный оборот…

- Что? Можно стать человеком? – Санас удивленно поднял голову и уставился на лисицу.

Та тоже приподняла морду с травы:

- Это смертельно опасно, но возможно.

- И как его делать, этот оборот?

- Я не знаю, - она помолчала и отвела взгляд. – Даже зная, что можешь умереть, ты хочешь стать человеком? Потерять лапы, острое зрение, чуткое обоняние, встать на две ноги и утопать в город? Потерять свободу?

Парень отвернулся:

- Там осталась моя невеста, - тихо сказал он. – Я хочу к ней вернуться. Я обязан. Хотя бы просто увидеть ее и объяснить все. Даже если она уже не примет меня.

Фиа грустно опустила взгляд:

- Опять все из-за невесты… Только я нахожу сородича и сразу же его теряю, - лисица вздохнула и встала с травы. – Может словим чего-нибудь, перекусим?

Волк тоже поднялся и посмотрел на спутницу.

- Прости, Фиалка. Но там моя семья и возлюбленная. Я попытаю счастье у некроманта.

- Ты же можешь погибнуть.

- Значит так тому и быть, - Санас немного склонил голову на бок, уши забавно наклонились в ту же сторону. – Так кого мы можем перекусить?

Лисица тихо фыркнула и игриво махнула хвостом:

- Ты же волк, ты и оленя завалишь. Тогда точно на двоих хватит.

- Я никогда раньше не охотился.

- Не волнуйся. Я помогу тебе его загнать, а сломать шею своей челюстью тебе уже будет не сложно.

Охотники крались через лес к добыче. Неподалеку у небольшого прудика стоял олень, отбившийся от стада. Явно старый, прихрамывающий. Возможно, он даже покинул сородичей специально, чтобы умереть. «Повезло! Не пропадать же такой туше зазря!» - решили оборотни. Волк остался ждать в лесу с одной стороны от цели, в то время как лисица обошла ее с другой и резко выскочила из кустов. Олень испуганно кинулся прочь, навстречу ему выпрыгнул Санас и рывком впился челюстью в шею добычи. Кровь брызнула ему в глаза, потекла по земле. Но парню не стало противно, даже наоборот. Он вдруг остро ощутил голод. Олень пытался отбрыкаться передними копытами, но волк вцепился намертво. К тому же, размер давал ему большое преимущество. Сжав зубы еще сильнее, он почувствовал, как позвоночник оленя хрустнул, и добыча окончательно обмякла. Тут же подбежала и лисица:

- Мне бы такую мощную челюсть! А то вечно на мелочевку охочусь.

Санас выпустил жертву из пасти, открывая взгляду спутницы окровавленную морду. Голова оленя шумно упала в траву.

- Угощайся, я не жадный.

- Теперь ты выглядишь жутко.

Волк наклонился над водой, посмотрел на отражение и тихо хмыкнул:

- Так и быть, после обеда нырну в этот пруд.

Лисица весело фыркнула и принялась рвать оленя острыми зубками. Санас отставать не стал. Голод уже скрутил желудок, требуя его наполнить. Свежее мясо оказалось чрезвычайно вкусным, хотя и немного твердоватым. Кто бы мог подумать, что он когда-нибудь будет лакомиться подобным. Будучи человеком, он никогда бы и не подумал есть сырое. Но сейчас оно казалось ему куда привлекательнее чего-то приготовленного.