Неистовство

Глава 3. Неистовство. Часть 10

К закату следующего дня отряд беспроблемно добрался до деревни Волчанка. Их встретил староста – преклонного возраста мужчина с лысиной на затылке, который сразу же пригласил охотников в гостевой дом. Там двое юных мальчишек заперли за охотниками дверь на тяжелый засов и закрыли все окна.

- Зачем такие меры? – удивленно спросил Никан, садясь за стол со старостой.

- Так ведь мертвецы вылезают, уважаемый. Их много. Надо оно вам? Завтра с утра и начнете разбираться, почему они лезут.

- Как же мы узнаем причину, если не увидим их, батенька? - ответил Никан. – Расскажите мне, с чего все началось, а потом мы уйдем, несмотря на мертвяков.

- Началось все недели две назад, когда у нас ведьму тута сожгли, - почесал макушку старик.

«Опять все из-за женщины, - подумал Санас, вспоминая Аниту. – Опять кто-то мстить решил. Как будто себя вижу со стороны в этом горе-мстителе».

Парень разочарованно нахмурился.

- Вы сами сожгли ведьму что ли? – переспросил Никан. – И кто вам сказал, что она ведьма?

- Дык, она постоянно в лесу ошивалась и чего-то варила у себя в лачуге. Все ее стороной обходили. А когда померла ее бабка, а потом ожила, вообще все ясно стало.

- Ведьмы не умеют оживлять умерших. Проклятье, - процедил сквозь зубы уже начавший злиться командир.

- Да ведьма она была, точнехонько! – вступилась за старосту его жена, сидевшая неподалёку у печи.

- Дальше что? – рыкнул капитан. – Сожгли вы девицу, что потом?

- Ну, закопали останки за кладбищем. И буквально через пару дней трупаки из болот полезли, бродить стали везде. А как кого живого увидят, так жрать кидаются. Страшные.

- Почему вы заявили, что именно утопленники к вам повадились?

- Да потому что из болот лезут, говорю же. Это явно магические твари, - шепеляво ответил староста. – На кладбище-то мы только прах да останки хороним.

- Ясно, - капитан замолчал, переваривая услышанное. – Что думаешь, Сансет?

- Думаю, никакой ведьмой девушка не была, - ответил тот. – Была травницей, лечила тяжелобольную бабушку. Суеверные жители решили, что она ведьма и устроили самосуд. И теперь кто-то, кому она была дорога, стал нежитью, или возможно уже был ею, и решил отомстить деревне.

- Вероятнее всего…

- Где жила девушка? – обратился Санас к старосте. – И что стало с бабушкой после ее гибели?

- Померла сразу же. Ведьма, говорим же. Как ее магии не стало, так и бабки не стало.

Никан недовольно рыкнул, уставившись на старосту:

- Жила где?

- Да на северной окраине, уважаемый. Домик пустует, бабку мы тоже сожгли.

Никан зло выдохнул, махнул отряду рукой, и пара охотников убрали с двери массивный засов. Капитан вышел на улицу, следом – Санас с отрядом. Двери за ними быстро захлопнулись. Солнце уже зашло, на землю опустился неестественный зеленоватый туман. В воздухе сильно пахло сыростью. Санас поморщился и двинулся вслед за Никаном, который уже отправился на северный край деревни. Все окна и двери домов были крепко заперты, как обычно бывают заперты дома в Черную луну. Дойдя до нужного домика, весь отряд зашел внутрь, чтобы не привлекать лишнего внимания нежити. Взору предстала кухонька обычной старенькой лачуги. На стенах висели связки сухих трав, в печи стояла большая кастрюля с прокисшим заплесневелым супом, на столе пылились немытые тарелки и кружки. Санас уловил тонкий цветочный запах и отправился по нему, пока отряд осматривал кухню. Он прошел в маленькую комнатенку. Из мебели там стояли всего лишь одна кровать, небольшой стол со стулом и открытый сундук с одеждой. На столе лежала маленькая книжка в мягкой коричневой обложке. Санас открыл книжицу, закладкой которой служила засушенная желтая ромашка. И сразу понял – перед ним дневник девушки. Ромашка все еще источала приятный запах, который никак не вязался с окружающей обстановкой. Парень перелистал несколько страниц назад, бегло проходя глазами по строчкам чужой жизни.

- И что мы тут ищем, собственно? – спросил один из охотников.

- Вот это, - ответил Санас, выйдя на кухню и не отрывая глаз от дневника. – Ник, слушай. «Сегодня в лесу я нашла раненного парня, он истекал кровью. Пришлось ему помочь. В деревню он идти не захотел. Сказал, что боится людей. Странный. Но я все равно постараюсь его вылечить. Глаза у него необычные. Как будто светятся», - молебник перелистнул несколько страниц. – Через пару дней. «Сегодня парень сказал, что его зовут Ши́рон. Странное имя. И сам он странный. В деревню со мной так и не пошел, хотя уже почти вылечился. Очень быстро раны у него зажили. Это, конечно же, хорошо, но тоже странно. А вообще, он хороший и интересный. Сказал, бабушку поможет вылечить от надоедливой болезни за то, что я ему помогла. Может у него большой опыт в травах?» Дальше, - Санас снова перевернул несколько страниц. – «С каждым днем на меня все опасливее смотрят в деревне. За спиной несколько раз слышала, как меня назвали ведьмой. Что я такого сделала им? Лучше вообще к этим людям не выходить. Прав Широн, люди опасны». Предпоследняя запись: «Сегодня бабушка встала на ноги! Хотя я уже думала, что она вот-вот умрет! Но ей намного-намного лучше! А все благодаря травам, что дал Широн! Он самый лучший! Надо будет на днях познакомить бабушку со спасителем! Надеюсь, хотя бы ради этого он будет согласен прийти в деревню. Хотя бы на несколько минут… Кажется, он очень мне нравится». И последняя: «Сегодня Широн подарил мне большую желтую ромашку! Я таких никогда не видела! И пахнет так замечательно! Сказал, что завтра расскажет мне нечто важное. Что-то, что изменит мое к нему отношение. Но, мне кажется, что бы там ни было, мое отношение уже не поменяется. Я влюбилась, как дурочка. Завтра я снова увижу его на нашем месте – под плакучим сотинником. Мне там очень нравится. Побыстрее бы».